tätowiert hündin.

kiss my feet, freaks.😧

✅I'm the king here, I'm the boss here, that's not even a question.✅

✅ speed ​​is the only new sensation that the 20th century gave us.

мью/вз мне дохуя. мью - только эстеты, архивы. @adamclif_ford. если бан - sms.

🌟🤩🤩мой успех трахает им мозги чаще, чем я сам это делаю с теми, кого выбираю. и то, и другое приносит мне огромное удовольствие.

✅Если вонзили нож в спину — обернись, извлеки его и проведи теплым от крови лезвием по чужому горлу, не вздумай сожалеть после. 🔆🔆🔆🔆🔆🔆🔆🔆🔆🔆🔆

Люди не стоят вашего великодушия, запомните: милосердие в этом мире не добродетель, а отсрочка собственного приговора. Мягкость не оценят, ее сожрут, поэтому отвечайте той же монетой, которой платят вам, — холодной и острой.

🌟🌟🌟🌟🤩⭐️⭐️⭐️⭐️⭐️⭐️🤩 Удар в спину означает лишь одно: вы впереди, и кроме как стереть вас, способа стать лучше не существует, ведь вы и есть предел. Тот, кто попытался от вас избавиться, никогда этого не забудет.

✅их злоба — мой личный афродизиак, твоя страсть —трофей. я забираю все и ухожу, не оставляя следов, кроме дрожи в твоих коленях.

🤩🤩🤩🤩— пока они считают мои деньги, я сбиваюсь со счета, сколько раз за ночь заставлю тебя забыть свое имя.

— ковырять этих людей пока сочится гниль, так же беспонтово, как выписывать фразы из книг.

✅я влюбился в твои глаза, почуял неладное, но вместе с тем ощутил азарт.

il est plus froid que la glace, mais l'intérieur provoque un incendie.

⭐️⭐️⭐️⭐️⭐️⭐️⭐️⭐️

«Письма, потерянные между жизнью и смертью»

Во времена войны тяжело было всем, а влюблённым и семьянинам особенно, потому что каждое утро могло оказаться последним, а каждое прощание незаметно становилось вечным. Никто не знал, что будет дальше и как это неведомое «что-то» сломает судьбы, разрушит семьи и оставит после себя лишь тишину. Чон Хосок стал одним из тех, кто оказался втянут во Вторую мировую войну. Он сражался на стороне Японии против США, Китая и Великобритании, и со временем все различия между людьми стирались, оставляя только усталость, страх и упрямое желание выжить. Но даже среди этого бесконечного шума войны в его мыслях оставался один человек. Тот, ради кого он продолжал идти вперёд, несмотря ни на что. Юнги. Мин не мог оказаться рядом. Болезнь приковала его к дому, сделав беспомощным свидетелем чужой жестокости. Он жил ожиданием, цеплялся за редкие новости, за обрывки слухов, за собственные надежды, которые с каждым днём становились всё слабее. Мысли о том, что где-то там Хосок может страдать, может быть ранен или уже не дышать, разъедали его изнутри. Неизвестность была хуже любой правды. Она не давала ни покоя, ни возможности смириться. Хосок держался из последних сил. Каждый день он возвращался к одной и той же фотографии, словно в ней была спрятана его последняя причина жить. Он молился, чтобы вернуться, чтобы снова увидеть знакомые черты, чтобы убедиться, что всё это было не напрасно. Письма, которые он писал, оставались лишь словами на бумаге, потерянными где-то между жизнью и смертью. Он искал утешение в музыке, в голосах товарищей, в коротких мгновениях тишины, но ничто не могло заглушить ощущение надвигающегося конца. И когда этот конец всё же пришёл, он не оставил после себя ничего, кроме пустоты. Ни воспоминания, ни надежды, ни любовь не смогли уберечь его. Он сражался до последнего, потому что иначе не мог, потому что иначе было нельзя. И вместе с ним оборвалось что-то большее, чем просто жизнь. С его смертью мир для Мина окончательно потерял смысл. Он ещё дышал, ещё существовал, но внутри уже не осталось ничего, за что можно было бы держаться. К концу войны Япония погрузилась в голод и разруху, и эта медленная, беспощадная реальность забирала людей одного за другим. Среди них оказался и Мин, чьё сердце не выдержало жизни, в которой больше не было того, ради кого стоило жить.