Some untold stories

Из-за жары не могла уснуть и сдала два разных видео на одну тему превращения ДВА, Карл 💸 Одно более спайси, второе с акцентом на сюжет, ну и еще миллион кадров не вошедших ни в одно, ни в другого видео Надеюсь, успею сегодня все выложить

Сижу очень довольная своей идеей и тем, что получается! Наверное, будет две версии - для инстаграм и ммм назовем ее - режиссерской - которую я опубликую здесь. Видимо жара в +36 сказывается, если вы понимаете о чем я 😏

Девочки я такое придумала!! Вот вам маленький спойлер 🥵 p.s. это не связано со снами Гермионы, это отдельная ветка зарисовок 😈

Мне тут подсказали, что это все из-за того, что Рон в кадре 🥲 Этого не могу ни подтвердить, ни опровергнуть хехехе

И не могу не поделиться блуперсом, как бы точно я не писала промт иногда у AI свое виденье ситуации 😅

Часть 3/3 Утро. Гермиона распахнула глаза. Серый свет в окне. Смятая постель. Тишина. Она лежала, дыша тяжело и неровно. Волосы растрепались, щёки горели, пальцы стискивали простыню. Несколько секунд Гермиона смотрела в потолок, пока медленно возвращалось понимание того, где она находится. И что именно ей приснилось. Она закрыла лицо руками. Потом с мучительным стоном натянула простыню на голову. — О боже… ну почему именно Малфой? Короткая тишина. — Что? Гермиона замерла. Простыня медленно сползла — ровно настолько, чтобы открыть её широко распахнутые глаза. Только теперь стала видна вторая половина кровати. Рядом лежал Рон. Сонно щурился, ещё не до конца проснувшись. — Что ты сказала? Гермиона снова скрылась под простынёй. — Ничего! — Мне послышалось «Малфой». — Спи, Рон. Он ещё пару секунд смотрел на бесформенный холм рядом с собой. Потом пожал плечом, отвернулся и снова закрыл глаза. Под простынёй Гермиона лежала неподвижно. Сердце всё ещё колотилось. И вовсе не от испуга. Сон был всего лишь сном. К вечеру он наверняка забудется. Вот только засыпать снова было нельзя — и именно поэтому ей так отчаянно хотелось закрыть глаза.

Люблю, когда красиво 🖤

Посколько вчера продолжить историю мне помешал севший в аэропорту телефон, ловите два бонусных видео к этой главе ❤️ Надеюсь, поможет погрузиться в атмосферу сна Гермионы 😏

Часть 2/3 На несколько секунд между ними остался только дождь. Он наклонился и замер у самых её губ. Ждал. Время растянулось. Дождь будто стал тише. Капля на стекле у её плеча ползла вниз бесконечно медленно. Одна причина, — потребовала от себя Гермиона. — Назови хотя бы одну, почему нельзя. Причин был миллион. Но её жизнь в последние годы состояла из правильных, предсказуемых решений. Предсказуемая карьера. Предсказуемые дни. Отношения, в которых она заранее знала каждое слово, каждый жест и то, чем закончится любой разговор. Всё размеренно. Всё известно наперёд. А сейчас перед ней стоял Малфой — в тёмной оранжерее, под шум дождя, с жадной решимостью в серых глазах. Такой неожиданно красивый, с этими серыми глазами и гибкостью кошки. Что могло быть безумнее? Возможно, поэтому здесь, в собственном сне, без последствий и свидетелей, ей так отчаянно захотелось сделать что-то неправильное. Пальцы Гермионы сжали ворот его рубашки. Она резко притянула его к себе. Их губы встретились почти сердито — жадно, без осторожности, словно поцелуй продолжал спор, начавшийся задолго до этой ночи. Драко прижал её к стеклу. Ладонь легла на талию, собирая тонкую ткань платья в горсть. Гермиона запустила пальцы в его влажные волосы и притянула ещё ближе. Поцелуй стал медленнее. Глубже. Гермиона не знала, что способна отвечать с такой же жадностью. Что один поцелуй может так быстро выбить из головы все мысли. Драко оторвался от её губ и едва коснулся уголка рта. Провёл губами по щеке, по линии челюсти и медленно опустился к шее. Гермиона закрыла глаза и запрокинула голову. Его дыхание обожгло влажную кожу. Имя уже стояло у неё на губах — слишком личное, чтобы произносить его вслух. — Драко… Он замер мгновенно. Медленно поднял голову и посмотрел ей в лицо. Ни насмешки. Ни привычной холодности. — Скажи ещё раз. Гермиона провела пальцами по его волосам. И неожиданно для себя самой повторила: — Драко. Он поцеловал её снова — медленно, почти мучительно, словно хотел растянуть каждую секунду. Его ладонь скользнула вниз по её бедру, следуя линии высокого разреза платья. Пальцы легли на обнажённую кожу. Гермиона обхватила его шею обеими руками и прижалась теснее. Драко подхватил её ногу под коленом. Она судорожно выдохнула ему в губы. Он снова опустился к её шее. Поцелуи стали жаднее, горячее, приближаясь к тонкой бретели. Пальцы Драко поддели бретель и медленно стянули её с плеча. Его губы почти коснулись открывшейся кожи — …

Глава 1. Сон первый Часть 1/3 По высокой стеклянной крыше хлестал дождь. В тёмной глубине оранжереи горели редкие золотистые лампы — выхватывали из полумрака влажные листья, каменную дорожку, серебристые потоки воды на стёклах. Было жарко и душно. Воздух лежал на коже плотно, почти ощутимо. Гермиона стояла одна, в длинном тёмно-вишнёвом платье. Влажный воздух касался открытых плеч и медленно разрушал собранную причёску: несколько тёмных завитков уже выбились из низкого пучка и прилипли к шее. За её спиной тихо закрылась стеклянная дверь. Гермиона обернулась. В нескольких шагах стоял Драко Малфой. Без пиджака и галстука, в чёрной рубашке, расстёгнутой у горла и закатанной до предплечий. Платиновые волосы слегка намокли, несколько прядей упали ему на лоб. Он смотрел на неё так, словно ждал. Какого чёрта? Это, должно быть, сон, — отметила Гермиона с неожиданным спокойствием. Как отмечают дождь за окном или перемену ветра. Тогда почему всё ощущалось таким настоящим? — Малфой, — тихо произнесла она, словно продолжая мысль вслух. — Грейнджер. Несколько секунд они не двигались. Гермиона с любопытством рассматривала его с непривычно близкого расстояния. Он был красив. Не той хрупкой, почти болезненной красотой, которую она помнила по школе. Теперь в его лице появилась жёсткость: чёткая линия челюсти, волевой подбородок, напряжённые тёмные брови. Серые глаза смотрели неотрывно, пытливо, будто ждали от неё какого-то определённого ответа. Боже, ну что он уставился на меня, как василиск? Она отвернулась и направилась к двери. Вот так. Молодец. Когда она проходила рядом, он негромко спросил: — Убегаешь? Гермиона остановилась. Не отвечай. Просто уйди. — Если память мне не изменяет, из нас двоих убегать всегда предпочитал ты. Она выдержала короткую паузу. — По крайней мере, раньше. Прекрасно, Гермиона. Ты ответила. Она не сдвинулась с места. Драко шагнул ближе. Не схватил её и не загородил дорогу — лишь сократил расстояние, оставив выход свободным. Гермиона им не воспользовалась. За стеклянной крышей вспыхнула молния. Холодный свет на мгновение прорезал полумрак, очертил его лицо, блеснул в серых глазах и исчез. Гермиона отступила. Драко сделал ещё один шаг. Она продолжала пятиться, пока спиной не коснулась холодного запотевшего стекла. Он остановился близко. Слишком близко. Его взгляд прошёлся по её лицу и задержался на губах. Гермиона слышала неровный стук дождя и собственное дыхание — слишком громкое в замкнутом пространстве. Спереди шёл жар его тела, сзади давил холод стекла. Между этими двумя температурами не оставалось ни единого шага в сторону. Это всего лишь сон, — напомнила она себе уже не так уверенно. — Никто не узнает об этой нелепости. Так ведь? Драко медленно поднял руку. Большим пальцем снял каплю с её плеча. Убрал мокрый локон с лица. Кончики пальцев прошли по щеке, вдоль линии подбородка и едва коснулись нижней губы. Гермиона вздрогнула, но не отстранилась. По коже прошла мелкая дрожь. Волоски на затылке приподнялись, а под рёбрами медленно разлилось вязкое тепло, опускаясь ниже. Какого чёрта? Его глаза неотрывно следили за ней, словно ждали именно этой реакции. — Не смотри на меня так, — нервно прошептала Гермиона. Драко не отвёл глаз. — Я слишком долго ждал, чтобы наконец не отводить взгляд.

Все привет! Это проверка связи, работают ли комментарии 🖤

Часть 2/2 Гермиона отошла к столу с напитками. Она потянулась за бокалом и только тогда заметила, что с другой стороны стола стоит Малфой. Он протянул руку одновременно с ней. Ткань чёрного пиджака натянулась на предплечье, и под светлой кожей проступили те же вены, которые она уже заметила через весь зал. Гермиона поймала себя на этом раньше, чем успела остановиться. И сразу же разозлилась. Не на него. На собственный взгляд, который снова нашёл то самое место, где ему совершенно нечего было делать. Пальцы Малфоя коснулись ножки бокала раньше её пальцев. Но вместо того чтобы взять его, он сдвинул бокал в сторону и едва заметно повернул серебряный поднос. Перед Гермионой оказался другой. — William Fèvre. Vaillons, — произнёс он, не глядя на неё. Гермиона замерла. — Я умею читать этикетки, Малфой. — Никогда не сомневался. Только тогда он поднял глаза. Гермиона перевела взгляд на стоявшую рядом бутылку. Chablis Premier Cru Vaillons. Именно то вино, которое она обычно выбирала сама. Она не помнила, чтобы когда-нибудь рассказывала кому-то о своих предпочтениях в вине. Тем более ему. — Грейнджер, — произнёс Малфой. Голос остался прежним — спокойным, прохладным, с едва различимой ленцой. — Малфой. Он слегка склонил голову и взял тот самый бокал, который только что отодвинул от неё. Между ними бесшумно проплыла Серая Дама. Серебристые складки её платья на несколько секунд скрыли Малфоя из виду. Когда призрак растворился среди гостей, Драко уже повернулся к подошедшему Блейзу. Будто ничего и вовсе не было. Гермиона осталась у стола ещё на мгновение. Потом сделала глоток. Вино оказалось именно таким, каким она его любила: холодным, сухим, с минеральной резкостью и едва уловимой кислинкой. После этого Малфой больше к ней не подходил. И ни разу не посмотрел в её сторону. Именно это Гермиона почему-то замечала весь остаток вечера. Каждый глоток Vaillons возвращал её к тому короткому движению его руки — точному и слишком уверенному, чтобы быть случайным. Он не угадал. Он знал. Оставалось только понять — откуда. Вечер тянулся, наполняясь знакомыми лицами, воспоминаниями, тостами и смехом. За высокими окнами наконец начался дождь. К тому моменту, когда они с Роном вернулись домой, Гермиона чувствовала только усталость. Обычную, понятную, разом опустившуюся на плечи. Она сняла серьги и начала вытаскивать шпильки из волос. Низкий пучок постепенно распался, тяжёлые тёмные кудри легли на плечи. Гермиона подняла глаза на своё отражение. На мгновение перед ней возник другой образ. Платиновые волосы в золотистом свете свечей. Длинные пальцы на тонкой ножке бокала. Непроницаемый взгляд цвета дождя. И спокойный голос, струящийся холодком между лопаток: William Fèvre. Vaillons. Гермиона нахмурилась и отвернулась от зеркала. — Длинный был вечер, да? — спросил Рон из спальни. — Очень. Она погасила свет и легла рядом с ним, но мысли унесли её куда-то далеко. Гермиона почти не заметила, как Рон притянул её к себе и коснулся губами шеи. Только когда его горячая ладонь скользнула по внутренней стороне бедра и пальцы крепко сжались на коже, она вздрогнула, словно внезапно вернулась в комнату. — Гермиона? Она несколько раз моргнула. — Прости. Я очень устала. Рон задержал на ней взгляд, затем убрал руку и поцеловал её в висок. — Спи. Через несколько минут его дыхание стало ровным. За окном всё ещё шёл дождь. Шорох капель постепенно смешался с дыханием Рона и заполнил тёмную комнату ровным, убаюкивающим шумом. Гермиона закрыла глаза. И только тогда всё началось.

Per Somnia ad Te Глава 0. Встреча выпускников Часть 1/2 Пять лет спустя Хогвартс снова распахнул двери для встречи выпускников. Замок был украшен так, как умеют украшать только в Хогвартсе: без лишней помпезности, но с тем особым волшебным сиянием, которое делало даже знакомые коридоры немного нереальными. В Большом зале мерцали сотни свечей, отражаясь в начищенных кубках и бокалах, а за высокими окнами медленно сгущались дождевые тучи. Гермиона шла рядом с Роном, слушая обрывки его разговоров с Гарри и Джинни, кивала, улыбалась и позволяла втягивать себя в привычную дружескую суету. Она слушала, как Невилл рассказывает о новой теплице, когда её взгляд рассеянно скользнул поверх его плеча — по знакомым лицам, школьным мантиям преподавателей, небольшим группам выпускников. …и задержался на высокой фигуре у дальнего края зала. Мужчина стоял вполоборота, держа бокал в одной руке и слушая собеседника с тем спокойным вниманием, которое не требовало ни улыбки, ни особенно заинтересованного выражения лица. Свет свечей скользнул по почти белым волосам. Только тогда Гермиона с удивлением узнала его. Драко Малфой. Она ожидала увидеть знакомые черты — и увидела. Но они больше не складывались в лицо мальчишки, которого она помнила в школе. Пять лет довершили то, что в школе лишь начинало проступать. Подростковая угловатость исчезла; острый мальчишеский профиль оформился в прямые черты взрослого мужчины — чёткую линию челюсти, волевой подбородок, резче обозначившиеся скулы. Он был выше, чем ей помнилось, шире в плечах, и в его фигуре появилась та обманчивая плавность, которая бывает у мужчин, привыкших владеть собственным телом без лишних движений. В нём всё ещё угадывался ловец — в собранности, в точности каждого жеста. Когда Малфой брал бокал со стола или пожимал кому-то руку, под светлой кожей запястий проступали натянутые вены. В этом не было никакой нарочитости. Только привычная сила, давно ставшая частью его. И всё же кое-что не изменилось. Глаза. Светлые, холодные, цвета дождя. Такие же непроницаемые, как раньше. Будто всё остальное со временем смягчилось и оформилось, а взгляд так и остался заперт где-то глубоко за полуопущенными веками. Гермиона рассматривала его дольше, чем требовалось для мимолётного узнавания не самого приятного одноклассника. Наверное, именно поэтому в следующую секунду Малфой поднял голову. Их взгляды встретились. Никакой улыбки. Никакого удивления. Только короткая пауза, слишком тихая среди шума Большого зала. Гермиона первой отвела глаза. Чувство лёгкого беспокойства царапнуло где-то под рёбрами. — Ты в порядке? — спросил Рон, наклоняясь к ней. — Да, конечно. Она ответила чуть быстрее, чем следовало. Рон уже снова слушал Невилла, а вскоре вступил в спор с Гарри о каком-то старом матче.

Здесь будут жить зарисовки моих историй из мира Драмионы и все те изображения, которые сейчас лежат в моих архивах. А мне бы так хотелось, чтобы и они увидели свет 🌕 Пусть шалость удастся 🪄