Андрей Манчук

Накануне испытания «Царь-бомбы» советские конструкторы создали самолет Ту-95ЛАЛ (Летающая Атомная Лаборатория), оснащенный малогабаритным ядерным реактором, который совершил 34 экспериментальных полета. Реализация советской ледокольной программы продемонстрировала перспективы использования мирного атома. Рассматривались варианты строительства атомных спутников, поездов, автомобилей, вертолетов и дирижаблей. А в октябре 1961 года заработала транспортабельная электрическая станция ТЭС-3, с ядерным реактором на гусеничном ходу. Была предложена идея роботизированного беспилотника, способного находиться в воздухе практически непрерывно. «Нужно шире открыть дорогу атомной энергии для транспортных целей. Должны быть широко развиты работы по атомным силовым установкам не только для ледокола, но и для других кораблей, для авиации и сухопутного транспорта», – говорил в 1956-м Курчатов. Многие из старых проектов получат в будущем новую актуальность – по мере продвижения работы над управляемым ядерным синтезом.

65 лет назад – 30 октября 1961 года – состоялись испытания термоядерной бомбы АН602, которая известна под названием «Царь-бомба» и считается самым мощным взрывным устройством, изготовленным за всю историю человечества. Разработка сверхмощной бомбы началась в 1956 году, под руководством Курчатова, а задачей проекта было достижение паритета с США, которые инициировали гонку вооружений. К моменту испытания на Новой земле Вашингтон имел 22 229 ядерных боеголовок против 2 492 бомб, которыми располагала Москва. Пентагон разработал 18 детальных планов ядерной бомбардировки СССР, включая удары по Москве, Ленинграду, Киеву, Минску, Тбилиси, Баку, Ташкенту, Харькову, Свердловску, Днепропетровску. Мощность «Царь-бомбы» должна была составить 100 мегатонн, но ее уменьшили вдвое. Испытание проходило после вторжения на Кубу, в преддверии Карибского кризиса. Демонстрация советских ядерных возможностей ускорила подписание Московского договора о запрещении ядерных испытаний, позволив избежать глобальной атомной катастрофы.

В 1989 году писатель Жоржи Амаду усомнился в политическом будущем Лулы да Силва. «Вот на экране появляется Лула, лидер могучей Парии трудящихся. Во времена военной диктатуры я связывал в этой партией немало надежд. С Лулой я лично не знаком, отзываются о нем хорошо, и я верю этим отзывам. Он кажется мне порядочным человеком – большая редкость в наши дни. Будучи профсоюзным боссом, вел себя во время стачки металлургов безупречно. И странно звучит в его устах воинствующий догматизм, когда он обращается к избирателям. Лула безнадежно опоздал. Ни разу не произносит он слово «народ», только «пролетариат», только «рабочий класс», обещая строить социализм. Можно подумать, что речь ему прислала из Тираны вдова Энвера Ходжи». Сейчас Луле 81 год, и он в четвертый раз победил на выборах президента Бразилии. На фото – лампа из панциря броненосца, подаренная бразильцами Сталину. Рядом с ней экспонируются другие бразильские подарки – карта Южной Америки из крыльев бабочек и амулет от дурного глаза.

120 лет назад, 22 октября 1906 года, умер Поль Сезанн – предтеча кубизма и модернизма. Он стал прототипом героя романа «Творчество», который опубликовал в 1886 году его старый друг, писатель Эмиль Золя – в образе художника, бросившего вызов господствующим представлениям об искусстве. «Сезанн говорил: «нужно вернуться к классицизму через природу». Он понимал, как много сделали импрессионисты, но он хотел придать предметам стойкость, найти с помощью цвета их форму: «цвет лепит предметы». Он хотел отделить основное от случайного, опускал детали, искал больших форм; однако мир для него был не нагромождением геометрических фигур, а живой плотью. Он был реалистом в самом точном смысле этого слова, и с импрессионистами его разделял подход к природе: он создал новую живописную манеру, не исходя от впечатлений, а изучая предмет, лицо, пейзаж. Природа для него была сложной, тяжелой, горячей». Илья Эренбург. «Французские тетради».

120 лет назад, 22 октября 1906 года, умер Поль Сезанн – предтеча кубизма и модернизма. Он стал прототипом героя романа «Творчество», который опубликовал в 1886 году его старый друг, писатель Эмиль Золя – в образе художника, бросившего вызов господствующим представлениям об искусстве. «Сезанн говорил: «нужно вернуться к классицизму через природу». Он понимал, как много сделали импрессионисты, но он хотел придать предметам стойкость, найти с помощью цвета их форму: «цвет лепит предметы». Он хотел отделить основное от случайного, опускал детали, искал больших форм; однако мир для него был не нагромождением геометрических фигур, а живой плотью. Он был реалистом в самом точном смысле этого слова, и с импрессионистами его разделял подход к природе: он создал новую живописную манеру, не исходя от впечатлений, а изучая предмет, лицо, пейзаж. Природа для него была сложной, тяжелой, горячей». Илья Эренбург. «Французские тетради».

Гуляющая по соцсетям картинка с Розовой Пантерой и французскими жандармами сгенерирована искусственным интеллектом. Однако мир принял это изображение за чистую монету, потому что участники антимакроновских выступлений давно славятся своей креативностью. На митинге «желтых жилетов» можно было встретить Супермена, Че Гевару, пиратского капитана Джека Воробья и викинга Рольфа Пешехода, который когда-то штурмовал со своей дружиной Париж. Желтые жилеты дорожных работников использовались как мобильные дацзыбао. На них написано все, что думают о Макроне простые французы. Жилетки надевают даже на домашних собачек, которых приводят на акции. Старенькие автомобили украшены цитатами Виктора Гюго, Эмиля Золя, и могут рассказать семейную историю – о том, что дедушка был партизаном и воевал против немцев. Костюмы выглядят мило. Но сама акция была посвящена поддержке людей, которых жестоко покалечили французские полицейские – под одобрительное молчание демократических медиа.

Сказка про избушку на костяных ножках имеет под собой вполне реальное научное основание. В 1966 году археологи раскопали поселение дьяковской культуры – в живописном месте, между Саввино-Сторожевским монастырем и пещерой, в которой жил 600 лет назад святой Савва. Здесь, на горе Сторожа, нашли так называемый «домик мертвых». Это была бревенчатая постройка, в которой находились кремированные останки людей. Рядом лежали типичные дьяковские грузики, назначение которых остается неясным. Дьяковская культура была синкретичной. В городищах проживало угро-финское население, а потом в регион пришли балты, оставившие многочисленные гидронимы – Ока, Истра, Руза, Москва, Яуза. Дьяковские поселения погибли в VII веке. На пожарищах находят следы сарматов. Существует предположение, что дьяковцев угнали для продажи в рабство – через гавань Танаиса. В опустевший край проникли славяне, поселившиеся возле Сторожи уже к Х веку. Они находили домики с человеческим прахом, и это могло отразиться в архаичных сказаниях.

Все обсуждают взрывной рост популяции бурого медведя – на пространстве от Токио до Бухареста. Причины его понятны. Охрана животных усилилась, а охота сошла на нет, потеряв не только экономическую целесообразность, но и престиж. В условиях урбанизации медведь становится синантропным. Он кормится на дорогах, возле свалок, и теряет страх перед человеком. То же самое произошло с другими животными. Лисица конкурирует на окраинах городов с кошками и собаками, практически истребленный бобр снова стал обычным в Восточной Европе, наряду с крупными парнокопытными. Прежний ареал различных видов стремительно восстанавливается, и ситуация с медведями отражает эту тенденцию. Между тем, медведь – грозный хищник. Достаточно напомнить, что предки германцев, славян и балтов табуизировали его название, однокоренное с латинским ursus и греческим arktos – заменив его на описательные эвфемизмы. На этих фотографиях можно видеть медведей, которые встретились нам на Камчатке, Чукотке и на Курилах.

Плоды лежат как солнца золотые, Исполненные чистого тепла. И каждая фигура так кругла, Так чисто выписана, так полна собою, Что, истомленный долгою борьбою, Мужик глядит и чувствует, что в нем Вдруг зажигается неведомым огнем Его душа. В природе откровенной, Такой суровой, злой, несовершенной, Такой роскошной и такой скупой, Есть сила чудная. Бери ее рукой, Дыши ей, обновляй ее частицы – И будешь ты свободней легкой птицы. Мир должен быть иным. Мир должен быть круглей, Величественней, чище, справедливей, Мир должен быть разумней и счастливей, Чем раньше был и чем он есть сейчас. Да, это так. Мужик в последний раз Глядит на яблоки и, набивая трубку, Спешит домой. Над ним, подобно кубку, Сияет в небе чистая звезда, И тихо все. И только шум листа, Упавшего с ветвей, и посредине мира – Лик Осени, заснувшей у клавира. Николай Заболоцкий, 1932 г. Мозаичное панно «Осень». Изготовлено мастерами комбината монументально-декоративного искусства для кафе «Времена года», 1968 г.

Архитектурный парк «Никола-Ленивец» расположен на берегах Угры. Его основал в начале века художник Николай Полисский. Он предложил поставить возле реки «Маяк» – деревянный арт-объект, который построили жители соседней деревни. С тех пор здесь проводится фестиваль «Архстояние». Его название отсылает к Стоянию на Угре – событиям 1480 года, когда хан Ахмат не решился перейти реку, за которой стояло войско Ивана III. В парке много масштабных работ. Огромный «Бобур», известный под названием Памятник Ктулху. Сплетенный из лозы «Угруан» – оммаж руанским картинам Клода Моне. «Вселенский разум» – архитектурная пародия на искусственный интеллект. А среди поля мирно пасется «Позолоченный телец»: «Этот арт-объект апеллирует к образу агрессивного финансового оптимизма, воплощенному в скульптуре «Бык с Уолл-стрит». Никола-Ленивецкий телец построен спустя 20 лет после появления на Манхэттене быка авторства Артуро Ди Модики и становится его антиподом, своеобразной метафорой мирового финансово-экономического кризиса».

Волжская Булгария была одним из первых государственных образований в Восточной Европе. В 986 году булгары направили послов в Киев, а затем торговали и воевали с древнерусскими княжествами. Юрий Долгорукий, Андрей Боголюбский, Всеволод Большое Гнездо и Юрий Звенигородский ходили на Волгу, а булгарские отряды атаковали Суздаль, Муром и Углич. В 1223 году булгары разгромили монгольское войско, возвращавшееся после битвы на реке Калке. Монголы захватили Булгар после упорной борьбы, однако город на Волге пережил в Золотой Орде новый расцвет. В Булгаре строили мавзолеи и минареты, там торговали генуэзцы, процветала армянская колония и появилась «греческая» церковь. Население Волжской Булгарии участвовало в этногенезе татар, башкир и чувашей. Тамерлан разрушил Булгар, а Петр I впоследствии поднялся на уцелевший минарет и издал первый в России указ об охране исторических памятников. Сейчас Булгар включен в список Всемирного наследия ЮНЕСКО. Рядом с ним появилась Белая мечеть, построенная по образцу Тадж-Махала.

Булгар возник в начале Х века, когда булгарские племена пришли на волжские берега, поглотив балто-славянскую именьковскую культуру. Этот город, расположенный ниже слияния Волги и Камы, замыкал обширную речную систему и был главным торговым центром всего Поволжья – о чем упоминали аль Идриси, аль Балхи, ибн Хаукаль. «Хазары торгуют с ними и совершают сделки, также и русы привозят к ним свои товары, и все те, кто обитает на обоих берегах этой реки привозят к ним свои товары, как то: соболей, горностаев, белок и другое», – писал ибн Руста. Скандинавы доставляли на пристани Булгара мечи, меха и рабов, обменивая их на арабское, персидское и согдийское серебро, а также на цветные стеклянные бусы. Ибн Фадлан, приехавший на Волгу в 922 году, в составе посольства багдадского халифа – чтобы распространять ислам и установить дипломатические связи с царем Алмушем – оставил подробные описания обрядов скандинавских купцов – включая похороны знатного руса, которого сожгли в ладье вместе с рабыней.

В сентябре 1918 года Лариса Рейснер вышла из Свияжска в поход, вместе с будущим драматургом Всеволодом Вишневским, служившим на знаменитой канонерке «Ваня». «Неуклюжие многоэтажные теплоходы под охраной миноносцев спустились к казанским пристаням. Шли с потушенными огнями, черной, холодной, гладко льющейся Волгой. За кормой немного пены на беззаботно-убегающей в Каспий волне, все смывающей и ничего не помнящей. А ведь тот омут, которым теперь бесшумно проплывал корабль-гигант еще вчера был вспахан бешено рвущейся сталью. Где сейчас проскользнула ночная птица, бесшумно тронув крылом молчаливую, чуть дымящуюся от холода воду, поднялось столько белых фонтанов пены. Стреляли, убегали из-под града снарядов, вытирали кровь с палубы, а теперь тихо, и Волга течет, как текла тысячу лет назад, как будет течь спустя столетия». Впоследствии Волга привела Рейснер в Иран, где она участвовала в попытке создания Персидской советской республики. А Вишневский сделал ее прообразом героини пьесы «Оптимистическая трагедия».

Музей Гражданской войны в Свияжске называют музеем Троцкого. В 1918 году чехословацкие легионеры захватили Казань, наступая на Москву при поддержке Савинкова и Каппеля. Наркомвоенмор республики прибыл со своим штабом на Волгу и поселился в деревянном доме, который сохранился до наших дней. Посетителей музея встречают восковые скульптуры Троцкого и писательницы Ларисы Рейснер. Бывшая возлюбленная Николая Гумилева пришла в Свияжск на корабле, с мужем Федором Раскольниковым – командиром Волжской военной флотилии – и оставила подробное описание его обороны: «Ни белые, упоенные недавней победой, ни красные, сплотившиеся вокруг Свияжска, не догадывались, какое историческое значение имели их первые пробные стычки. Участь Казани решилась именно в эти дни, и не только Казани, но всей белой интервенции. Красная армия нашла себя, переродилась и окрепла». Рейснер ушла из жизни сто лет назад – в 1926 году. Одна из ее последних книг – «Уголь, железо и живые люди» – рассказывает о возрождении разрушенного Донбасса.

Главным памятником заповедника «Остров-град Свияжск» является Успенский собор, который был построен в 1561 году и признан объектом Всемирного наследия ЮНЕСКО. Архитектором храма считается знаменитый псковский зодчий Постник Яковлев. Стены собора покрывают росписи, занимающие площадь более 1000 квадратных метров. Эти фрески написаны яркими и сочными красками, продолжая традицию Андрея Рублева и Дионисия. Причем, в свияжском соборе находится единственное прижизненное изображение Ивана Грозного. Росписи тщательно охраняют – вход в собор открыт в теплое время года и в сухую погоду. Посетителей пускают группами, несколько раз в день, чтобы не нарушать температурный режим. Самая известная фреска запечатлела святого Христофора-псоглавца, пострадавшего во времена императора Деция Траяна. Согласно житию, этот мученик был бербером. Египтологи полагают, что ранние христиане перенесли на североафриканского святого типичный образ Анубиса. Но святой Христофор в Свияжске имеет очень необычную для него конскую голову.

Иван Грозный основал Свияжск на мысу, окруженном водами Волги и Свияги – чтобы создать базу для наступления на Казань. «Предреченный град на Свиязе… Новопоставленый град, воистинну зело прекрасный», – писал о нем Курбский. Место для строительства города выбрал служивший Грозному касимовский хан Шах-Али. Деревянные постройки были изготовлены под Угличем, после чего их переправили по реке в виде пронумерованных бревен – для сборки на новом месте. «Великий князь приказал срубить город с деревянными стенами, башнями, воротами, как настоящий город; а балки и бревна переметить все сверху донизу. Затем этот город был разобран, сложен на плоты и сплавлен вниз по Волге», – писал немец Генрих фон Штаден. Эта строительная маркировка сохранилась на бревнах Троицкого храма – старейшего деревянного сооружения Поволжья, собранного в 1551 году и сохранившегося до нашего времени. Остатки других срубов законсервированы в ультрасовременном Музее археологического дерева – визитной карточке заповедника «Остров-град Свияжск».

«Значение Казани велико: это место встречи и свидания двух миров. И потому в ней два начала: западное и восточное; здесь они от беспрерывного действия друг на друга сжались, сдружились, начали составлять нечто самобытное по характеру. Казань – главный караван-сарай на пути идей европейских в Азию и характера азиатского в Европу», – писал Александр Герцен. Своеобразие самого большого волжского города проявляется в его внешнем облике, впечатлявшем очевидцев еще в давние времена. «А от Казань-реки гора так высока, иже оком воззрити прикро. На ней град стоит и палаты царские и мечети зело высокие, мурованные, идеже их умершие царие клались», – вспоминал князь Андрей Курбский. Казанский кремль – объект Всемирного наследия ЮНЕСКО, украшен знаменитой башней Сююмбике. Среди памятников советской эпохи выделяется монумент поэту-антифашисту Мусе Джалилю и модернистский дом быта «Тюбетейка». Город охраняют скульптуры дракона Зиланта – потомка персидского Симурга, а на Дворце земледельцев растет огромное Древо жизни.

Самаре исполнилось 440 лет – хотя окрестности Жигулевских гор обжили еще в эпоху энеолита. «Самара – лучший, греховнейший, элегантнейший и благоустроеннейший кусок Москвы, выхваченный и пересаженный на берега Волги. Прямые асфальтированные бесконечные улицы, электричество, трамвай, витрины, кафе, лифты, отели на трех союзных языках с английской облицовкой, пятиэтажные дома, книжные магазины и т. д. Дороговизна ужасающая. Пароходы переполнены». Борис Пастернак, 1916 г. «Диалектика Самары состоит в том, что, с одной стороны, то был провинциальный город на восточном краю Европы, а с другой – такая же часть глобальной сети, и, следовательно, такой же центр мирового водоворота, как Лондон, Прага или Петербург. Нуворишеский город относился к категории «динамично развивающихся». Новая буржуазия сотнями тысяч гектаров хапала землю, нанимала сотнями и тысячами рабочих. Пристани и дебаркадеры на Волге кипели страстями». Лев Данилкин. «Ленин. Пантократор солнечных пылинок», 2017 г.

Стартовал новый сериал «Трудно быть богом» – экранизация повести Стругацких с очень вольной трактовкой ее сюжета. В первой серии показывают грандиозный храм на планете Арканар, куда поднимаются по каменным ступеням, для молитвы святому Мике. На самом деле эта лестница ведет на башню молчания в иранском городе Йезд. Зороастрийцы поднимали тела на ее вершину и оставляли птицам, для воздушного погребения. На дахме безлюдно – верующие шииты туда не ходят, а у подножия валяются обломки средневековой керамики. «Натуру снимали в пустыне Ирана. В городе Язд нашли древнюю зороастрийскую башню – прямо готовый объект. Зороастрийцы в городе живут и сейчас, между прочим. «У меня глаза были на лбу постоянно в этом Язде», – рассказывает актер Федор Лавров. – Эти улицы, эти базары. И там уживаются мирно три религии: иудаизм, зороастризм, ислам». Сериал пытается актуализировать земную повестку. Арата Горбатый зовет на борьбу против «серых» и «благородных». Один из прогрессоров сравнивает Арканар с нацистской Германией, а другой вспоминает про современную историю: «в двадцать первом веке человечество спасла от уничтожения чистая случайность». https://t.me/kermanich/6213?single

Жители Исландии проголосовали на референдуме против возобновления переговоров о вступлении в Европейский союз, не желая отказываться от остатков экономической и политической независимости. У Европы давние проблемы с исландским народовластием. Норвежские и датские монархи боролись против местного альтинга, который называют старейшим в мире парламентом. А король Кристиан Безумный вообще решил его разогнать. В 1944 году Исландия проголосовала на референдуме за республику. Через пять лет в Рейкьявике прошли протесты против вступления в НАТО. Исландцы требовали вынести этот вопрос на референдум – но Вашингтон был против, и протестующих разогнали дубинками. Недалеко от здания альтинга стоит памятник неизвестному чиновнику. Его установили на берегу озера Тьёднин, где можно наблюдать за перелетными птицами, подкармливая их хлебом. Художник Магнус Томассон сделал нижнюю часть скульптуры из бронзы, водрузив на нее сверху глыбу вулканического базальта. Сегодня у господина бюрократа не самое лучшее настроение.