РЕЛЯЦИОННЫЙ КЛУБ

Уважаемые коллеги! Рады сообщить, что мы вновь открываем двери реляционного клуба и объявляем старт нового сезона! Как обычно, вас и нас ждут тёплые встречи, много интересной информации и горячего обсуждения. Из нового, у нас не только поменялась стилистика канала, но и ритм встреч - 1 раз в месяц, чтобы вы наверняка смогли спланировать время и присутствовать. Даты уже готовы: 19 февраля 19 марта 23 апреля 21 мая 18 июня Докладчики ждут своего звёздного часа. А мы предвкушаем встречи с новыми и старыми друзьями🤗

В такой компании прошёл 2025 год в Реляционном клубе🙌

Дорогие подписчики, дорогие коллеги, поздравляем вас с Новым 2026 годом!🎉🥂 Пусть год Лошади принесёт вам удачу, устойчивость и внутренний ритм. Лошадь - символ силы и движения, но ещё и умения чувствовать темп. Пусть в следующем году у вас будет достаточно энергии для работы и достаточно чуткости к себе, чтобы вовремя замедляться, останавливаться и отдыхать. Чтобы вы шли вперёд не на износ, а в своём темпе, с опорой на себя. Для нас этот год был по-настоящему продуктивным и тёплым. В Реляционном Клубе выступили 11 докладчиков, и каждая встреча стала возможной благодаря вашему интересу, включённости и профессиональному диалогу. Мы искренне благодарим коллег за участие, щедрость мысли и живое присутствие. Желаем вам в Новом году здоровья, любви, устойчивости, радости от работы и от жизни вне её. С теплом и благодарностью, Реляционный Клуб❤️

Традиционно делимся с вами драгоценными кусочками доклада Ольги Малаховой🫶

По следам семинара: 18 декабря состоялась завершающая встреча в этом году нашего реляционного клуба. Говорили о непростом, но вопреки сложному, участникам удалось по-настоящему встретиться и создать общее поле, в котором есть место травматичному опыту. Мы брались за эту тему с тем же трепетом и стыдом, с каким травмированный человек решается обнажить свою рану, ведь так сложно говорить о том, о чём проще и привычнее молчать. Мы старались смягчить разговор юмором, уберечь и уберечься от прямого столкновения с болью. И даже рискнули всей командой осторожно, деликатно поговорить о том, что не даёт покоя психологам со времён Фрейда. Начали с вопроса о повторении: что значит, когда травма повторяется? Как психика одновременно и защищается от этого повторения, и стремится к нему? Идея возвращения к травме, не как мазохистическое желание страдать, а как попытка установить связь, «донести узелок с малиновым вареньем» другому. Для травмы отношений конституирующим оказывается разрыв связи, который переживается как небытие, как экзистенциальное одиночество. И тот самый узелок, который Ёжик несёт Медвежонку, наполняется не малиновым вареньем, а диссоциированными чувствами: ненавистью, стыдом, ужасом. Часто именно этот узелок клиент приносит в терапию и обрушивает его содержимое на терапевта, чтобы воспроизвести травму, чтобы хоть так, через боль, почувствовать связь в этом бесконечном одиночестве небытия. Только теперь он сам становится тираном, а аналитик тем самым ёжиком, затерявшимся в густом тумане. Но у аналитика есть свой узелок. Он крепко прижимает его к груди в самые тёмные моменты и знает: туман проходим, и там, в конце пути, его ждут. У каждого человека должно быть хоть одно светлое детское воспоминание, которое может «спасти» в трудные моменты. У многих клиентов терапии такого воспоминания нет. А бывает и наоборот, аналитик никак не может докричаться до потерянного, поглощённого туманом пациента. И тогда остаётся только ждать, кричать в пустоту и терпеливо разжигать в сотый раз самовар, предвосхищая встречу. Может, минутную, мимолётную. И это уже новая история. Новая возможность. Узелок с вареньем, который несёт ёжик, становится метафорой надежды, предвкушением встречи и желанием установить связь. Так и мы с нетерпением, предвкушением и желанием установить связь, ждём наших новых встреч в клубе!   Следите за нашими новостями❤️  

Дорогие коллеги, приглашаем вас на последний семинар в этом году. Тема встречи «Травма как коллапс интерсубъективности: концепция травмы в трудах интерперсональных и реляционных авторов». И состоится он уже завтра 18 декабря в 16.00 по Москве. Тема непростая и очень живая. Мы будем говорить о травме не как об изолированном внутреннем событии, а как о разрыве интерсубъективного поля, где переживание остаётся без отклика и понимания. Опираясь на реляционный и интерперсональный подходы, в том числе на работы Роберта Столороу и Джессики Бенджамин, мы обсудим, как травма проявляется в терапевтическом пространстве, как она затрагивает не только опыт пациента, но и личную историю терапевта, и как эти травмы могут встречаться, перекликаться и влиять на процесс. Этот семинар - приглашение к внимательному и бережному взгляду на то, что происходит между пациентом и терапевтом, когда в контакт входит травматический опыт. Будем рады видеть вас на встрече и разделить это пространство размышления и профессионального диалога. 👉Хочу записаться на семинар сейчас 

Столороу в той же книге рассказывает:

Один из пациентов, молодой человек, переживший неоднократные потери близких в детском и взрослом возрасте, сказал мне, что мир был разделен на две части: людей нормальных и травмированных. По его словам, для нормального человека не было никакой возможности понять переживания травмированного. Я вспоминал, насколько важно для меня было верить, что аналитик, которую я посещал после смерти Деде, так же была человеком, пережившим тяжелые потери, и как я умолял ее не говорить мне ничего, что могло бы разрушить мою веру.

А как вы это чувствуете? Поделитесь своим опытом в комментариях или опросе ниже.

Роберт Столороу в книге «Травма и человеческое существование» делится очень личным опытом и описывает феноменологию травмы:

Я взял книгу и стал оглядываться в поисках моей жены Дафны (Деде, как называли ее близкие друзья), которая была бы так рада книге. Конечно, я не мог увидеть Дафну, ведь она умерла за полтора года до описанных событий. Однажды утром я проснулся и нашел ее мертвой в нашей кровати-это произошло спустя месяц после того, как у нее диагностировали рак, уже давший метастазы. Я провел оставшиеся дни той конференции 1992 года в горе и в воспоминаниях, охваченный чувствами ужаса и скорби по тому, что случилось с Дафной и со мной. Во время банкета, где присутствовали все участники конференции, многие из которых были моими старыми добрыми друзьями и коллегами и с которыми я тесно сотрудничал, я оглядывал зал, и, несмотря на наши с ними близкие отношения, все они мне казались далекими и чужими. Или, точнее, это я казался себе далеким и чужим- словно не от мира сего. В людях кипела жизнь, они активно общались друг с другом. Я же, напротив, чувствовал себя оцепеневшим и сломленным, всего лишь пустой оболочкой того человека, которым я некогда был. Казалось, разверзлась неопределенная пропасть, навсегда отделившая меня от моих друзей и коллег. Они не смогли бы даже приблизиться к пониманию моих переживаний, подумал я про себя, поскольку в этот момент мы жили в совершенно разных мирах.

 

Немного юмора в этой непростой теме

Простая история: ёжик идёт в гости к другу Медвежонку и попадает в туман. Но что за ней стоит? Существует множество прочтений. Для кого-то это метафора взросления - найдя «древо познания», герой меняется навсегда. Для других - путешествие в мир мёртвых, со своей рекой Стикс, псом-Цербером и белой лошадью как всадником апокалипсиса. Есть и даосское прочтение - об обретении своего пути. Неудивительно, что к финалу простодушный ёжик становится другим. Ольга же предлагает посмотреть на эту историю глазами реляционного аналитика. Туман - это территория травмы, зона отчуждения и полной неопределенности. В нём ёжик наполнен страхом и растерянностью, он будто попал в лимб. Внешний мир - лишь далёкий, искажённый голос Медвежонка. А сам он теряет себя, будто проваливается в небытие, где нельзя остановиться, но и идти неизвестно куда.   Надежда рождается из связи. Медвежонок ищет, зовет, ждет Ежика. В этой аллегории ёжик - это и наш клиент, и мы сами как терапевты. Пройдя через этот «туман» - пространство диссоциации, ужаса и безвременья, - оба выходят иными. Не прежними. 👉Запись на семинар здесь

Для своего доклада Ольга Малахова предлагает нам один художественный образ. Это мультфильм «Ёжик в тумане».

Знакомо?

Коллеги, мы видим вашу заинтересованность в семинаре и, чтобы ещё больше вовлечься, публикуем для вас анонс от Ольги Малаховой: Травма как коллапс интерсубъективности.Концепция травмы в трудах интерперсональных и реляционных авторов Сущность травмы в интерсубъективном подходе - это аффективная изоляция и катастрофическое одиночество. Ужас травмы заключается не в самом разрушительном аффекте (будь то страх, горе или стыд), а в том, что переживать его приходится в одиночку, без отзывчивого, понимающего Другого. Травма - это момент, когда на крик (буквальный или метафорический) приходит не отклик, а молчание, непонимание, отрицание или враждебность. Это ведет не просто к боли, но к экзистенциальному крушению: мир перестает восприниматься как место, где возможны взаимопонимание и помощь. Рушится сама уверенность в том, что наш внутренний мир может быть разделен. Боль становится невыносимой именно в отсутствии эмпатического «контейнера»-удерживающего присутствия Другого. В результате формируется зона непознаваемого и неразделяемого опыта - ядро травматического расщепления/диссоциации. Проще говоря, в момент «исполнения травмы» (или, как пишут некоторые авторы, символического умирания) рядом не оказывается никого, кто мог бы знать и признать переживания выжившего. Это создает глубокую внутреннюю пропасть: • Одна часть самости, опирающаяся на опыт «до», продолжает жить с надеждой на связный, разделяемый мир и ищет откликающегося Другого. • Другая часть, травмированная, оказывается в вне-реляционном пространстве, в «психическом склепе» (Столороу). Её опыт лишен символической формы (слова, взгляда, жеста), поскольку в момент его формирования не было Другого, который мог бы её дать. Таким образом, травмированная самость конституируется одиночеством. Поэтому её возрождение требует, чтобы это одиночество было узнано другим. Исцеление начинается, когда находится тот, кто способен встретиться с этой изолированной частью, не пытаясь её немедленно «исправить» или вытащить спасти, а признавая сам факт её существования в непереносимом ужасе. Как писала Джессика Бенджамин (1995), «Море смерти можно пересечь, только в направлении другого». Лишь в пространстве эмпатической встречи непередаваемый опыт травмы постепенно обретает форму, голос и возможность быть интегрированным в историю жизни. 🌿Подробнее об этом поговорим на семинаре, ждём вас! 👉 Регистрируйтесь здесь!

Мы рады анонсировать нашего следующего докладчика, Ольгу Малахову с непростой, но очень важной и интересной темой! Это будет завершающая встреча в этом году в реляционном клубе! Не пропустите!

Рубрика «По следам семинара» традиционно дополняется кусочками самого доклада Анастасии Шатуновой!

По следам семинара Анастасии Шатуновой «Тело в терапии: реляционный взгляд и бодинамика». На встрече мы говорили о том, что тело - важный партнёр психики и полноценный участник терапевтических отношений. Это не просто фон, а карта эмоций: мышцы, зажимы, дыхание - всё хранит историю пережитого. Там селятся невысказанная злость, ком в горле, непереваренная тревога. То, что вербально ещё трудно выразить, тело может показать гораздо точнее. Тело - это также инструмент сонастройки. Через собственные телесные отклики терапевт может уловить динамику контакта, понять, где клиент приближается, а где отстраняется. И особенно ценно это в работе с диссоциацией . Там, где слова отсутствуют или путаются, телесные сигналы помогают увидеть, что происходит внутри, и вернуться к связанности. Мы также попробовали и познакомились с телесными техниками, например, когда рука на спине создаёт ощущение поддержки и возвращает опору.  Спасибо всем, кто был с нами. Следующий семинар будет 18 декабря. Будем рады видеть вас 🌿

Начинаем через 15 минут