Он открывал эту коробку, словно новогодний подарок: с трепетом в груди и сияющими глазами. Хотя он ещё не встречал здесь Новый Год.
Фотоаппарат мгновенной печати. Блестящий, новенький, красивый. Лололошка бережно взял его в руки и начал вертеть, осматривать. Выпросил. Хотелось запечатлеть хорошие моменты на камеру и собирать фотографии в коробку (которую придётся тайно стащить с процедурной), чтобы через много-много лет открыть её и с теплотой вспоминать.
Он приподнялся с ковра и уверенным шагом подошёл к столу. Бумаги, папки, документы, отчеты, справки, чьи-то рентгены . Шла бурная работа.
— Ты занят? — задал риторический вопрос Лололошка, — Я хочу протестировать камеру.
Ответ пришёл не сразу.
— Протестируй на улице... — буднично ответил Джон, не отрывая взгляда от бумаг, — Я занят.
В прочем, как всегда. Спасибо и на том, что не выгоняли из кабинета.
Лололошка надул губы, явно не удовлетворившись ответом. Он без спроса вынул черный маркер из органайзера для канцелярии и направился к выходу.
— Не забудь фрукты взять, тебе нужно восполнить витамины. Молли должна была принести в твою палату, — послышалось за спиной. Ло бросил взгляд через плечо и кивнул. Правда в этом не было нужды — Джон не смотрел на него.
Фруктами он угостится позже.
Приятный ветерок встретил его на крыльце заднего двора. Лололошка спустился по маленьким ступенькам к траве и направился в сторону ивы. А вот и первая фотография медленно вышла из полароида — дерево с качелями на фоне бесконечного зелёного горизонта. Он сунул в рот маркер, снял зубами колпачок и, дойдя и сев на качели, начал подписывать на задней стороне фотографии: «Я постоянно тут падаю :)». Затем он поднял фотоаппарат и направил объектив в сторону здания. «Мой дом». Затем на облака. «Облака». На свою руку, где в районе локтя с внутренней стороны сидел цветной пластырь. «Мне не нравится пластырь, он слишком детский. Молли всегда клеит мне телесные или прозрачные, а вот Джон настаивает на таких». Вызвало улыбку на лице. Затем он направил камеру в сторону полевых цветов...
Увлëкся. Не заметил чужого присутствия. Поднял голову. Ветер растрепал кудри Джона, открывая лицо без очков. Его волосы короче и кажутся ломкими на вид.
— Работает? — улыбнулся он своей привычной самодовольной улыбкой. Джон стоял пред Лололошкой, спрятав руки за спину.
— Да, — кивнул Ло, — уже сделал пару снимков.
Он протянул их Джону. Тот взял их и начал рассматривать. Делал он это быстро, словно не вглядываясь в суть картинок. Увидев на фотографии руку Ло, он приподнял бровь и перевернул снимок на заднюю сторону.
— Вот значит как, тебе не нравятся мои пластыри, — с наигранной обидой произнёс Джон, — А я выбирал для тебя самые красивые! Чтобы подходили для твоего нежной и тонкой кожи.
— Не преувеличивай, — весело закатил глаза Ло.
И пока Джон находился рядом, свободный, Лололошка вскочил с качели и накинулся на его шею. Приобняв одной рукой, второй он быстро направил полароид на себя и Джона.
— Скажи «чи-и-и-из»! — ярко улыбнулся он, подняв свободную руку в жесте «Виктория».
Щëлк.
— А теперь отдай фотографию, дорогуша, — Джон потянулся к камере, — Необходимо предупреждать меня о таком! Я не подготовился, не причесался, не поправил галстук. Я обязан выглядеть сногсшибательно на всех фотографиях!
— Боже, да кто на тебя будет смотреть, кроме меня? — Лололошка отпрыгнул от него, хихикая. Фотография мучительно медленно выходила из полароида.
— Отдай, — чужая рука в черной перчатке потянулась к нему.
— Не-а!
Джон широко шагнул в его сторону, на что Ло вновь отпрыгнул назад. Под собственное хихиканье он наблюдал, как тот пытался выхватить из его рук фотоаппарат. У Ло была более свободная одежда, поэтому он ловко уворачивался, а в конечном счёте вообще побежал в сторону стационара.
Фотография будет подписана как «Он потом запнулся и чуть не упал на крыльце, ха-ха! Спасибо, что отвлëкся от работы и уделил мне время :)»
...
— Так вот как это всё выглядело... — фотографии лежали в чужих руках, — Смотрятся так, будто это было очень давно, десять лет назад.
Качество печати плохая. Старый полароид?
А на следующей фотографии находились будто призраки. Два парня. Один счастливо улыбался и приобнимал второго за плечи. Его эмоцию не прочитать: лицо закрашено чёрным маркером. А на обратной стороне надпись. Её не разобрать, ведь и она была зачëркнута.