École de la connerie

Был когда-то такой на заре лакано-психологического мира журнал, который существует и по сей день, просто лаканистам туда вход не заказан, времена, так сказать, не те, — Московский психотерапевтический журнал. Выпускался он в дорогом моему сердцу ВУЗе. Так вот, Вячеслав Николаевич Цапкин когда-то опубликовал крутую статью, посвященную хронологии жизни и творчества Лакана. Самое время ее вспомнить, вторя нашему посту выше. https://psyjournals.ru/journals/cpp/archive/2002_n1/cpp_2002_n1_Tsapkin_lakan.pdf

Друзья, завтра у нашего любимого француза день рождения. Все мы его знаем как настоящего maître, как невероятно авторитетного аналитика, человека, буква которого взывает к нашей чуткости. Напомню, когда Лакан пришел вести свой семинар в клинику «Святой Анны» ему было почти 52 года. Так начинался его большой психоаналитический путь! Тот Лакан, которого мы знаем, Лакан семинаров, появился именно в это время. Но был и другой Лакан. Посмотрите на этого веселого молодого человека. Это 1931 год, здесь он, наверное, еще и не думал вести свой семинар, еще не выступал в Мариенбаде со своей «Стадией зеркала», в это время его докторская еще не дописана. На этой фотографии он наш с вами ровесник. Я предлагаю вспомнить завтра именно этого парня, не легенду-Лакана, который всегда уже все знал, а этого веселого молодого человека из плоти и крови, с которым вполне можно было и пошутить, и переброситься парой слов на равных. Тема нашей субботней встречи «Субъект и знание» Участники и доклады: Алексей Зайчиков «Жак Лакан и монотеизм» Георгий Соколюк «Объект Лакан(а)» Анна Хитрова «На rendez-vous с психоанализом» Антон Загривин «Психоанализ - наука об истине беззнания?» Анастасия Прокофьева ««О занимательных играх» Или о том можно ли поиграть с Лаканом и выиграть» Михаил Голубов «Отношение субъекта со знанием о себе» Арсений Ситников «Назад к Паскалю» Анна Бельчикова «Перевлюбиться в Лакана» Анна Кудинова «На горизонте знания» Начало 17:05 Стоимость 500 рублей

В среду нас ждёт заключительная встреча чтений текста "Набросок психологии". На ней мы завершим чтение "Общего плана", первой части текста, суммируем предложенную Фрейдом систему устройства психического аппарата и обсудим оставшиеся после чтения вопросы. Концептуальная нагрузка в ходе прочтения поможет открытию путей и проторений для последующего самостоятельного освоения оставшихся частей с минимальным контактным сопротивлением, а выделение константной части фрейдовского рассуждения послужит для нас достаточным основанием перехода к более поздним текстам Фрейда. Начало: 19:00 Стоимость: 400 рублей

В ближайшую среду завершаем чтение первой части "Наброска" (до 21 пункта, включительно) , представляющую основные положения фрейдовской психологии. Введём вместе с Фрейдом термины, составляющие фундамент для всего дальнейшего проекта психоанализа - аффект, желание, первичный и вторичный процесс, а также познакомимся с ранним системным изложением концепции толкования сновидений. Эта часть особенно важна для нас в связи с 7 семинаром. Начало: в 19:00 Стоимость: 400 руб До встречи!

#На_злобу_багетам Или вновь о чтении «Мы не превосходим и не обобщаем великие тексты. Самое большее, что мы можем — это прочитать их и позволить им изменить себя. Читать — значит войти в движение буквы. Это значит взять ее и заставить работать в качестве означающего, речь идет о том, чтобы придать ей новое значение, расширить ее смысл и открыть ей путь к новому пути, чтобы она очертила маршрут с новой точкой места назначения,не стремясь зафиксировать или собрать воедино значения написанного, но заставляя вибрировать двусмысленности текста, чтобы он заговорил. Такая практика уже является частью психоанализа. Чтение в психоанализе заключается в том, чтобы открыть будущее фундаментальных текстов, придавая им силу означающего, то есть означать по ту сторону того, что они означают через акт чтения». Кристиан Фьеренс «Принцип наслаждения»

На одном из последних выступлений Эстелла Солано рассказывала про случай Доры и ее фантазм, в котором фигурирует Женщина с большой буквы — К. Солано говорила о том, что это мужской фанатазм. В связи с этим у меня возник вопрос: чем отличается мужской фантазм от истерического и от женского? Вопрос этот сложен и требует отдельной работы. Тем не менее некоторые мои поиски принесли результаты, которыми я планирую поделиться в ряде заметок. #фантазм_1 В 5 семинаре Лакан посвящает немало встреч женскому мазохизму. Тезис, который он выдвигает, звучит так: «Аналитики утверждают, что отношения с мужчиной предполагают со стороны женщины своего рода мазохизм». Лакан ставит перед собой задачу опровергнуть этот тезис, поскольку считает его ошибочным. Свою аргументацию он выводит из работы Фрейда «Ребёнка бьют», где указывает на то, что мазохистская позиция — это второй такт, который характерен и для мужчины, и для женщины. Напомню, что Фрейд говорит о переходе садистической стадии из-за чувства вины в мазохистическую, которая теперь несет на себе отпечаток сильного возбуждения (это и есть мазохистическое удовлетворение). Эта вторая стадия остается бессознательна, реконструируется за счет других фаз в ходе анализа. Стоит сказать, что Фрейд в этой работе не говорит о том, что этот фантазм является исключительно женским, это он сделает чуть позже в 1924 году в работе «Экономическая проблема мазохизма». В этой работе Фрейд выделит 3 типа мазохизма — эрогенный, женский и моральный, где первый будет основанием для двух последующих. Несмотря на то, что у мазохизма есть название женский, Фрейд скорее указывает на позицию, занимаемую субъектом в фантазме, речь идёт о пассивной позиции. Лакан в ходе 5 семинара пытается вернуть Фрейду Фрейда несмотря на то, что сами женщины прикладывают немало усилий, чтобы мнение, озвученное выше о женском мазохизме, укоренилось; можно вспомнить, например, Элен Дойч, которая утверждала, что «мазохистская позиция — неотъемлемый элемент женской позиции вообще». Итак, Лакан в 5 семинаре еще не говорит о том, что женский мазохизм — это мужской фантазм, но всячески предостерегает слушателей связывать мазохизм с женщинами. О том, что женский мазохизм — это мужской фантазм, Лакан скажет в 10 семинаре: «женский мазохизм следует принципиально рассматривать как мужской фантазм». Этот мужской фантазм направлен на поддержание наслаждения в соответствии с мазохистской структурой за счет воображаемой женской позиции. Таким образом мужчина поддерживает свое наслаждение тем, что является его собственной тревогой. Мужскую тревогу можно помыслить через «мужское бессилие» и Фрейда. Выбранный мужчиной объект вызывает сильную тревогу, если в нем находятся черты потерянного объекта. Чтобы избежать «психической импотенции», мужчина прибегает к фантазму, в котором объект обесценивается. Здесь можно только пошутить, что уважение к женщинам отнимает у мужчин наслаждение, хотя, можно пошутить, что это не шутка. В осмыслении этой тревоги можно пойти и более сложным путем, через -фи и а, но дабы не нагружать текст, просто отошлю читателей к 10 семинару и главе «Женщина более истинная и реальная». Женщина, чтобы поддержать желание мужчины, готова занять это место, место объекта а, место, которое поддерживается ее маскарадом — это и есть «сила лжи на стороне женщины». Однако ничего не указывает на то, что в этом месте есть желание женщины, отсюда можно в вспомнить тезис Лакана уже из 14 семинара, что «женщина не мазохистка», хотя и «телеуправляемая»добавим мы. Женщина готова какое-то время поддерживать этот мужской фантазм, но наступает момент, когда о себе дает знать требование любви, «идеализация желания» как говорит Лакан. Здесь , по крайней мере по мысли 10 семинара, женщина уходит от наслаждения к желанию, которое интересует ее гораздо больше. Ведь как заметил еще Стендаль, «желание заявляет о себе несмотря на фиаско». Подробнее о позиции женщины и ее фантазме мы поговорим в следующей заметке.

В эту среду мы начнем работать с текстом Фрейда «Набросок психологии». Георгий Соколюк подготовит для нас серию встреч, — их намечается 3 ,— на которых мы попробуем разобраться с ранней теорией психического аппарата Фрейда. Напомню, что этот текст нас интересует в первую очередь в связи с 7 семинаром, поэтому нам необходимо сделать упор на два принципа — удовольствия и реальности. Также в этом тексте мы столкнемся с Фрейдом до Фрейда — именно в «Наброске…» появляются идеи, которые в последующем и составят каркас психоанализа. На первой встрече мы будем разбираться с общими принципами фрейдовской физиологиии. Прочитать необходимо первые 12 пунктов. До встречи в среду! Начало: в 19:15 Стоимость: 400 рублей Адрес: Озерковская набережная д. 50 стр 1, 27 кабинет

#номинация «Фунес, чудо памяти» Хорхе Борхеса — чудесная вещица, в особенности для тех, кто интересуется вопросом номинации. Фунес — это абсолютный номиналист, для него не существует универсального. С одной стороны, он изобретает четкую систему номинаций, которая позволяет ему помнить огромное количество вещей, он становится обладателем «чудо памяти», единственным, кто, действительно имеет право произносить фразу «я помню». Он изобретает «бесконечный словарь для бесконечного натурального ряда чисел, бесполезный мысленный каталог всех хранящихся в памяти образов». С другой стороны, он не способен к общим «Платоновым идеям»: «Ему не только было трудно понять, что родовое имя «собака» охватывает множество различных особей разных размеров и разных форм; ему не нравилось, что собака в три часа четырнадцать минут (видимая в профиль) имеет то же имя, что собака в три часа пятнадцать минут (видимая анфас)». Он не способен ухватить постоянство образа, даже собственного зеркального, каждый раз, подходя к зеркалу, он удивлялся увиденному. Фунес задается вопросом, каково это жить в мире, где любой индивид (вещь или предмет) поддается описанию исключительно в своей единичности/уникальности. Фунес живет в своего рода бесконечной метонимии, в которой точка пристежки оказывается будто бы невозможна. Он парадоксальный герой, который претендует точно называть вещи, но при этом сам акт номинации является для него самой презренной вещью в мире. «ut nihil non iisdem verbis redderetur auditum» Рассказ этот упоминается в тексте Лорана «L’impossible nomination, ses semblants, son sinthomе». https://royallib.com/read/borhes_horhe/funes_chudo_pamyati.html#0

https://youtu.be/ALlutejMowo?si=fsGw0PO75QQmXsbl Публикуем видео с докладом "Введение в 6 семинар..." Ж-А Миллера.

​​Мы готовы поделиться нашей версией перевода текста Лакана «Intervention sur le transfert» (1951). Он уже известен русскому читателю по переводу Александра Черноглазова «Слово о переносе», так что теперь у нас есть две версии одного текста, что обогащает возможности чтения. Как всегда будем рады любым комментариям и обсуждениям, а также замечаниям и обнаруженным неточностям или ошибкам. Наши комментарии к этому тексту вы найдете по ссылкам, а сам текст будет выложен отдельным файлом ниже. Перевод текста Лакана и комментарий

🎉

Представляем перевод случая Сержа Леклера "Филон или обсессивный субъект и его желание". Серж Леклер — французский психоаналитик, принадлежащий к первому поколению учеников Жака Лакана и активно принимавший участие в его семинарах. Многие помнят его по анализу “Сна единорога”, о котором говорится в 11 семинаре. В 1959-м году Лакан ведет семинар “Желание и его интерпретация”. Несмотря на то, что целью этого года является разработка понятия фантазм, Лакан вновь обращается к диалектике требования и желания, чтобы прояснить значение последнего. В ходе 3 встречи семинара Лакан заявляет, что различие между требованием и желанием не выступает простой теоретической фикцией, но «уходит в саму суть практики и находит немедленное применение в клинике». Говоря о «немедленном применении», Лакан имеет в виду клинический отчет, который был недавно представлен его коллегой. В основе концептуализации этого случая лежали теоретические положения двух последних лет семинара. В рамках группы “Эволюция психиатрии“, основанной еще Евгением Минковским в 1925 году, Леклер 25 ноября 1958 представляет случай “Филон или обсессивный субъект и его желание”. Осмысляя его через Эдипов комплекс и вытекающих из него отношений требования и желания, — структуры, предложенной Лаканом, — Леклер, в свойственной ему поэтической манере, пытается показать слушателям, что составляет узел невроза навязчивости. Иронический тон, с которым он приступает к данному анализу, вызван тем, что понятия «привязанность к матери» и «Эдип» успели в психоаналитическом поле приесться. Вернуть Эдипу структуру, а не использовать его в феноменологическом смысле — такую задачу ставит перед собой Леклер. Хотя текст случая явно свидетельствует о большой погруженности автора в лакановское учение тех лет, после доклада развернётся дискуссия, в ходе которой Лакан озвучит свою критику леклеровского анализа. Обращаясь к практике того времени, можно узнать, как лакановское учение воспринималось слушателями семинара, насколько пересказ этого учения, его понимание и структура соответствовали тому, что говорил сам Лакан — в этом, на мой взгляд, ценность изучения случаев прошлых лет. Найти текст на французском можно в книге "Démasquer le réel". Сигма: https://syg.ma/@anna-khitrova/serzh-lekler-filon-ili-obsessivnyy-subekt-i-ego-zhelanie ВК: https://vk.com/@-216367401-serzh-lekler-filon-ili-obsessivnyi-subekt-i-ego-zhelanieу

Мы начинаем подготовку к чтению 7 семинара "Этика психоанализа". Решили взять ключевые работы Фрейда, на которые Лакан будет ссылаться в этом семинаре, и поработать с ними. Участники семинара распределили тексты между собой, читать их мы будем в хронологическом порядке. Начнем с "Наброска психологии" 1895 г. Если вы хотели или хотите прочитать 7 семинар, а начинаем мы обычно летом, это отличная возможность, чтобы присоединиться. Как показывает читательский опыт - быть в одном контексте не просто важно, а читательски необходимо.

https://youtu.be/mqp7kMFWBRk Добавили видео, посвященное случаю Леклера. К 8 марта выложим перевод 🪻.

Конструкции в психозе У Зенони есть статья, посвященная конструкциям в клинике психозов («La construction dans la clinique des psychoses» 2009г). В ней речь идет о том, что конструкция ≠ интерпретации, например, как было во времена Фрейда. Действительно, если мы обратимся к тексту, на который Лакан часто ссылается, «Конструкции в анализе» (1937г), то увидим, что конструкцию и интерпретацию Фрейд отождествляет. В общем-то, двумя этими текстами навеяна сегодняшняя заметка. Зенони указывает на то, что в случае психозов мы имеем дело с выстраиванием конструкции и отключением/ отпиской (le désabonnement) от интерпретации. Интерпретацию он понимает как способ дополнить наслаждением или значением Другого, в то время как конструкция позволяет обойтись с наслаждением без прохождения наслаждения через смысл. Как это можно понять? Возможно, через именование наслаждения, которое отныне не нуждается в бесконечной интерпретации, но это, скорее, версия. (Весьма любопытно и дальше подумать об этом различии). В любом случае, изобретение или постройка конструкции находится исключительно на стороне анализанта. В этом смысле лакановский подход радикально отличается от других, поскольку в нем предполагается работа пациента, а не аналитика. Об этом мы говорили в 15 семинаре как о делании анализанта (хотя в семинаре речь шла больше об ассоциативной работе, но думаю, что и в данном контексте это понятие валидно). Именно в 15 семинаре произошел переход из страдательного причастия в действительное — от анализируемого к анализирующему. Конструкция помогает связать разрозненные элементы, иногда же она имеет чисто сфабрикованный характер — создание чего-то на месте пустоты. В том же тексте Фрейда мы уже можем найти ценные указания, которые встречаем у Зенони. Фрейд, как всегда извиняясь за аналогию, говорит о бредовых конструкциях, которые похожим образом должен, по его мнению, выстроить невротик. Хотя, если думать в контексте Лакана и конструкции в неврозе, то в этом месте мы навряд ли согласимся с Фрейдом. В неврозе мы имеем дело с редукцией. История, скорее, сводится к структурным элементам, которые помогают осмыслить встречу с реальным и ее последствиями. Насколько они бредовы? Хм..может быть, и вполне себе. В любом случае, о таких конструкциях мы часто слышим от аналитиков, которые прошли пасс. Но вернемся к Фрейду:

«Бредовые образования больных кажутся мне эквивалентами конструкций, выстраиваемыми нами в ходе аналитического лечения, попытками объяснения и восстановления, которые в условиях психоза могут вести, однако, только к тому, что часть реальности, отрицаемая в настоящем, заменяется другой частью, точно так же отрицавшейся в раннее доисторическое время. Раскрыть тесные отношения между материалом нынешнего отрицания и материалом тогдашнего вытеснения будет задачей отдельного исследования. Подобно тому как наша конструкция воздействует лишь благодаря тому, что она возвращает часть пропавшей истории жизни, точно так же и бред своей убедительной силой обязан компоненту исторической правды, который он помещает на место отвергнутой реальности»

Зенони пишет:

«Бред, понятый как конструкция, рассматривается как эквивалент проработки знания. Мы видим, что Лакан, введя бредовую метафору, серьезно отнесся к тому, что Фрейд определил как попытку самоисцеления в проработке бреда»

Ну и напоследок еще отрывок из статьи Фрейда, который очень близок теме прошедшего конгресса:

«Если понимать человечество как целое и поставить его на место отдельного человеческого индивида, то обнаружится, что и оно создало бредовые образования, которые недоступны логической критике и противоречат действительности»

Не отсюда ли лакановское «tout le monde est fou c’est-à-dire délirant»?

#семинар_контекст Невроз навязчивости и перверсия. Вчера почему-то не поговорили про эпиграф к переводу, хотя он весьма любопытный. С тех пор как та пылкая девушка прокляла и освятила мои губы (ибо каждое такое заклинание содержит в себе и то и другое), я суеверно избегал поцелуев, боясь нанести другой девушке какой-то мне самому неведомый духовный вред. (Гете «Поэзия и правда») В «Поэзии и правде» Гете рассказывает о своей возлюбленной, которая после расставания прокляла его губы: «Да будут прокляты навек эти губы. Пусть несчастье постигнет того, кто примет их поцелуй». Долгое время Гете превращал это проклятие в закон, преграждавший ему путь к любви. Однажды он решается переступить это проклятие, о своих приключениях он и рассказывает в автобиографическом романе. В своем случае о «Человеке-Крысе Фрейд упоминает этот роман, Эрнст читает отрывок из Гете. Именно тогда возникает у него импульс, навязчивое желание мастурбировать. Фрейд объясняет, что в основе этого сексуального возбуждения лежат запрет и нарушение заповеди. Гете не соблюдает навязанный ему пуританский закон, маленькому Эрнсту тоже не удается подавить свой интерес к сексуальности в раннем детстве. Эрнст так же, как и Гете, страдает от навязчивой мысли — его отец умрет, если он продолжит и дальше думать о всяких нечистых забавах. Можно сказать, что Эрнст идентифицирует себя с Гете в этот пиковый для желания момент протеста, что и вызывает телесный импульс. Вернемся к случаю Жида, о котором мы вчера много вспоминали. Что объединяет перверсию и невроз навязчивости? Интимные отношения с законом. В случае Жида это отношения, которые можно назвать сокрушительными, поскольку они не оставляют места для желания. «Любовь, лишенная желания»,— вот заповедь, которая определяет жизнь Жида. В неврозе навязчивости мы тоже встречаем особые интимные отношения с законом, только вот отношения эти диалектические. На примере Гете мы видим, что «заповедь» имеет 2 стороны — запрета и нарушения. В случае Жида мы сталкиваемся с радикальным «расщеплением»: есть либо любовь, полностью подчиненная заповедям кастрации, мы обозначали ее как (—), — эта тотальная заповедь была на строне материнского Другого, законодателя пуританства, либо наслаждение (+), которое абсолютно не зависит от любви и игнорирует существование кастрации. На этой стороне лежит наслаждение юными мальчиками, котрое отсылает к органу, а не фаллическому означающему.

https://youtu.be/imAJNweimcI?si=ylLgTOA7oLAu6E2n Добавили видео с докладом Георгия. Приятного просмотра!

Друзья, в среду мы продолжим работать над переводами. Я представлю случай Леклера, на который Лакан ссылается в семинаре «Желание и его интерпретация». В третьей главе Лакан говорит о коллеге, который представлял случай обсессивного невроза,где акцент был сделан на требовании и желании. Лакан также скажет в этой главе, что нас интересует структура желания и требования, потому что разницу между ними мы видим не столько в теории, сколько в практике, что, по-видимому, и показывает данный случай. После недолгих поисков удалось найти этот текст, принадлежит он Сержу Леклеру и называется «Филон или обсессик и его желание» (LECLAIRE S. Philon ou l’obsessionnel et son désir » (1959), repris in Démasquer le réel, Paris, 1971, Le Seuil). Я сделала перевод, который в скором времени мы выложим для общего доступа, в среду же мы поработаем с почти итоговой версией перевода (которую для участников нашего семинара мы предоставим, пишите мне) и попробуем понять связь этого случая с тем, о чем мы читали в 5 и 6 семинарах. До встречи в среду! Начало: в 19:00 Стоимость: 400 рублей.