Военндело (Военное дело | ВД)
Военная тематика. Цитирование мнений и заявлений не означает согласия администрации канала с ними. Главный по рекламе: @OLD_tggg Помощник @pay22er @effective100
إظهار المزيد📈 نظرة تحليلية على قناة تيليجرام Военндело (Военное дело | ВД)
تُعد قناة Военндело (Военное дело | ВД) في القطاع اللغوي الروسية لاعباً نشطاً. يضم المجتمع حالياً 95 700 مشتركاً، محتلاً المرتبة 618 في فئة السياسة والمرتبة 5 766 في منطقة روسيا.
📊 مؤشرات الجمهور والحراك
منذ تأسيسه في невідомо، حقق المشروع نمواً سريعاً وجمع 95 700 مشتركاً.
بحسب آخر البيانات بتاريخ 27 أكتوبر, 2026، تحافظ القناة على نشاط مستقر. خلال آخر 30 يوماً تغيّر عدد الأعضاء بمقدار -1 774، وفي آخر 24 ساعة بمقدار -60، مع بقاء الوصول العام مرتفعاً.
- حالة التحقق: غير موثّقة
- معدل التفاعل (ER): يبلغ متوسط تفاعل الجمهور 12.51%. وخلال أول 24 ساعة من النشر يحصد المحتوى عادةً 10.90% من ردود الفعل نسبةً إلى إجمالي المشتركين.
- وصول المنشورات: يحصل كل منشور على متوسط 11 977 مشاهدة. وخلال اليوم الأول يجمع عادةً 10 433 مشاهدة.
- التفاعلات والاستجابة: يتفاعل الجمهور بانتظام؛ متوسط التفاعلات لكل منشور يبلغ 225.
- الاهتمامات الموضوعية: يركز المحتوى على مواضيع رئيسية مثل всу, войско, беспилотник, минобороны, пво.
📝 الوصف وسياسة المحتوى
يصف المؤلف القناة بأنها مساحة للتعبير عن الآراء الذاتية:
“Военная тематика.
Цитирование мнений и заявлений не означает согласия администрации канала с ними.
Главный по рекламе: @OLD_tggg
Помощник @pay22er @effective100”
بفضل وتيرة التحديث المرتفعة (أحدث البيانات بتاريخ 28 أكتوبر, 2026) تحافظ القناة على حداثتها ومستوى وصول مرتفع. وتُظهر التحليلات تفاعلاً نشطاً من الجمهور، ما يجعلها نقطة تأثير مهمة ضمن فئة السياسة.
«Вчера меня спросили: если бы пришлось сделать это снова, напали бы вы на Иран? Я ответил: безусловно. Это одно из величайших дел, которые я когда-либо совершал», — заявил Трамп.По его словам, удары по Ирану были необходимы, чтобы не допустить появления у Тегерана ядерного оружия.
«Справедливое долгосрочное мирное урегулирование возможно только при полном и безоговорочном учёте законных интересов России», — подчеркнул Путин, согласно заявлению Кремля.После разговора Стубб и Стёре провели телефонный разговор с Владимиром Зеленским. Сергей Лавров заявил, что ничего нового на переговорах не обсуждалось.
«Триумф, которым мы гордимся! Это не просто дипломатическая победа – это восстановление справедливости. Несмотря на все вызовы, сборная России остается единой, дружной и сплоченной командой. Видно, как горят глаза у ребят, как они стремятся становиться сильнее, учатся новому и поддерживают друг друга. Именно в таком единстве рождаются большие победы», – отметил Бату Хасиков.
« Меня что удивляет: разговор состоялся, телефонный разговор был таким, я бы сказал, обстоятельным, содержательным, продолжался полтора часа, но удивительно, этот разговор вызывает критическую реакцию в ряде стран Европы. Это, на мой взгляд, весьма симптоматично и показательно. Что касается самого разговора, то он фокусировался прежде всего вокруг договорённости о возобновлении трёхсторонних переговоров представителей России, Украины и США в Абу-Даби. Было много вопросов на этот счёт, уточнений с нашей стороны. В общем-то, эта тема активно затрагивалась. И, может быть, ещё на один момент стоило обратить внимание. И норвежский премьер, и президент Финляндии транслировали нашему президенту активную заинтересованность Владимира Зеленского переговорить напрямую с нашим руководителем. С нашей стороны было отмечено, что, ну, во-первых, все знают, что нынешний киевский руководитель нелегитимен, об этом тоже много говорилось. Вместе с тем наш начальник повторил, наверное, уже в миллионный раз, что если действительно Зеленский хочет провести прямые переговоры, пусть приезжает в Москву, где ему будут обеспечены все условия, в том числе с точки зрения безопасности. Вот это было сказано. И в-третьих, было подчеркнуто, что, конечно, в принципе, контакт на уровне руководителей Украины и России имеет самый большой смысл после того, как закончится переговорный процесс, будут выработаны какие-то документы, а именно в контексте долгосрочного урегулирования на Украине. И после этого лидеры двух стран могли бы встретиться, переговорщики были бы готовы им доложить документы, а лидеры, в свою очередь, были бы готовы их подписать».
