СЕРЕБРЯНЫЙ ВЕК. Поэзия

Иннокентий Анненский. МУЧИТЕЛЬНЫЙ СОНЕТ Едва пчелиное гуденье замолчало, Уж ноющий комар приблизился, звеня... Каких обманов ты, о сердце, не прощало Тревожной пустоте оконченного дня? Мне нужен талый снег под желтизной огня, Сквозь потное стекло светящего устало, И чтобы прядь волос так близко от меня, Так близко от меня, развившись, трепетала. Мне надо дымных туч с померкшей высоты, Круженья дымных туч, в которых нет былого, Полузакрытых глаз и музыки мечты, И музыки мечты, еще не знавшей слова... О, дай мне только миг, но в жизни, не во сне, Чтоб мог я стать огнем или сгореть в огне! Иннокентий Анненский. ТРИЛИСТНИКИ (Сб. КИПАРИСОВЫЙ ЛАРЕЦ) #анненский

Иннокентий Анненский. МОЛОТ И ИСКРЫ Молот жизни, на плечах мне камни дробя, Так мучительно груб и тяжел, А ведь, кажется, месяц еще не прошел, Что я сказками тешил себя... Те, скажи мне, завянуть успели ль цветы, Что уста целовали, любя, Или, их обогнав, улетели мечты, Те цветы... Я не знаю: тебя Я люблю или нет... Не горит ореол И горит – это ты и не ты, Молот жизни мучительно, адски тяжел, И ни искры под ним... красоты... А ведь, кажется, месяц еще не прошел. Иннокентий Анненский. ТИХИЕ ПЕСНИ #анненский

Иннокентий Анненский. МОЙ СТИХ Недоспелым поле сжато; И холодный сумрак тих... Не теперь... давно когда-то Был загадан этот стих... Не отгадан, только прожит, Даже, может быть, не раз, Хочет он, но уж не может Одолеть дремоту глаз. Я не знаю, кто он, чей он, Знаю только, что не мой, – Ночью был он мне навеян, Солнцем будет взят домой. Пусть подразнит – мне не больно: Я не с ним, я в забытьи... Мук с меня и тех довольно, Что, наверно, все – мои... Видишь – он уж тает, канув Из серебряных лучей В зыби млечные туманов... Не тоскуй: он был – ничей. Иннокентий Анненский. СТИХОТВОРЕНИЯ, НЕ ВОШЕДШИЕ В АВТОРСКИЕ СБОРНИКИ #анненский

Иннокентий Анненский. МИРАЖИ То полудня пламень синий, То рассвета пламень алый, Я ль устал от четких линий Солнце ль самое устало... Но чрез полог темнолистый Я дождусь другого солнца Цвета мальвы золотистой Или розы и червонца. Будет взорам так приятно Утопать в сетях зеленых, А потом на темных кленах Зажигать цветные пятна. Пусть миражного круженья Через миг погаснут светы... Пусть я – радость отраженья, Но не то ль и вы, поэты? Иннокентий Анненский. РАЗМЕТАННЫЕ ЛИСТЫ (Сб. КИПАРИСОВЫЙ ЛАРЕЦ) #анненский

Иннокентий Анненский. МИНУТА Узорные тени так зыбки, Горячая пыль так бела, – Не надо ни слов, ни улыбки: Останься такой, как была; Останься неясной, тоскливой, Осеннего утра бледней Под этой поникшею ивой, На сетчатом фоне теней... Минута – и ветер, метнувшись, В узорах развеет листы, Минута – и сердце, проснувшись, Увидит, что это – не ты... Побудь же без слов, без улыбки, Побудь точно призрак, пока Узорные тени так зыбки И белая пыль так чутка... Иннокентий Анненский. СТИХОТВОРЕНИЯ, НЕ ВОШЕДШИЕ В АВТОРСКИЕ СБОРНИКИ #анненский

Иннокентий Анненский. МИЛАЯ "Милая, милая, где ж ты была Ночью, в такую метелицу?" – "Горю и ночью дорога светла, К дедке ходила на мельницу". "Милая, милая, я не пойму Речи с словами притворными. С чем же ты ночью ходила к нему" – "С чем я ходила? Да с зернами". "Милая, милая, зерна-то чьи ж? Жита я нынче не кашивал!" – "Зерна-то чьи, говоришь? Да твои ж... Впрочем, хозяин не спрашивал..." "Милая, милая, где же мука? Куль-то, что был под передником?" – У колеса, где вода глубока... Лысый сегодня с наследником..." _________ Лысый – водяной. Иннокентий Анненский. СКЛАДНИ (Сб. КИПАРИСОВЫЙ ЛАРЕЦ) #анненский

Иннокентий Анненский. МИГ Столько хочется сказать, Столько б сердце услыхало, Но лучам не пронизать Частых перьев опахала, – И от листьев точно сеть На песке толкутся тени... Всё, – но только не глядеть В том, упавший на колени. Чу... над самой головой Из листвы вспорхнула птица: Миг ушел – еще живой, Но ему уж не светиться. Иннокентий Анненский. СТИХОТВОРЕНИЯ, НЕ ВОШЕДШИЕ В АВТОРСКИЕ СБОРНИКИ #анненский

Иннокентий Анненский. МЕСЯЦ. Sunt mihi bis septem* Кто сильнее меня – их и сватай... Истомились – и все не слились: Этот сумрак голубоватый И белесая высь... Этот мартовский колющий воздух С зябкой ночью на талом снегу В еле тронутых зеленью звездах Я сливаю и слить не могу... Уж не ты ль и колдуешь, жемчужный, Ты, кому остальные ненужны, Их не твой ли развел и ущерб, На горелом пятне желтосерп, Ты, скиталец небес праздносумый, С иронической думой?.. _______ * Мои дважды семь (лат.). Иннокентий Анненский. РАЗМЕТАННЫЕ ЛИСТЫ (Сб. КИПАРИСОВЫЙ ЛАРЕЦ) #анненский

Иннокентий Анненский. МЕЛОДИЯ ДЛЯ АРФЫ Мечту моей тоскующей любви Твои глаза с моими делят немо... О белая, о нежная, живи! Тебя сорвать мне страшно, хризантема. Но я хочу, чтоб ты была одна, Чтоб тень твоя с другою не сливалась И чтоб одна тобою любовалась В немую ночь холодная луна... Иннокентий Анненский. СТИХОТВОРЕНИЯ, НЕ ВОШЕДШИЕ В АВТОРСКИЕ СБОРНИКИ #анненский

Иннокентий Анненский. МАКИ Веселый день горит... Среди сомлевших трав Все маки пятнами – как жадное бессилье, Как губы, полные соблазна и отрав, Как алых бабочек развернутые крылья. Веселый день горит... Но сад и пуст и глух. Давно покончил он с соблазнами и пиром, – И маки сохлые, как головы старух, Осенены с небес сияющим потиром. Иннокентий Анненский. ТРИЛИСТНИКИ (Сб. КИПАРИСОВЫЙ ЛАРЕЦ) #анненский

Федор Сологуб. МУКИ ТАНТАЛА Стоит он, жаждой истомлённый, Изголодавшийся, больной, – Под виноградною лозой, В ручей по пояс погружённый, И простирает руки он К созревшим гроздьям виноградным, – Но богом мстящим, беспощадным Навек начертан их закон: Бегут они от рук Тантала, И выпрямляется лоза, И свет небес, как блеск металла, Томит молящие глаза... И вот Тантал нагнуться хочет К холодной радостной струе, – Она поет, звенит, хохочет В недостигаемом ручье. И чем он ниже к ней нагнётся, Тем глубже падает она, – И пред устами остаётся Песок обсохнувшего дна. В песок сыпучий и хрустящий Лицом горячим он поник, – И, безответный и хрипящий, Потряс пустыню дикий крик. Федор Сологуб. СТИХИ. Книга вторая #сологуб

Федор Сологуб. МОРОЗНАЯ ДАЛЬ Морозная светлая даль, И низкое солнце, и звёзды в снегу... Несут меня сани. Забыта печаль. Морозные грёзы звенят надо мной на бегу. Открытое поле всё бело и чисто кругом. Раскинулось небо широким и синим шатром. Я вспомнить чего-то никак не могу, Но что позабылось, того и не жаль. Пуста и безлюдна морозная даль. Бегут мои кони. Ямщик мой поёт. Деревни дымятся вдали... Надо мною несётся мечта и зовет... Плещут волны, летят корабли... Рассыпается девичий смех перекатной волной... Ароматная ночь обаяла своей тишиной... Мы крылаты, – плывем далеко от земли... Ты, невеста моя, не оставишь меня... Нет, опять предо мною зима предстаёт, Быстро сани бегут, и ямщик мой поёт, И навстречу мне снежная пыль мимолетного дня. Федор Сологуб. СТИХИ. Книга первая #сологуб

Федор Сологуб. МЕДНЫЙ ЗМИЙ Возроптали иудеи: «Труден путь наш, долгий путь. Пресмыкаясь, точно змеи, Мы не смеем отдохнуть». В стан усталых иудеев Из неведомой земли Вереницы мудрых змеев Утром медленно ползли. Подымался к небу ропот: «Нет надежд и нет дорог! Или нам наш долгий опыт Недостаточно был строг?» Рано утром, в час восхода, Голодна, тоща и зла, В стан роптавшего народа Рать змеиная ползла. И, раздор меж братьев сея, Говорил крамольник злой: «Мы отвергнем Моисея, Мы воротимся домой». Чешуёй светло-зелёной Шелестя в сухой пыли, По равнине опалённой Змеи медленно ползли. «Здесь в пустыне этой пыльной Мы исчахнем и умрём. О, вернёмся в край обильный, Под хранительный ярём». Вдруг, ужаленный змеёю, Воин пал сторожевой, – И сбегаются толпою На его предсмертный вой. И, скользя между ногами Старцев, жён, детей и дев, Змеи блещут чешуями, Раззевают хищный зев, И вонзают жала с ядом В обнажённые стопы Их враждебно-вещим взглядом Очарованной толпы. Умирали иудеи, – И раскаялись они. «Моисей, нас жалят змеи! – Возопил народ. – Взгляни: Это – кара за роптанье. Умоли за нас Творца, Чтоб Господне наказанье Не свершилось до конца». И, по слову Моисея, Был из меди скован змей, И к столбу прибили змея Остриями трёх гвоздей. Истощили яд свой гости И, шурша в сухой пыли, Обессиленные злости В логовища унесли. Перед медным изваяньем Преклоняется народ, И смиренным покаяньем Милость Божию зовёт. Федор Сологуб. ЗМИЙ. Стихи. Книга шестая #сологуб

Федор Сологуб. МАРШ Барабаны, не бейте слишком громко, – Громки будут отважные дела. О них отдалённые вспомнят потомки В те дни, когда жизнь засияет, светла. Вспомнят угрозы нового Атиллы И дикую злобу прусских юнкеров, Вспомнят, как Россия дружно отразила Движущийся лес стальных штыков. Вспомнят, как после славной победы Нация стала союзом племён И бодро позабыла минувшие беды, Как приснившийся ночью тяжёлый сон. Федор Сологуб. ВОЙНА #сологуб

Федор Сологуб. МАРГРЕТА И ЛЕБЕРХТ. Шутливая песенка С милой, ясной Девой красной, С этой бойкою Маргретой, Знойным летом разогретой, Песни пел в лесочке кнехт, Разудалый Леберехт. Звонко пели, Как свирели. Леберехт твердил Маргрете: «Краше девки нету в свете! Но, Маргрета, вот что знай: Ты с другими не гуляй!» Ах, Маргрета В это ж лето, Не нарочно, так, случайно, С подмастерьем Куртом тайно Обменяла поцелуй На брегу весёлых струй. Но от кнехта Леберехта Не укрылася Маргрета, – Леберехт всё видел это. Только лишь слились уста, Леберехт из-за куста. Курт умчался, Кнехт остался. Слов не тратил на угрозы. Кнехту смех, а Грете слёзы. Но уж с той поры она Кнехту так была верна! Скоро с кнехтом Леберехтом Под венец пошла Маргрета, Точно барышня одета, – И уехал Леберехт Вместе с Гретою в Утрехт. Федор Сологуб. ФИМИАМЫ #сологуб

Константин Бальмонт. МЭРИ. Сонет Когда в глухой тиши старинного музея, Исполненный на миг несбыточной мечты, Смотрю на вечные созданья красоты, Мне кажется живой немая галерея. И пред Мадоннами душой благоговея, Я вижу много в них священной простоты, И в книге прошлого заветные листы Читаю я один, волнуясь и бледнея. Так точно близь тебя душою я постиг, Что можно пережить века в единый миг, Любить и тосковать, о том сказать не смея, И выразить всех чувств волшебных не умея, – Я вечной Красоты в тебе познал родник, Мечта художника, безмолвная камея. Константин Бальмонт. ЛЮБОВЬ И ТЕНИ ЛЮБВИ (Сб. В БЕЗБРЕЖНОСТИ) #бальмонт

Константин Бальмонт. МЫШЬ И ВОРОБЕЙ Жили мышь с воробьем ровно тридцать лет, Никакие их ссоры не ссорили. Да вот в маковом зернышке путного нет, Из-за зернышка оба повздорили. Всякий, что ни найдет, все с другим пополам, Да нашел воробей это зернышко. «Что вдвоем», он сказал, «тут делить будет нам!» И склевал он один это зернышко. «Ну», сказала тогда черноглазая мышь, Сероспинная мышь, серохвостая, «Если так, воробей, ты со мной угоришь, И с тобой расплачусь очень просто я». «Писк!» тут пискнула мышь. «Писк!» пропела она. И зверье набежало зубастое. «Писк!» пропел воробей. «Писк! Война так война!» Войско птиц прилетело глазастое. Воевалась война ровно тридцать лет Из-за макова зернышка черного, – Пусть и мало оно, извиненья в том нет Для того преступленья позорного. Тридцать лет отошло, и сказало зверье: «Источили напрасно здесь зубы мы». Перемирье пришло. «Что мое, то твое». Так решили. «Не будем же грубыми!» Воробью протянула безгневная мышь Свою правую ручку в смирении. Клюнул он поцелуй. И глядишь-поглядишь, Так вот людям бы жить в единении! Константин Бальмонт. ЗОЛОТОЕ ЯЙЦО (Сб. БЕЛЫЙ ЗОДЧИЙ) #бальмонт

Константин Бальмонт. МЫСЛИ СЕРДЦА Уж я золото хороню, хороню. Песня игорная Золото лучистое я в сказку хороню, Серебро сквозистое приобщаю к дню. Золото досталось мне от Солнца, с вышины, Серебро – от матовой молодой Луны. Песнь моя – разливная, цветут кругом луга, Сказку-песнь убрал я всю в скатны жемчуга. Жемчуг тот – из частых звезд, звезд и слез людских, Мысли сердца – берега, сердце – звонкий стих. Константин Бальмонт. В ЯРКИХ БРЫЗГАХ (Сб. ПТИЦЫ В ВОЗДУХЕ) #бальмонт

Константин Бальмонт. МУХА. Загадка Легко порхает, Сама не знает, Куда летит, зачем живет. Звенит для слуха, Всегда старуха, Всегда ей первый для жизни год. Легко порхает, Жужжит, не знает, Что так внимал ей – Фараон. И будет виться, И так кружиться На тризне крайней – всех, всех времен. Константин Бальмонт. ЗЕЛЕНЫЕ СВЯТКИ (Сб. ПТИЦЫ В ВОЗДУХЕ) #бальмонт

Константин Бальмонт. МУЗЫКА Мы слышим воздушное пенье чудесной игры, Не видя поющего нам серафима. Вздыхаем под тенью гигантской горы, Вершина которой для нашего духа незрима. И чувствуем смутно, что, если б душой мы могли Достичь до вершины, далекой и снежной, Тогда бы – загадки печальной Земли Мы поняли лучше, упившись мечтою безбрежной. Но нет, мы бессильны, закрыта звенящая даль, И звуки живые скорбят, умирая, И в сердце обманутом плачет печаль, И гаснут, чуть вспыхнув, лучи недоступного Рая. Константин Бальмонт. АККОРДЫ (Сб. ТИШИНА) #бальмонт