Перевожу с канцелярВского

По всем этим случаям мы подали срочный запрос на расследование сразу после того, как нам стало известно об этих публикациях. Через семь дней нам ответили, что разрешение на расследование по ни одному из этих эпизодов не выдается". Заглушить в комиссии И здесь в историю входит главный герой нашего рассказа — офицер полиции, подполковник Уди Ронен. Ронену 52 года, он служит в полиции уже 25 лет. Он был уголовным прокурором, начальником отдела арестов в Иерусалиме и главой подразделения дорожной прокуратуры округа. Последние четыре года он работает юристом в Иерусалимском округе, занимаясь юридическим анализом и обработкой материалов мониторинга подстрекательства к террору в соцсетях. Его деятельность уже привела к многочисленным расследованиям и арестам людей, поддерживающих террор в столице. Коллеги и командиры Ронена, а также его коллеги из следственного управления и высокопоставленные сотрудники прокуратуры годами получали бесчисленные отчеты и письма от него, в которых выражалось разочарование огромными препятствиями, создаваемыми прокуратурой и следственным управлением. Уже в ноябре 2023 года Ронен жаловался в одном из документов на то, что сотрудники иерусалимского штаба вынуждены заполнять сложные формы по каждому обнаруженному подстрекателю, на требования объяснять прокуратуре, почему расследование срочное, и на время ожидания ответа. В феврале 2024 года Ронена пригласили принять участие в заседании комиссии Кнессета по законодательству вместе с представителями прокуратуры и следственного управления. Когда депутат Симха Ротман попросил Ронена представить картину происходящего в вопросе согласований на расследования, объекты критики возмутились. Представительница прокуратуры выразила протест уже против самого обращения Ротмана к Ронену, а представительница следственного управления попросила председателя комиссии не позволять Ронену публично рассказывать то, что он собирался сказать. Нескольких слов, которые Ронен все же успел произнести, оказалось достаточно, чтобы следственное управление встало на дыбы и добилось того, чтобы он больше не появился на следующем заседании и не высказывался ни на одном релевантном форуме. "Между нами и Иерусалимским округом нет никаких разногласий", — заявила Рути Ауслих из следственного управления при первой же возможности, когда Ронен не присутствовал на заседании комиссии и не мог ей возразить. "На прошлом заседании звучало иначе", — напомнил Ротман и поинтересовался, куда исчез офицер. Бригадный генерал полиции Шломит Ландес, глава следственного подразделения управления расследований и разведки, тоже сделала все возможное, чтобы спрятать критикующего офицера. "Я не намерена реагировать на документ Иерусалимского округа, — написала она. — В полиции есть только один штаб, именно он отвечает Кнессету... Я не намерена тратить свое время на ответ майору из Иерусалимского округа, который не является уполномоченным и подходящим лицом для ведения этой темы. Иерусалимский округ недоволен решениями прокуратуры... перегружает всех примерами и утомляет всех. Его позиция для меня неприемлема". Глава следственного управления генерал Игаль Бен-Шалом тоже присоединился к попыткам задушить критику Ронена и Иерусалимского округа в адрес прокуратуры и его управления. Если представитель Иерусалимского округа придет в Кнессет, объявил он, я прикажу всем своим людям не приходить ни на одно заседание. Ронен действительно больше не приходил в комиссию, но накануне следующего заседания подготовил документ, рассказывающий всю историю. На протяжении 19 страниц офицер изложил огромный массив примеров проблем, создаваемых прокуратурой на пути к одобрению расследований: за одиночную публикацию — разрешения нет. За подстрекательство, отправленное "всего лишь" семи людям — разрешения нет. Если с момента публикации прошло время — разрешения нет. За прославление террориста без прямого восхваления его террористического акта — разрешения нет.

Представители прокуратуры, пришедшие на заседание в координации со следственным управлением, не понимали, чего от них хотят. "Нет никаких задержек с началом расследований по теме подстрекательства к террору", — заявил их представитель. "Расследования открываются быстро, очень быстро... полиция обращается к нам — в течение нескольких часов приходит ответ". Ротман, который еще до этого получал жалобы на скорость работы и согласований в прокуратуре, а теперь услышал от представителя Минюста, что все в порядке, поручил представителям полиции и прокуратуры подготовить домашнее задание. К следующему заседанию, попросил он, представьте данные — в том числе о среднем времени между подачей запроса на расследование против подстрекателя к террору и моментом получения вашего ответа. На протяжении 19 страниц подполковник Ронен изложил огромную подборку примеров проблем, создаваемых прокуратурой на пути к одобрению расследований публикаций с подстрекательством к террору. В ноябре 2023 года, через месяц после резни в приграничье Газы, командующий Иерусалимским округом снова почувствовал необходимость поднять красный флаг. В письме, направленном генинспектору полиции и Государственному прокурору, генерал Тургеман жаловался на отрицательные ответы прокуратуры, когда он просил разрешения расследовать деятельность особенно опасных подстрекателей. "Нам необходимы немедленные ответы, позволяющие проводить правоохранительные действия и аресты, — писал он. — К сожалению, во многих случаях это не так, и без всякого оправдания... Именно в отношении лиц с широким религиозным или общественным влиянием разрешения затягиваются или вовсе не выдаются". Резко критикуя прокуратуру, генерал Тургеман добавил: "Ваши вопросы вроде "почему срочно нужно провести арест именно сейчас" или "в чем интерес заниматься именно этим подозреваемым именно сейчас" — при всем уважении — не относятся к сфере ваших полномочий". Чтобы проиллюстрировать свои слова, Тургеман привел леденящие душу примеры: "Около полутора недель назад был арестован человек, который говорил, что хочет стать шахидом. Он долго находился под арестом, при этом мы не могли спросить его ни о чем, кроме самой этой фразы, сказанной им на улице, из-за необходимости получать разрешение на допрос. В это время мы запросили разрешение допросить его также по преступлениям, обнаруженным в его телефоне. В телефоне были найдены многочисленные материалы в поддержку ХАМАСа и событий 7 октября... Мы просили разрешить нам допросить его о фотографиях в телефоне, включая его собственные снимки с символикой ХАМАСа, чтобы установить истину: где он выражал поддержку, перед кем, где и распространял ли он это, или хотя бы по поводу публикации, отправленной семи людям. Мы объяснили, насколько опасно, что после заявления о желании стать шахидом его отпустят домой. Несмотря на это, разрешение на его допрос не было получено, и он был освобожден". Туржеман привел и другие примеры. В одном из них проповедник в мечети призывал Аллаха поразить евреев разными способами. "Речь идет о знакомых призывах очень известного проповедника, чьи слова были направлены именно на подстрекательство к беспорядкам против евреев еще со времен операции "Страж стен". Наш запрос на допрос тех, кто транслировал эти слова через громкоговоритель, был отклонен". В другом случае, который описал командующий округом, он просил разрешение на расследование против врача больницы "Барзилай", лечившего также пострадавших от событий 7 октября, который поставил лайки 32 тяжелым публикациям в поддержку террора и ХАМАСа. "Среди прочего он поставил лайк публикации члена ХАМАСа с угрозами казни заложников, фотографиям трупов с места событий, фотографиям людей, прячущихся от террора, фотографии заложницы, фотографии заложника, публикации с обновленным числом убитых, фотографиям ликования в Газе на фоне событий и похищения людей в Газу, удару ракетой по израильскому танку, фотографии боевиков ХАМАСа в израильском доме в приграничье и даже посту, призывающему арабов Израиля выйти на акции, подобные беспорядкам 2021 года.

Кто боится отдела по борьбе с подстрекательством Кальман Либскинд | Внутренняя Политика | Юристомафия 🆚 Борьба с Террором | Протухлатура | Системный Беспредел | Внеклановая Охота | Профдеградация | Ссылка 🔗 ~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~ Выдумки о "политическом назначении" Бен-Гвиром, беспочвенные утверждения о плане охоты на левых активистов, тиражирование полуправды со стороны юрсоветника правительства и решение БАГАЦа, ударившее по усилиям по выявлению подстрекателей к террору. Отдел по борьбе с подстрекательством — полная история ~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~ Говорили, что подполковник полиции Уди Ронен "приближен к министру Бен-Гвиру" (это не так). Рассказывали, что отдел по борьбе с подстрекательством, который он возглавил, создан для охоты на левых демонстрантов (ничего подобного). Судьей БАГАЦа предупреждали, что он подстрекает людей к совершению преступлений (этого никогда не было). Юрсоветник правительства давила, чтобы прекратить его деятельность (рассказывая суду лишь четверть истории). Это безумная и редкая история, в которой почти ничего из опубликованного до сих пор не соответствовало действительности. Если хотите, это история о цене, которую платит принципиальный офицер полиции Израиля, много лет занимающийся борьбой с подстрекательством к террору, который раз за разом раскрывал, как Государственная прокуратура и следственное управление полиции мешают борьбе с террористами и рассказывают депутатам Кнессета небылицы, и который в какой-то момент наступил на ноги слишком многим влиятельным людям, пока те не решили его устранить. Решили — и преуспели. Приглашаем вас шаг за шагом проследить то, что можно назвать: анатомией точечной ликвидации. Скакуны и конюшня Все началось в 2022 году, когда командующий Иерусалимским округом полиции генерал Дорон Тургеман понял, что подстрекательство к террору, бушующее в его зоне ответственности и приводящее к кровопролитию, требует особого подхода. Туржеман, офицер с нестандартным мышлением, создал тогда то, что назвал "инициативным штабом по работе с сознанием". Орган, задачей которого было бродить по социальным сетям, проактивно отслеживать подстрекателей и как можно быстрее превращать полученные данные в предотвращающие действия. Однако очень быстро выяснилось, что главная проблема — не столько обнаружение подстрекателей, сколько получение разрешения на их допрос. Инструкция Государственного прокурора требует от полиции Израиля получать предварительное разрешение на любое расследование по подозрению в подстрекательстве к террору. Со временем появилось еще одно препятствие: прежде чем просить одобрение у прокуратуры, необходимо было получить еще более предварительное разрешение от следственного управления полиции. В феврале 2023 года генерал Туржеман направил письмо генинспектору полиции и главе следственного управления, пожаловавшись, что эти процедуры затрудняют работу и серьезно мешают борьбе с террором, которую ведут он и его люди. Темпы работы прокуратуры и следственного управления медленные, объяснял он, а наш оперативный опыт, позволяющий оценивать, какое подстрекательство может привести к реальным действиям, значительно превосходит опыт прокуроров, далеких от ситуации на местах. В эпоху соцсетей, добавил он, сообщения распространяются среди огромного числа людей с большой скоростью, и "промедление на часы, а тем более на дни, может означать закрытие дверей конюшни уже после того, как все лошади давно разбежались". У Туржемана была просьба: позволить Иерусалимскому округу расследовать подстрекательство к террору без прохождения через установленную полосу препятствий. Через несколько недель после этого письма, и после того как министр национальной безопасности Итамар Бен-Гвир еще раньше создал совместную группу полиции и прокуратуры для продвижения борьбы с подстрекательством к террору, депутат Симха Ротман собрал комиссию Кнессета по законодательству для обсуждения утверждений о волоките, задерживающей расследования против подстрекателей.

Авишай Гринцайг | Внутренняя Политика | Охота на Нетаньяху | Протухлатура | Лимон без Лимонада | Кривосудие по Понятиям | Системная Коррозия | Ссылка 🔗 На фоне унылых спинов: Юридическая советница правительства закрыла дело против Офера Голана и Йонатана Уриха, потому что это дело попросту было паршивым. На самом деле, не просто плохим делом, а делом с изъянами в расследовании, связанными с правами подозреваемых. Сопровождавший дело прокурор Хаим Висмонски (сегодня прокурор Центрального округа) считал, что это дело закончится оправданием и что подавать его нельзя. Но тогдашний заместитель государственного прокурора Лиат Бен Ари очень давила, чтобы его подали, чтобы послать сигнал о защите остальных свидетелей в процессе Нетаньяху. Что сделал государственный прокурор? Передал дело в прокуратуру Тель-Авивского округа и подал его. Теперь унылый спин юридической советницы правительства заключается в том, что дело невозможно вести из-за невозможности привести "центрального и жизненно важного свидетеля". Это, разумеется, ложь. Эйнхорн — не свидетель, а обвиняемый, который вообще не обязан давать показания на собственном процессе. Фактически юридическая советница правительства утверждает, что изначально подала обвинительное заключение против Уриха и Голана без разумных шансов на обвинительный приговор, если только третий обвиняемый вместе с ними не оговорит их в рамках своей линии защиты. В таком случае изначально не подают одно обвинительное заключение против троих обвиняемых, а разделяют дело и подают два отдельных обвинительных заключения, чтобы дополнительный обвиняемый был обязан свидетельствовать против своих товарищей в качестве свидетеля обвинения. Здесь этого сделано не было. Как уже сказано, настоящая история в том, что это дело было паршивым и проблемным с самого начала. Поэтому оно так долго валялось в канцелярии государственного прокурора как никому не нужный камень. Но любой волоките, даже у Исмана и Бахарав-Миары, рано или поздно приходит конец. Поэтому, хотя они и подали обвинительное заключение, прекрасно понимая, что оно слабое, они искали первый же предлог, чтобы закрыть дело. И в итоге ухватились за предлог, который хорошо звучит публично и который можно продать СМИ, будто закрытие дела связано с бегством Эйнхорна. Кстати, это хороший повод рассказать здесь, что Урих и Голан много лет назад согласились признать вину в рамках "условного соглашения". Государственный прокурор, как обычно, отказался. И, как всегда, остался ни с чем. Спасибо за внимание к этому вопросу. Авишай Гринцайг | I24News_heb #протухлатура #абсурдинстанция -------------------------------- 📚Подпишись на канал 📖 читай актуалии с переводом 🔗https://t.me/decoding_bureaucracy -------------------------------- ⚠️ הבהרה חשובה ⚠️ : אם לבעל הזכויות יש התנגדות לפרסום התרגום – אנא צור קשר ואסיר אותו בהקדם. --------------------------------

И после всего этого утверждать, что нет опасности, что следственная комиссия, состав которой определит Ицхак Амит, будет искать способы сделать Нетаньяху и его правительство главными виновниками, — это абсурдное и смехотворное лицемерие. Даже странная настойчивость судебного истеблишмента в попытках помешать государственному контролеру довести расследование до конца с использованием имеющихся у него государственных профессиональных инструментов вызывает подозрение, что препятствующими движет вовсе не поиск истины. 6 Очень большая часть общества, включая многих, кто заплатил тяжелую цену в этой катастрофе и этой войне, не верит, что государственная юристократическая следственная комиссия захочет и сможет докопаться до истины. Гораздо вероятнее, что она воспользуется возможностью и попытается обвинить тех, кто относится к лагерю критиков судебной системы, и постарается максимально смягчить ответственность тех, кто относится к лагерю сторонников судебной системы. Ожидается, например, что организованное неподчинение противников судебной реформы получит снисходительное отношение, тогда как все, что связано с действиями Нетаньяху, будет рассматриваться с особой жесткостью. Катастрофа 7 октября — прежде всего профессиональный провал системы безопасности, которая не распознала масштаб угрозы, не подготовилась к ней, а затем потерпела неудачу и в первые часы вторжения и резни. Согласно информации, известной большинству общества, начальник Генштаба, глава ШАБАКа, глава военной разведки АМАН и еще несколько высокопоставленных представителей системы безопасности являются главными ответственными за катастрофу. На политическом уровне, чья ответственность более косвенная, первым, кто должен нести ответственность еще до премьер-министра, является тогдашний министр обороны Йоав Галант, который по своему должностному положению был непосредственным гражданским руководителем системы безопасности. То, что все руководители системы безопасности на протяжении всего времени поддерживают создание государственной юристократической следственной комиссии, говорит само за себя. Совершенно очевидно, что они надеются: комиссия, назначенная судебной системой, отблагодарит их за мобилизацию в ее поддержку и проявит к ним снисходительность. Необходимость убедиться, что расследование крупнейшей катастрофы в истории государства будет вестись в стремлении к полному и беспристрастному выяснению истины, — это тоже веская причина сожалеть, если этот Кнессет не доработает свой срок до конца. Эмануэль Шило | Бе-Шева #выборы_2026 #комиссия_раздора -------------------------------- 📚Подпишись на канал 📖 читай актуалии с переводом 🔗https://t.me/decoding_bureaucracy -------------------------------- ⚠️ הבהרה חשובה ⚠️ : אם לבעל הזכויות יש התנגדות לפרסום התרגום – אנא צור קשר ואסיר אותו בהקדם. --------------------------------

Это пренебрежительное отношение к элементарным требованиям богобоязненных солдат, не принадлежащих к ультраортодоксальному сектору, не способствует укреплению необходимого доверия, чтобы ультраортодоксальные семьи могли отправлять своих сыновей в армию, зная, что они получат уважительное отношение и подходящие условия службы. Даже сегодня, похоже, для руководства ЦАХАЛа важнее считаться прогрессивными в глазах лидеров радикального феминистского лагеря, чем призывать ультраортодоксов. 4 Основной непосредственный ущерб от распада коалиции — это не сокращение срока полномочий правительства и не перенос выборов примерно на два месяца вперед. Более серьезная проблема — отказ от множества важных законов, которые еще можно было бы принять, если бы коалиция продолжала функционировать до полного завершения каденции. Так, например, один из ожидающих принятия законов — закон о разделении должности юридического советника правительства. Это чрезвычайно важный закон для освобождения политической системы от удушающей хватки судебной системы. Другой закон, ожидающий продвижения, — закон о создании национальной паритетной следственной комиссии, который продвигает депутат Кнессета Ариэль Кальнер из "Ликуда". Задержка с его принятием может привести к тому, что в следующем Кнессете, если партии оппозиции получат большинство, будет принято решение о создании государственной юристократической следственной комиссии. Тем самым будет гарантировано, что выводы комиссии не вызовут доверия примерно у половины общества, и что еще хуже — расследование будет политически ангажированным и не раскроет правду в полном объеме. В последнее время предпринимаются значительные усилия для опровержения утверждения о том, что нельзя позволить председателю Верховного суда Ицхаку Амиту участвовать в формировании комиссии, поскольку комиссия должна расследовать также роль судей БАГАЦа в подрыве безопасности, приведшем нас к катастрофе. В мобилизованной расследовательской программе "Зман Эмет" государственной корпорации "Кан", финансируемой из наших налогов, утверждалось, что судьи БАГАЦа не вынесли ни одного решения, связывавшего руки системе безопасности. Это — иллюзия, поскольку для нанесения ущерба безопасности вовсе не нужны судебные решения. Уже сам факт того, что БАГАЦ готов рассматривать петиции против политики безопасности, заставляет ЦАХАЛ заявлять перед ним о политике, идущей навстречу истцам. Опасение, что определенная политика безопасности или оперативная практика не выдержит проверки БАГАЦа, изначально создает охлаждающий эффект, который приводит к проблематичным указаниям, выдаваемым военной прокуратурой боевым подразделениям. 5 Но главная причина выступать против следственной комиссии, назначенной Ицхаком Амитом, заключается не в необходимости расследовать роль судей БАГАЦа и судебной системы — хотя это само по себе верно. Гораздо более серьезная проблема состоит в том, что в последние годы между правительством Израиля и правой коалицией, с одной стороны, и подавляющим и доминирующим большинством судебного истеблишмента — с другой, существует тяжелое и ожесточенное противостояние. Судебная реформа была начата после многих лет, в течение которых правый лагерь ощущал себя подавленным и растоптанным судебной системой. Сразу после начала реформы судебный истеблишмент всех поколений начал тотальную войну против правительственной инициативы, определил ее как государственный переворот и угрозу демократии, а также предоставил легитимацию и иммунитет тем, кто ради борьбы с ней перешел все очевидные красные линии. Как известно, министр юстиции Ярив Левин при поддержке правительства отказался утвердить назначение Ицхака Амита председателем Верховного суда, из-за чего оно задержалось на целый год. Даже после того как судьи БАГАЦа растоптали полномочия министра и провели назначение, Левин отказывается его признавать. Комиссия по назначению судей также долгое время не собирается и не назначает судей — все это результат глубокого кризиса отношений между судебной и исполнительной властью.

Основной ущерб от роспуска Кнессета: законы, которые уже не будут вынесены на голосование Эмануэль Шило | Внутренняя Политика | Закон о Призыве | Социальный Конфликт | Роспуск Кнессета | Утраченные Ожидания | Юристомафия 🆚 Суверен | Комиссия Раздора | Ссылка 🔗 ~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~ Мы не только упустили возможность призыва ультраортодоксов, но и разделение должности юридического советника правительства, а также национальная следственная комиссия уже не будут реализованы в этом созыве Кнессета — если вообще будут ~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~ Литовское крыло партии "Яхадут ха-Тора" на этой неделе открыто присоединилось к мятежу против коалиции, который ранее объявило хасидское крыло. Это произошло после того, как руководители коалиции сообщили, что отказались от надежды провести закон о призыве до окончания каденции 25-го Кнессета. В заслугу ультраортодоксам следует сказать, что согласно коалиционным соглашениям закон о призыве должен был быть принят уже в начале каденции, и ультраортодоксальная общественность и ее ешивы платят высокую цену за задержку его принятия. В вину им следует поставить то, что они недостаточно осознали необходимость изменения подхода после катастрофы 7 октября и возникших вследствие нее потребностей безопасности. Нежелание представителей ультраортодоксов согласиться на формулу закона, которая была бы приемлема хотя бы для электората партий коалиции, привело к затяжным и изнурительным переговорам и отдалило возможность достижения согласованного закона. 2 Большинство израильского общества считает, что и изучающие Тору должны нести бремя обеспечения безопасности государства и участвовать в обязательной войне по спасению Израиля от врага, пришедшего их уничтожить. За исключением, возможно, небольшого процента особо выдающихся и усердных учеников, предназначенных стать будущими великими знатоками Торы и заслужить освобождение, все остальные должны внести свой вклад. Ультраортодоксальная общественность, со своей стороны, придерживается мировоззрения, согласно которому каждый, кто способен на это, должен сидеть и изучать Тору, и тем самым он внесет больший вклад в защиту народа Израиля, чем те, кто идут служить. Можно было преодолеть разрыв во взглядах и ожиданиях и прийти к компромиссу, согласно которому неультраортодоксальная общественность согласилась бы освободить от службы всех, кто действительно усердно занимается изучением Торы три учебных порядка, то есть около 12 часов в день. Взамен ультраортодоксальная общественность согласилась бы, что каждый молодой ультраортодокс, который на самом деле не занимается учебой с полной отдачей, будет обязан пройти службу. Такой компромисс, с одной стороны, не нанес бы реального ущерба миру ешив, а с другой — дал бы ЦАХАЛу тысячи ультраортодоксальных солдат в объеме, соответствующем его потребностям и возможностям приема. 3 Следует с сожалением сказать, что этот возможный и разумный компромисс был фактически отвергнут обеими сторонами. Ультраортодоксы не проявили подлинной готовности к призыву десятков процентов своей молодежи. Главный аргумент, который приводится в этой связи, — опасение, что служба приведет к утрате ультраортодоксальной идентичности призывников или к снижению уровня богобоязненности и приверженности еврейскому религиозному образу жизни. За этим аргументом, который нельзя полностью отвергать, скрываются и другие, менее оправданные мотивы. С другой стороны, структуры ЦАХАЛа не осознают изменения, которые армия должна пройти, если она заинтересована ежегодно принимать тысячи ультраортодоксальных призывников. Наиболее яркое выражение этого непонимания — упорство в интеграции женщин-военнослужащих в боевые должности совместно с мужчинами, при возмутительном и постыдном игнорировании религиозных прав соблюдающих Галаху солдат срочной службы и резервистов, а также неоднократных и отчаянных обращений раввинов религиозного сионизма — включая более либеральное крыло.

Новости 04 | Внутренняя Политика | Выборы 2026 | Опросы Фильбера | Лидеры и Аутсайдеры | Расклад Мандатов | Ссылка 🔗 Ниже приведены результаты опроса новостей на 14-м, который был показан сегодня вечером в центральном выпуске с ведущей Маги Тибиби (14.05.26) Опрос был проведён компанией NEXT DATA при участии 436 совершеннолетних респондентов из всех слоёв населения. Анализ данных: Шломо Фильбер. Распределение блоков: Правый блок — 63 мандата Левый блок — 46 мандатов Арабские партии — 11 мандатов Крупнейшие партии: Ликуд — 33 Беяхад (Беннет -Лапид) — 16 Яшар (Айзенкот) — 14 ШАС — 10 Демократы — 9 Оцма Иегудит — 8 Наш дом Израиль — 7 Яхадут ха-Тора — 7 РААМ — 6 Религиозный сионизм — 5 ХАДАШ-ТААЛ — 5 Не преодолевают электоральный барьер: Кахоль-Лаван — 2,3% БАЛАД — 2,1% Соответствие должности премьер-министра: Биньямин Нетаньяху — 54% Гади Айзенкот — 20% Нафтали Беннет — 18% Авигдор Либерман — 6% Бени Ганц — 2% Новости 04 | Facebook #выборы_2026 #опросы_фильбера -------------------------------- 📚Подпишись на канал 📖 читай актуалии с переводом 🔗https://t.me/decoding_bureaucracy -------------------------------- ⚠️ הבהרה חשובה ⚠️ : אם לבעל הזכויות יש התנגדות לפרסום התרגום – אנא צור קשר ואסיר אותו בהקדם. --------------------------------

#гофмангейт #системный_саботаж -------------------------------- 📚Подпишись на канал 📖 читай актуалии с переводом 🔗https://t.me/decoding_bureaucracy -------------------------------- ⚠️ הבהרה חשובה ⚠️ : אם לבעל הזכויות יש התנגדות לפרסום התרגום – אנא צור קשר ואסיר אותו בהקדם. --------------------------------

А потом появился Роман Гофман, и все жетоны вернулись на свои естественные места. Барнеа выступал против назначения Гофмана, но после того как оно было утверждено — в нём проснулся Каплан. Барнеа пошёл в обход Нетаньяху и направил письмо юрисконсульту правительства — то, по его словам, по просьбе Верховного суда, то, по его словам, по собственной инициативе, — в котором подробно изложил и обосновал причины своего несогласия с Гофманом. Не касаясь сути претензий, сам шаг выглядит как знакомая подрывная деятельность, которую коллеги Барнеа демонстрировали годами. "Моссад", как и все силовые структуры, подчинён политическому руководству. Как и ШАБАК, "Моссад" подчиняется напрямую премьер-министру. Глава "Моссада" не является тем, кто назначает своего преемника — это полномочие предоставлено премьер-министру. Барнеа также отказался явиться к премьер-министру после того, как его письмо было слито в прессу. Тем самым Барнеа перенял ещё одну дурную привычку хранителей порога разных поколений. Гали Бахарав-Миара и Ронен Бар отказались явиться на слушание перед правительством, оба отказались быть уволенными, юридическая служба правительства систематически отказывается представлять правительство, а теперь глава "Моссада" обходит премьер- министра и пытается сорвать назначение — и, как обычно, под знаком знакомой праведности: "Это мой долг как главы "Моссада" — донести мою профессиональную позицию. Я обязан сделать это ради блага Государства Израиль". И снова магические слова "профессионализм", "благо государства" служат естественной подготовкой к юридическим магическим словам "надлежащая процедура", "административные доказательства", "юридическое препятствие" — всем этим выдумкам с юридическим оттенком, которые юрисконсульт правительства, государственная прокуратура и Верховный суд используют, когда хотят урезать полномочия правительства. Барнеа присоединился к этой смеси в самый последний момент и тем самым запятнал одно из своих самых заметных достижений: способность профессионально выполнять свою работу ради государства и оставлять свои политические взгляды за дверью. Невозможно понять, почему Барнеа сорвался с поводка. Не было необходимости в письме, поскольку он уже изложил свою позицию комиссии Груниса. Не было необходимости лгать и утверждать, будто письмо подано по просьбе Верховного суда. Судьи отказались рассматривать его на заседании, состоявшемся на этой неделе. И не было необходимости отказываться явиться к премьер-министру — отказ детский и мятежный. И не было необходимости настаивать на отмене назначения. Это не решение Барнеа. Когда он получил это назначение, все жетоны снова начали падать на свои естественные места. Возможно, и это лишь предположение, Барнеа заглядывал в будущее — в жизнь после отставки. К бывшим высокопоставленным, выстроенным ровными рядами, всё так же единым фронтом обеспокоенным одними и теми же вещами, всё так же смыкающим ряды вокруг каждого, кто сам смыкал ряды против настоящей угрозы Государству Израиль: премьер-министра Биньямина Нетаньяху. Барнеа не собирал материалы против Бен-Гвира, как Ронен Бар, не проводил брифинги против правительства, как Герци Халеви и Эяль Замир, не сливал американцам планы удара по Ирану, как это делал Меир Даган. Да, он возвращается к своим ребятам, увенчанный славой победителя, но, вероятно, ему уже забыли разрешение, которое он дал сотрудникам "Моссада" выходить на протесты против реформы. И можно положиться на членов клуба бывших — они непременно предъявят ему счёт за то, что он недостаточно боролся, чтобы не допустить проникновения кого-то "не из наших" в "Моссад". Возможно, Барнеа решил пойти путём Уинстона Смита, героя романа Джорджа Оруэлла "1984". В конце книги Смит отказывается от свободы мысли. Он понимает, что "битва окончена. Он победил самого себя. Он любил Старшего Брата". Барнеа своим последним мятежным действием против избранного премьер-министра доказал свою преданность старшим братьям, чтобы его не выбросили из клуба. Ирит Линур | Исраэль ха-Йом

"Есть у Деди Барнеа алиби (и зовут его Биби)" Ирит Линур | Внутренняя Политика | Гофмангейт | Засада из Моссада | Наше Лживосбродие | Демарш по Призыву | Мятеж в Наследство | Внеклановая Охота | Ссылка 🔗 ~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~ Протесты лагеря "только не Биби" возглавляли бывшие высокопоставленные представители системы безопасности, и было логично предположить, что Деди Барнеа сделан из того же материала • Но во время войны он удивил: без утечек против правительства и с впечатляющими результатами, казалось, что наконец-то глава силовой структуры просто пришёл делать свою работу • До этой недели ~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~ Изначально можно было предположить, что уходящий глава "Моссада" Деди Барнеа идейно принадлежит к левому лагерю "только не Биби". Главным признаком этой склонности был сам факт его назначения на должность. Вопрос статистики. За последние десятилетия не было ни одного назначения в верхушке системы безопасности, после завершения службы которого не выяснялось бы, к какому лагерю принадлежит этот человек. Во время протестов против судебной реформы все главы силовых структур выступили единым фронтом — на Каплане, в телестудиях и среди подписантов петиций. Все нахмуренные от тревоги, все предсказывают раскол, а иногда и диктатуру. Бывшие командующие ВВС, бывшие главы ШАБАКа, все бывшие начальники Генштаба. Главы "Моссада" тоже не остались в стороне. Против "переворота" выступили Тамир Пардо, Дани Ятом, Эфраим Халеви, Шабтай Шавит, и даже Йоси Коэн, поддерживавший дружеские отношения с Нетаньяху, выстроился по институциональной линии и подписал письмо с выражением тревоги, принятой в кругах, считающихся правильными. Не было причин полагать, что Барнеа сделан из другого материала. И действительно, Барнеа продемонстрировал свою лагерную принадлежность: в феврале 2023 года он разрешил сотрудникам "Моссада" ниже определённого ранга участвовать в демонстрациях против реформы при условии сохранения анонимности и отказа от интервью. Разумеется, он не разъяснил сотрудникам "Моссада", что участие в демонстрациях является политическим действием и что им лучше сосредоточиться на своей миссии, а не перекрывать дороги. Даже во время войны можно было ожидать, что Барнеа, как начальник Генштаба, как командующий ВВС, как глава ШАБАКа Ронен Бар, будет уличён в каком-либо подрывном действии против правительства. В памяти всплыл предыдущий глава ШАБАКа Надав Аргаман на совместной пресс- конференции с премьер- министром Нетаньяху, министром обороны Ганцем и начальником Генштаба Кохави во время операции "Страж стен". Аргаман выглядел человеком, которого притащили на мероприятие против его воли, и никто не удивился, когда после ухода с должности он открыто выступил против премьер- министра и даже пригрозил в интервью "Новости 12" в 2025 году раскрыть секретные материалы о премьер- министре. Аргаман пошёл ещё дальше и оказался среди подателей исков против назначения Давида Зини главой ШАБАКа. И снова магические слова "профессионализм", "благо государства" служат естественной подготовкой к юридическим магическим словам "надлежащая процедура", "административные доказательства", "юридическое препятствие". Что тут скажешь, мы уже привыкли к этим ребятам. Но глава "Моссада" Барнеа как раз удивил. Во время войны не было зафиксировано утечек и брифингов со стороны главы "Моссада" по вопросам, не связанным с его должностью. Возможно, потому что, в отличие от ЦАХАЛа и ШАБАКа, "Моссад" не был замешан в провалах 7 октября, и не было причин конфликтовать с правительством и его главой. Во время войны "Моссад" под руководством Барнеа продемонстрировал впечатляющую серию достижений: операция с пейджерами, ликвидация руководителей ХАМАСа, а затем — руководителей иранского режима. Можно было вздохнуть с облегчением и предположить, что наконец-то во главе одной из силовых структур оказался талантливый человек, который пришёл выполнять свою работу, а затем спокойно сесть в какой-нибудь совет директоров и наслаждаться жизнью после службы.

Неужели и бывший председатель Верховного суда Ашер Грунис не умеет руководить комиссией и самостоятельно определять список свидетелей, которых следует вызвать? Если и здесь судьи Верховного суда решают подменить собой комиссию — после того как на протяжении всего заседания разбрасывались фразами вроде: "В мире административных доказательств именно комиссия принимает решения"; "Есть решение, end of story" — то в какой комиссии в будущем мы можем ожидать, что Верховный суд воздержится от вмешательства в порядок ее работы? Подход должен был быть иным, а необходимый здесь прецедент — особенно на фоне крайне проблематичного поведения истцов и части ответчиков "от имени правительства", которые на этот раз получили от судей резкие замечания, каких прежде в этом зале не звучало, — должен был быть совершенно противоположным. Более того, совсем недавно судьи Штайн и Гросскопф приняли подобное решение по другому делу, в котором сочли, что нет никакой причины втягивать суд в обсуждение вопроса, по которому последнее слово должен иметь другой орган. Это произошло десять дней назад. Группа истцов, чье требование к Верховному суду признать недействительной поправку к налоговому законодательству было отклонено, получила судебные издержки в размере 100 тысяч шекелей. К сожалению, суммы такого уровня нечасто встречаются в суде по делам подобного рода, однако судье Гросскопфу, написавшему основное решение, это, похоже, просто надоело. И поведение истцов в этом деле — прежде всего втягивание суда в обсуждение вопросов, которые не относятся к его компетенции. Судья Штайн, заседавший в том же составе, даже рассматривал возможность назначения показательных судебных издержек в размере 200 тысяч шекелей, однако в итоге решил согласиться с суммой, установленной Гросскопфом. "Из соображений справедливости", — постановил Штайн, — пока лучше ограничиться лишь предупреждением, а в следующий раз гораздо строже наказывать подателей подобных исков. Если БАГАЦ хочет приучить истцов не превращать его в апелляционную инстанцию по любому решению, которое им не нравится, — дело Гофмана является хорошим местом для начала. Гросскопф и Штайн уже обозначили эту границу. Гиль Брингер | Исраэль ха-Йом #багацдельня #гофмангейт -------------------------------- 📚Подпишись на канал 📖 читай актуалии с переводом 🔗https://t.me/decoding_bureaucracy -------------------------------- ⚠️ הבהרה חשובה ⚠️ : אם לבעל הזכויות יש התנגדות לפרסום התרגום – אנא צור קשר ואסיר אותו בהקדם. --------------------------------

На данный момент кажется, что именно это заявление может решить судьбу будущего главы "Моссада". Однако принятие решения на основе подобного заявления является серьезной ошибкой, и тому есть четыре разные причины. Во-первых, вопрос, который от начала и до конца связан с установлением фактов, не может рассматриваться в рамках процесса БАГАЦа. Об этом говорили многие, в том числе судья Замир, который в прошлом отмечал: "Установление фактов — не самая сильная сторона Высшего суда справедливости". В прошлом Верховный суд в рамках процессов БАГАЦа позволял проводить перекрестный допрос авторов письменных заявлений, и обоснование этому было очевидным. Первая причина заключается в том, что перекрестный допрос выясняет и сопоставляет, а следовательно — и проверяет достоверность утверждений заявителя. Ведь не раз бывало, что свидетельские показания в гражданских и уголовных судах полностью рушились во время перекрестного допроса. Вторая причина состоит в том, что заявитель, понимая, что его могут подвергнуть перекрестному допросу, заранее воздерживается от заявлений, которые ему будет трудно защищать в ходе такого допроса. Однако поскольку сегодня на практике перекрестные допросы в процессах БАГАЦа отсутствуют — какими бы оправданными ни были причины этого — невозможно полагаться на подобное заявление в деле типа дела Гофмана, где центр спора носит фактический характер. Во-вторых, в процессах БАГАЦа Верховный суд обычно довольствуется письменными заявлениями, поскольку исходит из презумпции добросовестности государственного управления, однако в деле Гофмана эта презумпция полностью рушится. Ведь само государство находится здесь по обе стороны баррикад. Правительство и комиссия утверждают, что назначение законно, тогда как юридический советник правительства утверждает, что оно недопустимо. Эти противоречащие друг другу позиции также опираются на конкурирующие версии фактов. В такой ситуации трудно говорить о презумпции добросовестности государственного управления, поскольку вопрос заключается в том, какое именно государственное управление пользуется этой презумпцией — то, которое назначило, или то, которое требует отменить назначение, — и какая система фактов является верной. Когда государство расколото само с собой, опора на письменное заявление также неуместна. В-третьих, уникальные обстоятельства дела Гофмана чрезвычайно затрудняют возможность опираться на письменное заявление. Речь идет не только о том, что прошло уже четыре года и теперь заявителя просят вспомнить точную формулировку вопроса и ответа, которые он и Гофман использовали в совершенно ином контексте; дело еще и в том, что сейчас этот вопрос находится в центре крайне острого политического спора, что влияет на любого человека, понимающего значение каждого слова, которое он может вспомнить или забыть. Более того, согласно публикациям, возможно, сохранение заявителя на своей должности в "Моссаде" зависит от личности следующего главы "Моссада" — Гофмана или кого-то, кто появится вместо него, если назначение будет отменено, — и в значительной степени от того самого заявления, которое здесь будет подано. Разве не очевидно, что подобное заявление может быть особенно проблематичным? Когда Гросскопфу надоело Однако четвертая причина важнее всего, что было сказано до сих пор, и заключается она в опасном прецеденте, который здесь создается. Грунис был знаком с этим разговором, который якобы состоялся между начальником оперативного подразделения и Гофманом в 2022 году. Не просто знаком, а даже дал относительно низкую оценку типу ответа, который дал Гофман на заданный вопрос ("неточный, мягко говоря"). И несмотря на это, не определяя, имелся ли здесь злой умысел, доходящий до нарушения моральной чистоты, или лишь халатность со стороны Гофмана, Грунис решил не вызывать этого человека в комиссию и не требовать от него никакого письменного заявления.

Дело Гофмана должно стать линией границы БАГАЦа Гиль Брингер | Внутренняя Политика | БАГАЦдельня | Гофмангейт | Кассации для Ликвидации | Системный Саботаж | Судейский Активизм | Предел Полномочи | Ссылка 🔗 ~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~ Обсуждение назначения будущего главы "Моссада" выходит далеко за рамки его личного дела — прежде всего речь идет о вопросе, является ли БАГАЦ апелляционной инстанцией по любому решению общественной комиссии, которое не нравится истцам • Если и здесь Верховный суд не обозначит четкую границу, остается лишь один вывод ~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~ Общим для трех судей Верховного суда, рассматривавших на этой неделе назначение генерал- майора Романа Гофмана на пост главы "Моссада", было чувство разочарования, окружавшее их. Однако это общее чувство разочарования, которое было очень трудно не заметить во время заседания, у каждого из судей возникало по совершенно разным причинам. Судьи Штайн и Гросскопф были разочарованы прежде всего тем, каким образом представитель юридического советника правительства, глава отдела БАГАЦа Анар Хельман, бросал обвинения в адрес Гофмана. Почти все эти обвинения, практически без исключения, основывались на предположениях, построенных на догадках, возникших на базе слухов. Единственными местами, где Хельман опирался на фактические выводы, были те самые осторожные формулировки председателя комиссии, рассматривавшей назначение Гофмана, судьи Ашера Груниса. Но и здесь Хельман систематически пытался раз за разом заменять каждый знак вопроса, который оставался у Груниса, своим собственным восклицательным знаком. Штайн и Гросскопф с нарастающим раздражением указывали на тенденциозное и неточное использование слов Груниса, однако Хельман продолжал настаивать на своем. В отличие от них, судья Барак-Эрез была разочарована совершенно другим. Представитель Движения за качество власти, добивающегося в своем иске отмены назначения Гофмана, адвокат Элиад Шрага, при том что было трудно не заметить степень солидарности судьи с поданным им иском, "саботировал" (по ее выражению) собственное ходатайство. Она так хотела, чтобы он выступал сдержанно и по существу и помог ей помочь ему, но казалось, что он снова, в который уже раз, устраивал главное представление своей жизни. В аргументации Шраги против будущего главы "Моссада" всплывали как относящиеся к делу претензии, так и главным образом не относящиеся к делу. Правда, несколько лет раннего детства в Беларуси — включая поведение Гофмана во время игр в классики и "пять камешков" на детской площадке в его районе — остались без внимания, однако кроме этого не было ни одного уголка его жизни, и прежде всего его блестящей военной карьеры, который Шрага не попытался бы очернить. И разумеется, Шрага не смог завершить выступление против Гофмана, не сказав несколько лишних слов и против того, кто его назначил — премьер-министра Нетаньяху, поскольку именно в этом в конечном счете и заключается суть сопротивления назначению Гофмана. Даже если он подходящий человек — он неприемлем, потому что назначен неподходящим человеком. И это так разочаровывало Барак-Эрез, которая надеялась на куда более стерильную аргументацию. Такую, которая позволила бы ей с легкостью отменить назначение генерал-майора или хотя бы работу комиссии, утвердившей это назначение. По обе стороны баррикад Каким-то удивительным образом различные разочарования привели всех трех судей к совместному решению: получить от комиссии все материалы, находившиеся в ее распоряжении, а кроме того — попросить бывшего начальника оперативного подразделения, того самого, кто якобы разговаривал с Романом Гофманом четыре года назад и существование самого разговора с которым Гофман, по его словам, не помнит, — представить тщательно составленное письменное заявление с точными словами заданного вопроса и точными словами данного ответа. Вопрос касается степени осведомленности Гофмана накануне ареста блогера Альмакайса о том, что дивизия, которой он командовал, использовала того в своих целях и как минимум вела операцию по передаче информации.

Это порочная практика (и о скрытой в ней опасности мы узнали из дела "Катаргейт"), которую начал Йоси Коэн и довёл до совершенства Деди Барнеа. После того как я тщательно проверил этот вопрос, заявляю вам со всей ответственностью: сегодняшний шаг юрсоветницы правительства окажется пшиком из страны пшиков. Ничего драматичного, даже наполовину драматичного. Отчаянная попытка сорвать назначение. Авишай Гринцайг | I24News_heb #гофмангейт #галя_аномалия -------------------------------- 📚Подпишись на канал 📖 читай актуалии с переводом 🔗https://t.me/decoding_bureaucracy -------------------------------- ⚠️ הבהרה חשובה ⚠️ : אם לבעל הזכויות יש התנגדות לפרסום התרגום – אנא צור קשר ואסיר אותו בהקדם. --------------------------------

"Драматическая" и "секретная" история — это не встреча Гофмана с Г'. Авишай Гринцайг | Внутренняя Политика | Гофмангейт | БАГАЦдельня | Галя Аномалия | Срыв Назначения | Политические Игры | Секретный Фарс | Саботаж на Стероидах | Ссылка 🔗 Насколько я понимаю, такой встречи вообще не было. У Гофмана была встреча с подразделением, в котором служит Г', в рамках передачи дел. На встрече присутствовало относительно большое количество людей. Показания Г' под присягой на этой встрече не обсуждались. Кроме того, эта встреча была назначена давно. Насколько я понимаю, "секретная" информация касается служебного статуса Г' в "Моссаде" и его зависимости от Гофмана в вопросе продолжения работы в "Моссаде". Почему, по утверждению юрсоветницы правительства, именно Гофман должен был довести это до сведения суда, да ещё и во время заседания — мне совершенно непонятно. Во всяком случае, лично я считаю, что это совсем не драматично. Но посмотрим, что решат судьи. Трудно не понять, что юрсоветница правительства изо всех сил пытается сорвать это назначение после того, как поняла, что БАГАЦ собирается его утвердить. С самого начала она передала документы только председателю комиссии, а не остальным её членам. Затем она попыталась передать "секретный" документ в закрытом порядке и в формате ex parte от уходящего главы "Моссада" Барнеа, в котором не было ни одного фактического вывода, и судьи отказались его принимать. Теперь она настояла на том, чтобы именно она снимала показания под присягой с Г', а не комиссия Груниса (комиссия под председательством бывшего председателя Верховного суда, да?) Каким-то образом внезапно из этой скоординированной подготовки показаний вдруг появилась секретная информация, которую необходимо срочно передать судьям БАГАЦа в запечатанном конверте, а заседание провести за закрытыми дверями. Помните, что точно такая же практика была в деле Рои Кахлона? В самом конце заседания, буквально из ниоткуда, после того как судьи дали понять, что не собираются принимать позицию юрсоветницы по вопросу назначения Кахлона исполняющим обязанности главы Комиссии по госслужбе, представительница юрсоветницы внезапно сообщила, что по распоряжению юрсоветницы против Кахлона начата дисциплинарная проверка. Перемещение ворот по ходу игры и грязные игры Бахарав-Миары и Лимона — это, на мой взгляд, нечто крайне серьёзное (и это вообще не связано с вопросом, подходит ли Гофман или нет, и соответствует ли Кахлон критериям или нет). Итак… Более двух недель назад в "Моссаде" прошло заседание по вопросу Г'. То есть уже после того, как комиссия приняла своё решение. После того, как завершила заслушивание свидетельств. Обсуждалось, может ли он продолжать работу в "Моссаде" в свете армейской критики в его адрес по поводу событий 7 октября. Обратились к генерал-майору запаса Туржеману и спросили его мнение. Он сказал, что не видит проблемы. Было решено, что следующий глава "Моссада" примет окончательное решение. Гофман сказал, что не видит проблемы в том, чтобы 'Г' продолжил службу. Но окончательного решения ещё не принял. Обратите внимание, что всё это произошло задолго до того, как позавчера неожиданно было решено взять у Г' показания под присягой. Когда эти события происходили, исходная ситуация была такова, что все проверки уже завершились. Чего, ради всего святого, юрсоветница хотела от Романа Гофмана? Как он должен был заранее предвидеть, что на позавчерашнем заседании судьи потребуют провести дополнительные проверки и взять у него показания под присягой? Нет сомнений, что здесь действительно существует проблема конфликта интересов, которая не находилась под контролем ни одного из вовлечённых лиц — но чего, ради всего святого, она хочет от Гофмана? Мне кажется, сейчас самое время поговорить о том, как уходящий глава "Моссада" Деди Барнеа использует приказ о секретности "Моссада", чтобы скрывать тот факт, что уже много лет он нанимает внешнего консультанта по коммуникациям, очень хорошо связанного в нужных кругах, для продвижения своих месседжей (которые порой бывают неточными) в общественное пространство.

Откуда юрсоветница черпает привилегию так легко нажимать на спусковой крючок отказа? Возможно, именно это и было в голове у Штайна, когда он решил перейти в атаку, которая, похоже, давно ждала подходящего момента, против представителя юрсоветницы. 6 На этой неделе я опубликовал крайне жёсткое письмо, которое действующий глава "Моссада" Деди Барнеа направил против человека, назначенного ему на замену. Деди Барнеа решил определить это письмо как "секретное" и передал его юрсоветнице за спиной премьер-министра, чтобы та передала его судьям в одностороннем порядке и при закрытых дверях. Из-за нехватки места не будем вдаваться в содержание письма и ограничимся лишь серьёзностью самого факта его отправки. Глава "Моссада" подчиняется премьер- министру. Он пытался убедить премьер-министра не назначать Гофмана — и не сумел. Затем он обратился к комиссии и пытался убедить её — и добился лишь частичного успеха. До этого момента он действовал правильно и ожидаемо. Проблема началась тогда, когда ему не удалось убедить, и он решил напрямую отправить судьям секретное письмо против Гофмана — с фактами и утверждениями, которые вдруг родились у него только сейчас и которые он не озвучивал перед комиссией. Ещё более серьёзная проблема заключается в заголовке документа. В заголовке было написано: "Ответ на запрос Верховного суда по данному вопросу", — хотя судьи не только ничего у него не просили, но и отказались принимать этот документ. Если уж говорить о пороке нравственной чистоты и превышении полномочий — что можно сказать о таком подрывном поведении? Печально, что именно таким аккордом завершает свою каденцию уходящий глава "Моссада" Деди Барнеа, которому на протяжении всей службы, в почти полном отличие от большинства руководителей силовых и не только силовых структур, удавалось избегать втягивания в политическую арену или ненужных и безответственных столкновений с правительством и его главой. Действительно жаль. Но, как и в случае с Гофманом, действия Барнеа тоже следует рассматривать в пропорции и не забывать о его огромных заслугах на протяжении многих лет. С его честью тоже следует обращаться осторожно. Авишай Гринцайг | Бе-Шева #галя_аномалия #гофмангейт -------------------------------- 📚Подпишись на канал 📖 читай актуалии с переводом 🔗https://t.me/decoding_bureaucracy -------------------------------- ⚠️ הבהרה חשובה ⚠️ : אם לבעל הזכויות יש התנגדות לפרסום התרגום – אנא צור קשר ואסיר אותו בהקדם. --------------------------------

По утверждению Гофмана, он вообще не знал ни имени Альмакайса, ни его возраста и, соответственно, не знал о его аресте. Когда его спрашивали в реальном времени — он, разумеется, отрицал, поскольку, по его версии, не разрешал передавать никакой секретной информации. Секретные сведения передавались другими источниками внутри ЦАХАЛа, никак не связанными с дивизией Гофмана. Альмакайс утверждает обратное. Гофман получил дисциплинарное замечание от своего командира за сам факт задействования блогера без получения одобрения от уполномоченных инстанций. Вопрос, находящийся в центре спора, заключается в том, что именно Гофман отрицал в реальном времени, когда армейские органы проверяли этот инцидент. Известно, что Гофман дал отрицательный ответ офицеру, проводившему проверку, но до конца неясно, каким вообще был вопрос. Если его спросили, разрешал ли он передавать секретные сведения Альмакайсу или несовершеннолетнему — отрицание оправдано. Во-первых, он, вероятно, вообще не разрешал передавать секретную информацию, а кроме того — не знал ни имени Альмакайса, ни того, что тот несовершеннолетний. Если же его спросили, задействовал ли он блогера, и он это отрицал — тогда он сказал неправду, а это уже порок с точки зрения нравственной чистоты, который может оправдать запрет на назначение его главой "Моссада". В конце заседания БАГАЦа было решено сосредоточиться главным образом на этой точке и запросить показания офицера, допрашивавшего Гофмана. Я сильно сомневаюсь, что тот самый "Г." вспомнит, каким именно был вопрос, который он задавал Гофману четыре года назад, но подождём — увидим. 5 Вернёмся к юрсоветнице. Консультативная комиссия по назначениям на высшие должности разделилась во мнениях. Председатель комиссии, бывший председатель Верховного суда Ашер Грунис, счёл, что в поведении Гофмана имелся нравственный изъян, и поэтому он не рекомендует назначать его на должность. Трое остальных членов комиссии посчитали, что никакого нравственного изъяна не было и нет никаких препятствий для назначения его на должность. Существует немало судебных решений, говорящих о том, что статус консультативной комиссии по назначениям на высшие должности очень весом, и поэтому, несмотря на её консультативный характер, правительству будет крайне сложно действовать вопреки позиции комиссии, задача которой — быть нравственным "стражем ворот" в отношении семи наиболее чувствительных назначений на госслужбу, включая главу "Моссада". Но оказывается, когда назначение не нравится юрсоветнице, позиция комиссии — это всего лишь рекомендация. Оказывается, когда назначение не нравится юрсоветнице, позиция комиссии становится менее релевантной, если речь идёт о выяснении фактов. Оказывается, вдруг ниоткуда позиция председателя комиссии получает особый статус, и её следует предпочесть позиции остальных членов комиссии, мнение которых было принято большинством голосов. Лицемерие, которому нет описания. Можно считать, что комиссия ошиблась и премьер-министр ошибся. Разрешено подавать петиции против назначения, и судьи БАГАЦа, разумеется, не связаны позицией комиссии и вправе в соответствии с нормами административного права отменить решение премьер-министра о назначении Гофмана. Но суть в том, что юридическая советница правительства обязана защищать позицию премьер-министра и правительства, и лишь в крайних случаях, когда у неё нет возможности это сделать, — с сожалением заявлять, что, по её мнению, назначение недопустимо. Здесь ситуация совершенно не такая — и это просто невероятно. Назначение, прошедшее одобрение комиссии, — это назначение, являющееся экстремально неразумным? Назначение генерала ЦАХАЛа, в отношении которого весь инцидент завершился дисциплинарным замечанием, даже не внесённым в личное дело, — это назначение, которое юрсоветница не может защищать? Конечно, могла бы защищать. Ведь судьи задавали куда больше сложных вопросов именно её позиции и позиции петиционеров, чем позиции правительства.

Привычки, формировавшиеся долгие годы, не исчезнут из-за одного-двух выговоров. 3 Как известно, юридическая советница правительства отказалась защищать назначение Гофмана премьер- министром. Те, кто наблюдал за многочасовыми заседаниями во вторник, могли заметить, насколько позиция юрсоветницы вовсе не проста и не однозначна. Судьи задавали множество сложных вопросов как петиционерам, так и главе отдела БАГАЦа в прокуратуре, адвокату Анеру Хельману, представляющему юридическую советницу правительства. Хельман говорил самодовольно и выражал недовольство тем, что судьи осмеливаются задавать ему вопросы и подвергать сомнению позицию юрсоветницы. Судьи, прежде всего Штайн и Гросскопф, не позволяли ему произносить монологи и оспаривали практически каждое его предложение. "У вас здесь нет никакого привилегированного статуса. Господин будет молчать и слушать вопрос. У вас нет никакого привилегированного статуса, вопреки тому, что вы, возможно, думаете", — бросил ему судья Штайн. Для читателя, не знакомого с происходящим в Верховном суде, эта реплика может показаться стандартной и сдержанной, с соблюдением норм вежливости и обращением к Хельману как к "господину". Но те, кто привык и понимает внутреннюю кухню, знают: выговор Штайна был подобен наезду трактора на юридическую систему, учитывая, что он обращался к самому высокопоставленному представителю, выступающему в БАГАЦе — главе отдела БАГАЦа. Создаётся впечатление, что Штайн искал повод для жёсткого выговора. Похоже, ему надоело, что прокуратура и юридический совет правительства чувствуют себя слишком по-домашнему, приходя в Верховный суд. Транслируемое заседание стало возможностью вернуть их на землю. В этом контексте стоит упомянуть и поведение юрсоветницы в вопросе подачи её ответа на петиции. Она должна была ответить до пятницы, 10:00. Только в 10:15 юрсоветница подала просьбу об отсрочке до воскресенья. Просьбу об отсрочке подают заранее, иначе это уже не просьба, а уведомление. Во всяком случае, судья Барак-Эрез написала, что просьба вызывает затруднение, и следует ожидать, что будут приложены все усилия, чтобы ответ был подан ещё в пятницу до 16:00. Ответ в пятницу так и не был подан, несмотря на слова судьи. В 16:05 снова была запрошена отсрочка до воскресенья. Судья Барак-Эрез написала, что её предыдущее решение говорит само за себя. Что сделала юрсоветница? Всё равно подала ответ в воскресенье. Адвокат Хельман в начале своего выступления вяло извинился за это. Барак-Эрез бросила: "Извинение вполне уместно", — и с её точки зрения инцидент был исчерпан. Похоже, с точки зрения Штайна всё только начиналось. 4 Хельман, как уже сказано, выступал самодовольно и явно не был доволен тем, что его слова не падают на благодарную почву в ушах судей. В какой-то момент он попытался намекнуть, что судья Офер Гросскопф не понимает, как функционирует ЦАХАЛ, и получил холодный ответ. Гросскопф также заметил, что категоричные утверждения Хельмана — это "всего лишь предположения". Даже судья Барак-Эрез, считающаяся сегодня ярко выраженным левым ориентиром в Верховном суде, не пришла в восторг от этих аргументов и с самого начала предложила вернуть вопрос назначения Гофмана на повторное рассмотрение консультативной комиссии по назначениям на высшие должности — комиссии Груниса, чтобы она завершила то, что следует завершить. Но подождите, я ещё вообще не рассказал, о чём именно эти петиции. Согласно утверждениям, Гофман, будучи командиром дивизии, дал указание задействовать блогера — владельца телеграм-канала — и передавать ему сведения, касающиеся Сирии. Позже этот блогер был арестован ШАБАКом по подозрению в преступлениях против безопасности государства на фоне публикации секретной информации. Речь идёт об Ури Альмакайсе, который тогда ещё был несовершеннолетним. Сам Альмакайс утверждал, что действовал по поручению ЦАХАЛа. Претензия к Гофману заключается в том, что он не раскрыл и не сообщил, что именно он приказал задействовать Альмакайса, когда тот был арестован.

Дискуссия без культуры: что стоит за петицией против назначения Гофмана? Авишай Гринцайг | Внутренняя Политика | Моссад - Гофмангейт | Галя Аномалия | Срыв Назначения | Политическая Обструкция | Системный Саботаж | Мятеж в Наследство | Ссылка 🔗 ~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~ Нападки на такого заслуженного офицера, как Гофман, лишь для того, чтобы атаковать того, кто его назначил, — это очередное дно общественного дискурса. И юрсоветница правительства, и уходящий глава "Моссада" тоже не безгрешны. ~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~ Назначение Романа Гофмана главой "Моссада" на этой неделе достигло точки кипения на весьма бурном заседании БАГАЦа — даже по сравнению с немалым количеством бурных заседаний, свидетелями которых мы были за последний год. С позволения уважаемой публики, разделю колонку на несколько пунктов. 1 Начну специфично с вопроса не юридического характера. Как известно, Роман Гофман сражался 7 октября. В октябре 2022 года Гофман был назначен командующим Национальным центром сухопутной подготовки. Год спустя, сразу после сообщений о резне в населённых пунктах приграничья Газы, Гофман по собственной инициативе выехал из своего дома в Ашдоде в сторону приграничья, чтобы помочь в боевых действиях. Согласно публикации Ynet, столкнувшись с террористами, он вступил с ними в перестрелку и ликвидировал часть из них. Во время боя он получил тяжёлое ранение конечностей и был доставлен в больницу. Первым словом, которое он произнёс с больничной койки, было: "Мы провалились". Сразу после этого он добавил: "Мы сражались как львы и сумели остановить их. Теперь пойдём вперёд и убьём их всех". Нет сомнений, что Роман Гофман — герой Израиля. Человек, который рисковал жизнью в бою, в котором вообще не обязан был участвовать. Человек, репатриировавшийся в Израиль в 14 лет без знания иврита и ставший невероятной историей успеха. Образец мужества и самоотверженности. Казалось бы, должно быть очевидно, что даже те, кто выступает против его назначения главой "Моссада", должны согласиться: речь идёт о человеке с огромными заслугами, к чести которого следует относиться особенно бережно. Однако в наши дни пропорции — особенно неприличное слово. Поэтому в социальной сети X (Twitter) можно было встретить следующую отвратительную публикацию адвоката Шахара Бен-Меира:

"Бои Гофмана 7/10 должны быть не в его пользу, а против него. 7/10 все штабы рухнули при полном отсутствии командования и контроля. В такой ситуации бригадный генерал с небольшим опытом пехотных боёв ничем не помогает как обычный боец на месте, а должен был и обязан был помогать в командовании и управлении, где и находятся его навыки. Ещё один пример нулевого здравомыслия".

Вы понимаете это безумие? Осознаёте глубину этой ненависти? Может, тогда стоит осудить и бывшего заместителя начальника Генштаба Яира Голана, который посмел по собственной наглости отправиться защищать жителей приграничья Газы? Как он смеет рисковать жизнью ради других?! Нулевое здравомыслие! Что было бы, если бы террористам удалось его похитить? Такой человек, 60-летний мужчина, посмевший рисковать жизнью 7 октября, недостоин быть политиком в Израиле. Если бы это было единичное высказывание — ещё ладно. Но безумие клеветы против генерала Гофмана — это то, к чему невозможно оставаться равнодушным. Точнее — нельзя оставаться равнодушным. Гофман, который никогда не занимался политикой, не втягивал себя в политический шторм и всю свою взрослую жизнь посвятил безопасности Израиля, заслуживает хотя бы минимального уважения и признательности. 2 Надо отдать должное судьям Оферу Гросскопфу и Алексу Штайну, которые рассматривали петиции против назначения Гофмана вместе с судьёй Дафной Барак-Эрез: они очень осторожно относились к чести Гофмана. Когда судьи почувствовали, что председатель Движения за качество власти не проявляет уважения к Гофману и солдатам ЦАХАЛа, они резко его одёрнули, причём в жёстких выражениях. Они предупредили его, что он должен прекратить говорить как публицист, ищущий телевизионной известности. Разумеется, это не слишком помогло.