Энтропия. Стихи.

и что нас не убивает, то метит заточкой в печень. что в нас не горит в огне, то ищет свой водоем. и если ты все еще веришь, что время тебя излечит, то лучше не торопись попасть к нему на прием. 11/2023

я занял место в третьем ряду, специально пришел пораньше, измаялся весь, когда там начнется весь этот театр, вообще я, конечно, против такой откровенной фальши, когда третьесортный актер себя возомняет у райских врат, искусственно стонет, вопит что-то нечеловечье, потом разбегается и неожиданно бьется лицом в проем. кровь разлетается брызгами, кровь есть синоним вечность, символично, конечно, но, может, уже пойдем отсюда? но дальше он падает на колени, да, современный перфоманс, конечно, - весьма непонятно и спорно. достав из складок пальто длинный нож, он себе разрезает горло. вот просто так: без подтекста, без наставлений на истинный путь. не, это уж слишком, смотреть дальше - просто абсурд, за что вообще платят деньги этим горе-работникам? я лучше пойду, пока сам тут не стал как труп. но вдруг обнаружил, что руки примотаны к подлокотникам. не хочется видеть, как кто-то себе с безразличным лицом исследует вены. я хочу на свой старый диван, там как раз вечерние новости, и люди друг в друга стреляют, на крайняк там жрут антилоп на канале Дискавери. но вдруг что-то щелкает, тарахтит, на меня наезжает камера, тычется мне в лицо, и от этого представления все мои полости вдруг сжимаются, становятся как свинцовые, а на губах выступает пена: я ору из последних: вы что, охерели, сволочи? современный театр - дерьмо, я за билет заплатил почти что три тыщи, а теперь я прикован как раб, и меня ведь никто не ищет! а еще все вокруг так орали: искусство, искусство, ИСКУССТВО! от искусства должно быть хоть что-то внутри: мне должно быть смешно, или, бог с ним, хотя бы грустно. а я совсем ничего не чувствую. кроме бездонного ужаса. потому что я вдруг обернулся и понял, что зал абсолютно пуст. и со сцены этот мужик, в нелепом присев реверансе, издает какой-то надломный хруст. а потом он шепчет, все шепчет, шепчет, уже перейдя на свист: господь бог нас ломает на мелкие части намеренно, даже спецом, чтобы мы подходить могли всем, свои части сплетя с чужими. он все смотрит в меня моим же лицом. и в воздухе пальцем как будто выводит имя. конечно, мое. за спиной появляется чистенький книжный лист, на котором, как фокусник, кто-то выводит уверенно формулу безнадежности. я дурак, что пришел сюда, я уже осознал все ошибки, свои оплошности. не хочу читать ваших книг, мне противен весь этот процесс, я против того, чтобы знать что-то кроме того, что зимой выпадает снег. и снег никогда не тает. иногда я читаю фанфикшн про горизонтальный инцест, и этого мне хватает. я еще не дорос до искусства, клянусь, и хотя бы из чувства жалости отпусти меня, отпусти, отпусти меня, ну пожалуйста. 11/2023

кто-то по пятницам приходит в бары и клубы, пишет по пьяни ‘люблю’, при этом совсем не любя. во сне ты целуешь меня почти невесомо в губы. и я прихожу в себя: с ноги открываю дверь, - не ищем путей окольных. щеколда была на соплях, поэтому поддалась. я правда горжусь собой - какая дана мне власть: в любой ситуации выглядеть, будто совсем больно. запнувшись о старый хлам, ступаю на пол - он лава, протяжно скрипит весь мир - агония половиц. я правда горжусь собой - среди пары сотен лиц я выберу себе то, что говорит: так надо, таким ведь и был наш план, поэтому взятки гладки, а то, что вокруг темно - так мы не включали свет. поройся на пыльных полках, там ты найдешь ответ, заметки карандашом на книжных цветных закладках, сто тысяч чужих стихов, бессонниц больных, полночных, обрывки календарей, комплект запасных ключей. ты удивишься сам, сколько же там вещей. там ты найдешь себя - разобранным по кусочкам. 11/2023

после боя не машут оружием, после потопа - веслом. ты не знаешь, как правильно жить, но знаешь, как жить назло, припадая к своим же рукам за неименьем жилетки. из песчинок собрал меня, всю пустоту обыскав, и закроешь что вышло в свой саркофаг, батискаф, что хранится так бережно в грудной клетке. 11/2023

выдохнул в ворот: горе мое луковое, Оле Лукойе, угости меня медом, теплым то́пленым молоком. подари мне себя, пусть это будет всего лишь сон. может быть я пойму, что же со мной такое. ➖➖➖ почему все бегут, не стесняясь горящего красного, а во мне из движения - систола и диастола. за тебя мне никто бы не дал ни коня, ни полцарства, но тому, кто познал гридирон, не нужно лекарство: мне не стать ни мудрей, ни красивее. да, мне не стать целее, только голос твой дарит мне вечность и исцеление на один краткий миг. и этого мне достаточно. не способен кого-то любить и подносить им тапочки. но способен упасть, точно в бездну, в свою кровать. я способен тебя, если надо, всю жизнь прождать. я сто тысячный день шепчу себе в ворот: пожалуйста, пусть сегодня будет побольше проблем и усталости. может, ты тогда сжалишься, может тогда ты простишь меня за мои не тебе посвященные четверостишия, как попытку сбежать от себя же, как малодушие, неспособность себя уберечь от тоски и удушья. и во сне ты садишься ко мне на постель, гладишь за́ ухом, чуть скривившись, вздыхаешь: как же мы все прощелкали? и от слез моих комната словно цветная мозаика рассыпается. все-таки ты пришел ко мне. 11/2023

если бы я был Гилмором, это была бы моя Стена. любые шорохи в темноте сводят меня с ума, эта нежность ночная тягучая и саблезубая, если все дело в ней, я совсем не против безумия: я полностью за. за краем ресниц, за краем кровати я, все слова мои носят характер исповедательный, все слова мои липнут на пломбы, как барбарис: приди и спаси, ведь теперь я хочу спастись. ➖➖➖ все, что прячу в себе, облекается лишь в тишину и брань, знай: любые стихи твои, пропущенные через чужую гортань, могут звучать как надо - хочешь, звучать победно, но перестанут твоими быть в ту же секунду, мгновенно. ➖➖➖ ты нарочно меня уморил, усыпил, убаюкал. я всегда был бегущим по кругу, теперь ты загнал меня в угол, зажал как мальчишку, лицом в штукатурку впечатал. но даже тогда я не выл, не молил и не плакал: ведь чем ты со мной будешь строже, грубее и жестче, тем меньше мой шанс услышать: да делай, что хочешь. А я ничего не хочу. ➖➖➖ ну разве что мандрагору и четырехлистный клевер. и чтобы я мог находить всегда твои пальцы в своем рукаве. ты сказал мне: не стоит бояться того, что всего лишь в твоей голове. и я впервые тебе не поверил. 11/2023

мои боги больше не ссорятся между собой, заключив соглашение о прекращении bellum frigidum. держат домик в лесу, умываются талой водой, смотрят в окна, в которых бывает не видно ни асбестовых звезд, ни небесной блестящей слюды. пьют не кухне цикорий, помолотый бережно в малость. и по терпкому запаху, плотности, вкусу слюны безошибочно чувствуют, сколько еще мне осталось. мои боги стареют, стрелять им мешает артрит, а читать не дает насмешливо маленькость литер. укрываясь одним одеялом, дотла в них горит мысль о том, как друг друга они ненавидят. и во сне занимаются заревом ставни, крыльцо и карниз, горизонт берет ножницы в руки, делает чик как закройщик. первый снег, словно пепел, замедлено падает вниз на центральную темную площадь. 10/2023

Еще лет в 9 он понял, что нет никакого чуда, Что сказки все врали, что всё относительно - пряники, плети. Он понял, что каждый, и даже он сам, изначально слаб - тем, что смертен. Причем смертен внезапно. Когда-то из ниоткуда. Ни одна тропа, дорога, хайвей не будет простой и ровной. Что нет ничего, о чем говорили тебе братья Гримм и Гофман, Что есть только смерть - тягучая и большая, и это не словоформа. И всё, что ты можешь: множить свою беспомощность и упречность. Абсолютным мерилом всего является вечность. И смерть - это вечность. С тех пор он очень ее боится. Люто. Боится и ненавидит. Скребет ногтями по наволочке и обоям. И что может быть страшнее, чем знать, что ты мал, а оно - большое. Что каждый день - хроника, а ты в ней почти что Риддик: Тоже можешь смотреть во тьму. Но смотреть не равно увидеть. Хотя кроме смерти есть и что-то еще. Какой-то кусок текущего мироздания. Он без маршрута несется по трассе, врезается в бензоколонки и здания. Загибается в бесконечность на Лиговском или Кривоколенном: Просто помни, дружок, что ни одна сила Вселенной Не может менять судьбу. И как ни старайся быть лучше, проще и чище, Белить свое жизнеписание, подавая у храма нищим, Уверовать в бога - любого, какого подсунут, Как способ иметь в себе веру хоть бы в какое чудо, Пускай и абсурдное, непостижимое, низкое, даже не выше Везувия. И пусть, что наличие чуда недоказуемо, - Ни предками, ни современным прогрессом, ни внуками, Но он так устал, что готов плевать на науку, Если в ней нет хоть единого шанса спастись От отчаянья, от первобытного ужаса и апологии лжи: Вот ты живешь, это есть чудо, просто слегка затертое: Но на полке лежат счета за свет, за воду и газ. И ЭТО ТЕБЯ ОТЛИЧАЕТ ОТ МЕРТВОГО. Скажешь не так? Необоротное зелье. Кто-то еще одержим тут идеей всем доказать: не простак, Не дурак, Всё не серое, есть еще много красок. И жизнь моя - это мишень, а чувства мои есть пули. Были бы дети, он не читал бы им сказок. Чтобы они всю жизнь не страдали, что их обманули. 10/2023

Ну и Леха Никонов как раз для первого дня октября.

Внутренности вывернув, Полз по новостям Грязным и пронырливым. Песни на костях Собирались в целое - Череп и скелет. Ни в кого нацелено. Никому в ответ. Из цемента блоками Заложил проем. Сколько бы ни хлопали, Только не пойдем В завтра, а вчерашнее - Темный лес, хвоя. В этом мире нашего Нету нихуя. Шиворот-навыворот Мальчик порот розгами. Брешами и дырами Светит небо звездное. Крот танцует танец, и Всюду тьма и смрад. Все, что нам останется, Лишь дорога в ад. 09/2023

и время становится просто величиной, не значащей ничего. ➖➖➖ там, где мы пьем из одной бутылки и курим одну сигарету, на мягком диванчике в старом офисном здании. как отличить проклятие от призвания? и сотни других вопросов, к которым, увы, ответов не будет в течение жизни, - ни в этой, ни в прошлой, ни дальше - в единственном мутном окошке уже занимается вечер. как отличить порочность и безупречность? если мы все фальшивы до боли и самоотдачи: всё, что в тебе прорастает, тут же гниет, стареет. нет ничего навсегда, а за минутное - стыдно, скоро наступит ночь, значит, опять не видно, чем разукрашена осень, парки, сады, ливрея твоих самолетов грузных, отпущенных в небо, чтобы лететь в точку Б из А без сбоев и происшествий. чтобы ты снова спасся от мыслей дурных нашествий, чтобы успеть найти к сейфу ключи и коды. окутанный дымом и холодом, выйдешь в пустое поле. месяцы крутят год как барабан нагана. ода больной душе и несвободной воле. ода всему тому, что никому не надо. 09/2023

Я проткнул свою руку шилом и теперь вся ладонь занемела, я хотел, чтобы было красиво, хоть и выглядит скверно. Пьяная мразь злорадствовала - Тоже, мне, горе... А кровь текла по канализации в балтийское море. Я мечтал видеть их повешенными... Тех, кто меня окружал перестрелять, как собак бешеных... Один из них мне сказал - Ты дерьмо! Ты никому не нужен! Я ответил, что нужен всем, а в его зрачках суженных отсвечивал Вифлеем. Потом я бил ему морду, и меня оттаскивали бляди, одну из которых, по ходу, я отодрал. На кровати в прокуренной комнате, я проснулся ...окошко царапал снег... люди ходили по улице. Среди них был только один человек. Он зашёл в эту комнату. Мне стало плохо. ... кажется, это было воскресение... Он схватил мою руку - Послушай, Лёха, я русский поэт Сергей Есенин! - Отстань от меня! - закричал я в ужасе, - Ты повесился, предварительно вырезав вены ещё в прошлом веке! - и комната кружится выворачивая свои стены. О4.

Счастье счастью рознь, ну а горе - горю. У всего есть отвратительное свойство. Я вчера собрал по мануалу в торе Самодельное взрывное неустройство. ➖➖➖ Взял его в рюкзак, двинулся к вокзалу, В варежках тепло - бабушка связала. Выйду на перрон - и к платформы краю Подойду, шатаясь, пусть все умирают. Расстегну рюкзак, повод для геройства: Заложу под поезд сверток неустройства. Неустройства жизни без надежд смириться С тем, что вижу рядом, опущу ресницы И тихонько боком отойду в сторонку, Там, где были рельсы, там теперь воронка - Черная, большая, вьются дыма нити. Почему никто ничего не видит? В рюкзаке свободно, где-то возле дома Я купил Парламент и большую колу. Вкл старый видик, тер ушную мочку, Просидел до ночи, глядя в одну точку. За окном шумели красные аллеи. Если кто-то спросит - я не сожалею. Мне совсем не страшно, ведь не бойся - бойся В жизнь уже не влезет больше неустройства. И по ней виляет линия косая. Искалечив их, я себя спасаю От петли и вил, от штормов и крена. Режут тишину крики и сирены. И я здесь один. Дело шито-крыто. Заходи ко мне, здесь всегда открыто. 09/2023

Когда повсюду тьма, ищите свет в себе (с) я нашел в себе светильню, керосинку и лампаду. сто свечей цветного воска - разогнать потемки ада. и фонарик мятый, красный (да, тот самый, что китайский), все страницы старой книги, на которых были сказки. кучу дров, сухие ветки, - аккуратно, по привычке. я нашел в себе, что надо. не нашел всего лишь спички. 09/2023

Убеждай себя, что не пройдет и не кончится. По сути - посредственность и барахольщица: По разным углам собирай себя заново Под песни кумира из саунд клауда. ➖➖➖➖ Все это - метамодерн, осцилляция. Сентябрь колеблется в воздухе ранцами Разных цветов, выжигается проседь Из всех твоих в плесени снов. Осень. Осень. 08/2023

Не бывает здесь сказок и никаких волшебств. Ты несешь на себе свой счастливый рок, но его называют крест. И живешь в доме, где фасад изрешетили пули. Ты едешь из войны в войну, но другую. Но разница есть: та война не твоя. И сколько раз нужно еще повторить тебе, дуре, Что есть свобода, а есть сквозняк - когда просто дует. Что есть огонь, а есть пепел - побочка огня. 08/2023

В тысячный раз выдав найденное за искомое, Сгорбившись, выпив с десяток шотов в баре. Отчетливо помня, что каждой твари по паре. Он вдруг видит: вокруг насекомые. Они нагло роятся, стрекочут, гремят, жужжат. Окутали кухню, все потолки и санузел. И он, конечно, не то, чтобы взял и струсил, Но если есть ад, то это похоже на ад. Он берет мухобойку, газету и свой старый шарф. Он орет: пошли нахуй, вы явно ошиблись квартирой. А они все летают, окутав собою полмира. Громко бьются в стекло, и каким бы там ни был нрав: Ему очень страшно, липко, жарко и душно, Они ползают громко, летают, прицелившись в рот. Здесь как будто давно уж никто не живет. Здесь как будто завещано быть никаким и послушным. Мухи, бабочки, осы, кузнечики, саранча Норовят все заполнить пространство, ввернуться под кожу, Из него сделать мягкое, теплое и неживое ложе: Они тоже нашли свое место, но никого не ища. Все исползаны ноги, живот, руки, шея, лицо. Скоро нечем дышать - жуками заполнены ноздри. Вот секунда еще и скоро совсем будет поздно. И в последней агонии где-то схватив пылесос, Он врубает на вкл и беззвучно шепчет: смогу. Только вряд ли он сможет - изъедено тело на части. Ведь мне вся эта жизнь не оставила права на счастье. И опять просыпаться в холодном, холодном поту. 07/2023

Обычно тут в предисловии из года в год идет нытье. Но сегодня не будет. 27/07 Нам ценить бы шаблонности красоты, Все пытаться исправить, пытаться сдвинуть, Но я вряд ли буду строить мосты, - Только прыгать. И следить неустанно, мигает курсор, Здесь слагаются строчки в пророчества. Счастье - это такой прекурсор Одиночества. Но, пожалуйста, я только с просьбой одной, Ведь все просто: вот бог, вот порог, Я мечтаю сама написать себе свой Некролог. Разных зим, разных лет, где жара и где снег, Разных чувств, что пришлось испытать, Можешь просто откинуть голову вверх И пытать Цветом глаз, словно в воду вылили йод, Искаженной реальностью вестибюлей. Так сгорает мой тридцать какой-то год В закатах июля. 07.2020

Можно много спеть песен - увы, не подходит мотив, Это все не ошибка. Намеренно. Эрратив. Отбивает чечетку у горла на раз, два и три. Ты молчишь и беззвучно киваешь: сиди и смотри: Как я пьяно кривляюсь на телеграм-кругах. Как ору наши песни, - без голоса, мимо нот. Как смеюсь: подожди, может все-таки это пройдет, И все смоет в овраг, как обычно смывает вода. Мир прозрачен и чист, отбелён до скрипа дождем. Мы однажды возьмем и проснемся, возьмем и очнём- ся от самого дикого сна, осознав, что не спим. И закрутятся снова недели - бессмысленный стрим. Не хочу с тобой пить ни текилу, ни кофе, ни морс. Все, что было мажорного в нас, было с приставкой форс-, Все, что было в тебе - битый пиксель и длинный войс. Все, что я так любил, под руинами погреблось. Я хожу в магазины, на выставки, в бары, на пляж. Ты теперь для меня - просто имя, дурная и скверная блажь, Фотография низкого качества, оберег. Оберег для меня от меня. Но я все же хороший стратег: Вот тебе ‘как дела?’, ‘как погода?’ и мемы с котом, Не ответишь сейчас? Ну и ладно, ответишь потом. И касается небо домов, фонарей и двора В понедельник в четыре утра. 07/2023

Меня заебала драма, Пустые бутылки, пачки. Тебя не любила мама, Ты ищешь теперь в заначках Чужих: как попало, наспех Запрятанных в ворот куртки, Но ржут Василиск и Аспид, Похмельно глотая утро. Так бьются часы - минуты Внутри - а не где-то в башнях. Каким ни идешь маршрутом, Все так же темно и страшно. 07/2023