Крипта Корги

Художники рисуют медвежьи флаги, фракталы с выходом вниз, четырехлетние циклы и прочие шедевры. Не даем себя забайтить, ждем вверх на атх

ого, 500 подписчиков, спасибо друзья, вы лучшие!

Завтра.

Главный аспект предложения, который упускают из виду большинство инвесторов: почти 75% мировых запасов золота уже добыто, и при нынешних темпах добычи экономически извлекаемые запасы могут быть исчерпаны в течение следующих 15-20 лет.

Все еще может тестировать синие и красные линии на 75-76к

Старина Эрик Шмидт. Видит всю планету насквозь.

Глобальная денежная масса обновила рекорд — $121.9 трлн. За два года в мире стало на $17.1 трлн больше денег

Никогда такого не было и вот опять.

Классно держит мысль.

Топ.

Никто не говорит о том, что произошло на рынке вчера. За один день было продано колл опционов на S&P 500 на сумму 2,6 триллиона долларов. За один день. Это самый высокий показатель за всю историю рынка. График ведется с 1999 года. Вот что это значит простыми словами. Опцион колл — это ставка на то, что цены вырастут. Когда трейдеры покупают миллионы таких ставок одновременно, маркет-мейкеры, продавшие эти ставки, вынуждены покупать сами акции, чтобы защитить себя. Эта покупка подталкивает цены вверх, что заставляет больше людей покупать опционы колл, что, в свою очередь, приводит к еще большей покупке акций. Цикл подпитывает сам себя. Рынок растет не из-за фундаментальных факторов. Он растет из-за чистой механической силы. 60% всех опционов S&P, проданных вчера, были опционами колл. Необычный день. У Goldman Sachs было для этого название. Их собственные трейдеры называли это «полуиррациональным режимом погони». Это вежливый способ Уолл-стрит сказать, что рынок немного сошёл с ума. Индекс RSI Филадельфийского полупроводникового индекса только что достиг своего наивысшего уровня с 1999 года. Тогда был пик доткомов. Никто не говорит, что это 1999 год. Но сам рынок проводит это сравнение. Вот риск, о котором никто не хочет говорить вслух. Когда истекают опционы или закрываются позиции, механические покупки прекращаются. И это может развернуться ииупасть вниз так же быстро. Ралли реально. Исторические максимумы реальны. Но 2,6 триллиона долларов за один день говорят о том, что это движение работает на реактивном топливе, а не на фундаментальных факторах. Что произойдет, когда топливный бак опустеет? Лично я беру длинные путы. 🙄

Есть два важных регуляторных фактора, о которых рынок пока почти не говорит. 1. 14 мая банковский комитет Сената США проведет голосование по Clarity Act (пост выше). Этот законопроект официально закрепляет статус BTC как товара и дает ту самую регуляторную ясность, которую давно ждут институционалы. 2. 18 июня завершается консультация Basel по BTC. Правила Basel определяют, как банки по всему миру должны учитывать активы на своих балансах. Позитивное решение может значительно снизить затраты банков на хранение и предоставление доступа к биткоину.

На фоне того, что принятие Clarity Act становится все более вероятным, такие гиганты, как JPMorgan, BlackRock, Citi, Fidelity и Bank of America, активно нанимают криптоэкспертов. Инженеров цифровых активов, специалистов по токенизации и руководителей криптоинфраструктуры. Одновременно с этим: • NYSE и Nasdaq готовятся к запуску токенизированных акций • Институционалы строят блокчейн-рельсы для расчетов • Рынки движутся к торговле 24/7 и мгновенным расчетам Уолл-стрит явно рассматривает токенизацию как следующую эволюцию рынков капитала. Очень похоже на то, как когда-то деривативы выросли в рынок стоимостью сотни триллионов долларов по всему миру.

1. Вырвались над трендом 2. Протестировали тренд 3. Пошли вверх на 95 (верхний бб) Классика

аирдропы в 2026 такие:

денежная масса 30кккк регулирование токенизация денежная масса 300кккк

Этот график — один из самых важных для понимания экономической политики США за последние 15 лет. Объём денежной массы M2 в США сейчас составляет 22,69 трлн долларов — исторический максимум. Когда Джером Пауэлл вступил в должность в феврале 2018 года, этот показатель находился на уровне примерно 13,8 трлн долларов. За восемь лет Федеральная резервная система увеличила денежную массу на 8,9 трлн долларов — это рост более чем на 64 % для мировой резервной валюты. Прошу вас внимательно посмотреть на это сравнение, потому что цифры действительно впечатляют. При Джанет Йеллен (4 года) M2 выросла на 3,1 трлн долларов. При Бене Бернанке (8 лет, включая мировой финансовый кризис, QE1, QE2 и QE3) — на 3,2 трлн долларов. При Алане Гринспене (14 лет) — всего на 2,6 трлн долларов. Пауэлл увеличил денежную массу больше, чем три его предшественника вместе взятые, и сделал это менее чем за половину того времени. Это уже не традиционная монетарная политика. Это настоящая смена парадигмы.

да