Маленький ученый в большой науке

Кажется, это был первый раз, когда я самостоятельно и своим волевым решением поехал в ветеринарную клинику со своим питомцем. Малыш обругал ветеринарку (пищал, когда она брала его в руки), обнюхал крошечный ларингоскоп и перевернул весы. Весит он полкило (я все ещё немного удивлён). А ещё ему сделали рентген, который я вам покажу, когда мне пришлют его на почту. Но главное, что у него все хорошо. Все же я человек, не умеющий не переживать за животных. Думаю, что это то, что нельзя потерять. Если вы хотите завести крыс, готов вам дать первичную консультацию. Но главный дисклеймер: уход за ними тяжелее, чем может показаться с первого взгляда

И снова о крысах, но уже о конкретных. Даже о конкретном. Когда я заводил крыс, я рассуждал очень утилитарно: они небольшие, социальные, их можно приручить, а ещё не так сложно ухаживать, и они мало живут. Последний пункт также оказывал влияние, я все же часто переезжаю, не исключаю и смену города в будущем. Но вот прошёл год. Рациональность сменилась эмоциональность. Я привязался. Я все ещё держу в голове мысль, что живут они не так много, но сильнее переживаю за их здоровье. И вот возвращаюсь я из Сыктывкара и замечаю серого крыса (его зовут Ленс, кстати) с хромой лапой. На следующий день к хромоте прибавилось тяжелое дыхание, подергивания, слабость и пульсирование глаз. Я сразу же нашёл ветеринаров (по крысам их называют ратологами), прикинул количество необходимых денег, начитался информации на форумах и просто ждал приёма у специалиста. Но наблюдать, что этому шерстяному комочку больно — все ещё тяжело. В итоге, все сильно лучше, чем могло быть: всего лишь вывих. Никаких опухолей, инфекций и даже без перелома. А крысы болеют часто (если вы не знали). Будто бы вся ответственность за его жизнь лежала на мне. Это подтолкнуло к множеству околофилософских размышлений.

А вот памятник лабораторной мышке, которая вяжет ДНК Я точно помню, что когда-то сам фотал его, когда жил в Академгородке, но не нашёл этих снимков (так что взял из Яндекса)

Сегодняшний день я посвящаю крысам Вообще эти животные действительно много сделали для науки в общем и психологии и нейронауки в частности. Как путём дрессировки и долгих наблюдений, так и отдав собственные жизни. Одно из моих любимых исследований — исследование латентного научения Эдварда Толмена. Он пускал крыс ходить по лабиринту просто так, когда не было никакого ценного стимула (например, еды). Крысы бесцельно изучали тоннели, упирались в тупики, либо находили выходы. Через какое-то время в лабиринт клали еду. Крысы практически безошибочно находили ее в лабиринте. Самое интересное, откуда бы крысы не начинали поиски (их специально сажали в разные части лабиринта), они одинаково успешно справлялись с поиском пищи. Из этого были сделаны выводы о существовании латентного научения — обучения ситуациям или каким-то закономерностям, с возможностью дальнейшего применения этих знаний для выполнения задачи. Формировались так называемые когнитивные карты. Это исследование оказалось очень важным для развития психологической науки, ведь показывало, что научение возможно без подкрепления. Но не стоит забывать, что использование животных для исследований — очень сложная с точки зрения этики тема: развитие науки обязано огромному количеству маленьких и не очень зверьков