Флегматичное
الذهاب إلى القناة على Telegram
Мое графоманство ♡ Творческий беспорядок вечно царит в моей голове, на письменном столе и в этом канале
إظهار المزيد639
المشتركون
لا توجد بيانات24 ساعات
-47 أيام
-2130 أيام
أرشيف المشاركات
639
У тебя новое анонимное сообщение!
я после того как прочитала ту херню(забыла название) с фэнцинами ещё кружков пять бомбила подруге 😡😡😡 флегма жди докс
↩️ Свайпни для ответа.
639
Ладно, думаю, переписку выложу ровно 31-го, а зарисовку чуть позже. Все равно там ноябрь по календарю дальше, так что эта хоа хоа хоа..... 🥀🥀 атмосфера никуда не денется
639
Понимаете я настолько реалистично писала что аж сама задумалась, а нужен ли мне вообще этот хэппи-энд и может переубивать всех нахуй)))
639
Му Цин замирает. Внутри всë взрывается и медленной пульсацией отдает в конечности. Всë вокруг кружится и летит. Он зол и расстроен. Фэн Синя хочется ударить, накричать на него, пнуть и залиться слезами. Именно сейчас он это и сделает! дрожащая рука вздымается вверх, рассекает воздух, и...
И Му Цин со всхлипами падает в объятия.
— Придурок! — Сипло бормочет он, слабо колоча Фэн Синя в грудь.
Тот прижимает его к себе, гладит по плечам, расцеловывает макушку и шепчет тысячу извинений.
— Я знаю, плохая идея была, — еще чуть-чуть — и он сам пустит слезу, — но, знаешь ли, когда ты сказал, что уходишь, моя реакция была примерно такой же.
Му Цин отстраняется, растирает слëзы по лицу, хлопает своими недоумевающими глазками, и Фэн Синь понимает, что ему пришел конец. Никакое огнестрельное не поможет против этого оружия — неописуемой красоты любимого мужчины.
Сердце колотится так быстро, что на секунду замирает. Фэн Синь хватается за грудь, но, тут же распрямившись, улыбается Му Цину и поправляет растрепанную чëрную челку за ухо.
— Знаешь, пока я еще не умер от инфаркта, — Фэн Синь неловко смеется, — попрошу всë-таки ответить на мое предложение...
— Закрой свой рот, — рычит Му Цин, — ты не умрëшь. И я не умру. Потому что...
Он хватает пистолет и небрежно бросает его в стену. Тот, конечно, не разлетается вдребезги, но зато своим оглушительным грохотом ясно даëт понять серьезные намерения.
— Как... скажешь, — Фэн Синь, заикаясь, прижимает его к себе и гладит по спине, — я ухожу из этого грязного бизнеса. И ты...
— И я ухожу. Мне теперь неинтересно. Мне нужен только ты, а не какие-то другие озабоченные дядьки с кучей денег.
— Так я, получается, тоже озабоченный дядька с кучей денег?
Му Цин, хорошенько подумав и демонстративно вздохнув, наконец выдает:
— Ладно. За секс можешь не платить.
#зарисовка #фэнцины
639
Текстовое продолжение зарисовки по фэнцинам.
ЧАСТЬ 2
«Пистолет Макарова» — невзначай амечает он боковым зрением, ведь будучи мальчишкой сильно увлекался огнестрельным оружием.
— Не бойся, — звучит нежно, ласково. Как будто успокаивает бездомного котëнка.
— Не бояться? — слеза застывает в уголке глаза. — Когда к твоему виску приставлен пистолет?
Судорога сковывает лëгкие, и Му Цин содрогается в рваном вдохе. Немые слëзы текут по бледным щекам.
— А чего же ты боишься? Ответить за свой поступок?
— За какой...
— За кражу, — грубо отрезает Фэн Синь. — Наглую, бессовестную кражу.
Му Цину хочется разрыдаться. Про какую-то там кражу он слышит впервые, да и не в его это компетенции — промышлять таким. Это ложь, клевета и провокации.
— Меня подставили, — скулит он жалобно.
— Я ожидал такого ответа, — Фэн Синь злостно усмехается, — Подставили, а как же. Ты и без того бесчестная блядь, так еще и воруешь.
Слова больно режут по самому сердцу. Нет, судя по всему, Фэн Синь — не тот особенный, который примет его любым. Судя по всему, его всегда будут тыкать носом в собственную профессию.
Му Цин рыдает. Беззвучно, задыхаясь. Испуганными глазами смотрит по сторонам.
Во взгляде Фэн Синя что-то меняется; блещет некая жалость и, возможно, испуг, но, наверное, у Му Цина уже помутнился рассудок и ему просто кажется.
— Ты... Помнишь, что обещал?
— Простить... За все?
— Я все еще люблю тебя.
Он сейчас выстрелит. Защитный смех кривой усмешкой пробегает по губам Му Цина. Земля уходит из-под ног, и Фэн Синь вместе с ней — почему-то чëрное дуло пистолета опускается ниже.
Он выстрелит. Му Цину кажется, что он слышит щелчок курка, чувствует запах пороха и ощущает патрон где-то во внутренних орнанах. Прямо сейчас ему всадят пулю куда-нибудь под коленку; чтобы опустился на колени и корчился от боли, потом — в живот, чтобы предсмертная агония задушила в своих объятиях, и наконец — в самую голову, или, может быть, в сердце — в знак вечной, безумной и посмертной любви.
Как он вообще здесь оказался? Он ведь... Доверял этому человеку. Доверил свое тело, свое личное пространство и жизнь, что, кажется, было очень зря. Чувство тоски сжирает уже не от того, что такой короткой, но безумно насыщенной жизни приходит конец (возможно, где-то в глубине души Му Цин даже рад этому — не придется умирать старым сморщенным стариком), а от того, что его убийца — любимый человек, ради которого он бросил свою, хоть и ужасную, но достаточно оплачиваемую шлюшью работу.
Возможно, он был бы даже не против полностью связать свою жизнь с Фэн Синем, и не обязательно узами брака — с ним просто хотелось быть рядом. Его образ надежного человека создавал ощущение защиты. Фэн Синь манил, притягивал.
И чем это все обернулось? Тихим омутом с чертями? Сердце больно сжалось от горя. Му Цин клялся простить за всë, но... Это было настоящее предательство.
Смерть посмотрела в напуганные глаза.
Откуда-то из глубины сознания послышался прежний голос, родной, тëплый и знакомый. А не тот, который приказывал оставаться на месте и обвинял в краже. Фэн Синь из далекого прошлого что-то произносил, но у Му Цина от шока заложило уши.
Он открывает один глаз, а потом второй. Поворачивает голову. Чувствует свое тело абсолютно целым, и кровавых дыр не замечает тоже.
Жизнь... Улыбнулась ему снова.
Рядом стоит прежний Фэн Синь, и смотрит все с такой же преданностью, юношеской робостью в глазах. От чего-то он ниже — Му Цин фокусирует взгляд и понимает, что перед ним человек на одном колене.
На большой раскрытой ладони лежит все тот же пистолет, настоящий. Однако, парень замечает посередине маленькую, смешную блестяшку. Между спусковой скобой и крючком зажато золотое кольцо.
— Да, ты вор. Наглый и бесчестный, потому что ты украл моë сердце. Но, впрочем, я не хочу получать его обратно — оставь себе, сделай одолжение. И заодно стань моим мужем.
