𝑾𝒊𝒕𝒉 𝒍𝒐𝒗𝒆, 𝑲𝒐𝒕𝒐𝒗𝒂.

умницы, добили! ждите вечером/завтра продолжение, как и обещала.😊

с новым годом, кстати. 🌟

🤩☺️арьер — 50💋 / 2 мнения. Считаю с последнего поста. 🖤 Как только добиваете – сразу выставляю следующую часть.

— Сильно. — Она выдыхает мне в шею. — Ты — сильно, Германн. Ты не бываешь лёгким. Ты бываешь только... всем. — Это плохо? — Это... — она замирает, подбирая слово. — Это много. — А он? Он — мало? Поэтому ты на него смотрела? Как на свет в конце тоннеля? — Я смотрела, потому что он смешной. — Ты смеялась. — Да. — Ты так при мне не смеёшься. — Потому что ты смотришь иначе, — говорит она тихо, после долгой паузы. — Ты смотришь так, будто я уже твоя. А он смотрит так, будто я просто человек. Понимаешь разницу? Я замираю. — Ты моя, — говорю я. — Ты моя, Ади. — Знаю. — Она поднимает руки, сжимает моё лицо в ладонях. Смотрит прямо в глаза, явно наслаждаясь моими страданиями. — Знаю. Но иногда хочется, чтобы ты не брал меня. А просто был рядом. Как он. Как он. Эти два слова бьют под дых. Я закрываю глаза. Секунда. Выдох. — Я не умею, — говорю я ей в губы.— Я не умею иначе. Ты знаешь. — Знаю. — Но ты всё равно на него смотрела. — Смотрела. — И будешь? А она все молчит и смотрит. В глазах ни тени лжи. Только этот вечный вызов. — Буду, — тихо промурчала Аделина. — Потому что он — твой друг. Он ничего не отнимает у тебя. Он просто... есть. А ты хочешь, чтобы я его ненавидела? — Я хочу... — мой голос срывается на хрип. — Я хочу, чтобы ты забыла, как он пахнет. Как он звучит. Как он на тебя смотрит. — А как он на меня смотрит? — Как на женщину, свободную сука женщину, чёрт бы его побрал. Она вдруг улыбается. Той самой улыбкой, медленной, опасной, от которой у меня внутри всё переворачивается. — Ревнуешь, Реймондо? Я сжимаю её затылок сильнее. Не больно, скорее собственнически. Боже, эта сука… Я голову теряю рядом с ней. Становлюсь животным, зверем, дьяволом, да кем угодно, господи. — Я сдохну от этой ревности когда-нибудь, — говорю я. — И ты будешь стоять над моим трупом и улыбаться. Потому что добилась своего. — Я не добиваюсь. — Она проводит пальцем по моей скуле. — Я просто смотрю, как ты горишь. Это красиво. — Ты — чудовище. — Ну, скажи мне что-то более неочевидное. Я не выдерживаю. Впиваюсь в её губы. Грубо и жадно. Я выгрызаю право быть единственным. Она всхлипывает мне в рот, вцепляется в плечи, но не отталкивает, тянет ближе, будто ей мало, будто ей никогда не хватит. И я знаю что ей мало. Я отрываюсь на секунду. Перевожу дух. Прижимаюсь лбом к её лбу. — Ты хоть понимаешь, — шепчу я. — Ты хоть представляешь, что у меня в голове было, пока вы там сидели? — Что? — шепчет в ответ. — Я представлял, как забираю тебя прямо при нём. Как прижимаю к стене. Как он смотрит. Как ты стонешь мне в рот. И ему никогда не узнать, какая ты. Какая ты на самом деле. У неё перехватывает дыхание. Зрачки расширяются. — Германн... — Тсс. — я провожу губами по её виску, по скуле, к уху. — Я никому тебя не отдам. Даже в мыслях. Даже в шутку. Даже ему — другу, брату, кому угодно. Ты — моя. Вся. До последней чёртовой клетки. — А если я не хочу быть всей? — Поздно. — я кусаю её за мочку, она вздрагивает. — Ты сама в это влезла. Сама осталась. Теперь терпи. Я подхватываю её на руки. Она обвивает ногами мою талию, прижимается, прячет лицо в шее. — Ты идиот, — бормочет она куда-то мне в кожу. — Ты такой же идиот, как Азриэль. Только злой. — Я не злой. Я — голодный. — И что ты хочешь съесть? — Тебя. — я несу её в спальню. — Целиком и полностью. Я буду терзать тебя, пробуя каждый кусочек твоего тела вновь и вновь, пока ты не начнешь умолять, плакать, обещать сделать все, лишь бы я дал тебе то, чего ты хочешь… ‼️ 🤩🤩 🩶🤩🤩 🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩…

☠️ 🔤𝘮𝘢𝘨𝘪𝘯𝘦 … 🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🫥🫥🤩🤩🤩 (part 1/2) 🤩🤩🤩🤩🤩: With love, Kotova. 🖤🖤🖤 🖤🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩 🖤 Я знал, что Азриэль зайдёт. Он всегда заходит без предупреждения, будто у него ключи есть, будто это не мой дом, а проходной двор. Но в этот раз я почему-то замешкался в прихожей дольше обычного. Стягивал куртку. Вешал её. Слышал, как он уже ворвался на кухню, как грохнул по столу чем-то, наверное, опять притащил какую-то дичь в наш дом. Я вошёл, когда он уже развалился на моём стуле. — Германн! — он вскинул руку, салютуя. — Ты где пропадаешь? Я тут уже твою женщину развлекаю. Смотри, не ревнуй. Я посмотрел на неё. Аделина сидела напротив него, поджав под себя ногу, в моей старой футболке, с волосами, рассыпанными по плечам. В руках чашка с чаем, который она даже не пила, просто грела ладони. И улыбалась. Не мне, а ему. — Ревновать? — я сел за стол, налил себе кофе. — К тебе? — Ну да, я ж неотразим, — Азриэль подмигнул ей, и она фыркнула, прикрывая рот ладонью. — Адель, скажи ему. Я же неотразим? — Ты невыносим, — поправила она, но в голосе смех. Этот голос... Он бывает у неё редко. Она в принципе редко показывает какие либо эмоции кроме раздражения и ненависти. Не знаю, связанно ли это со мной, или же она просто стерва. Склоняюсь больше ко второму. Аделина та еще стерва. И именно это в ней мне всегда нравилось, она огонь, пожар который невозможно потушить… Я смотрел, как он рассказывает очередную историю, про то, как перепутал заказчика с жертвой, про цветы, про дурацкое свидание, которое чуть не стоило ему жизни. Он жестикулировал, хохотал, хлопал себя по коленям, и она... она ловила каждое его слово. Кивала и смеялась. Смотрела в эти его синие глаза, как заворожённая. — …и тут этот мужик говорит: «Сынок, ты цветы-то зачем принёс? Я тебя нанимал не романтику крутить, а человека убрать!» — Азриэль заливается смехом. — А я стою с этими розами, как последний идиот, и думаю: блин, ну хоть не вручил же! Аделина смеётся в голос. Так звонко и мелодично, клянусь, ни разу в жизни не слышал такой ее смех. Обычно он был или победным, или же просто.. злым и хищным. Она откидывает голову назад, и я вижу линию её шеи, бледную кожу, и мне хочется... Заставить её замолчать. Или заставить смеяться так для меня. — Ты идиот, — выдыхает она, вытирая слезу. — Ты просто последний идиот, Азриэль. — Зато милый и симпатичный. — он снова подмигивает. — Ты же меня любишь? — Как брата, — отрезает она, но я слышу это проклятое тепло. Как брата. У меня нет брата. Но если бы был — я бы, наверное, ненавидел его так же. — Ладно, — Азриэль хлопает ладонями по столу, поднимается. — Погнал я. Германн, не скучай. Ади, я ещё зайду. Ты мне код обещала показать. — Обещала, — кивает она. Он уходит. Я провожаю его до двери, закрываю замок, поворачиваюсь. Она стоит в проходе на кухню. Облокотилась о косяк. Расслабленная, с той улыбкой, которая всё ещё не сошла с губ. — Он прикольный, — говорит она буднично. — С ним легко. И вот тут — щелчок. Я не помню, как преодолел расстояние. Помню только одно: её спина вжимается в стену коридора, моя ладонь ложится на её затылок, прижимая, фиксируя. Она не сопротивляется. Только глаза распахиваются, такие тёмные, бездонные, с хитрой искрой где-то на дне. — С ним легко? — мой голос — ниже некуда. — Повтори. — Легко, — выдыхает она. И улыбается. Зная, что делает. Я прижимаюсь к ней плотнее. Бедро к бедру, грудь к груди. Чувствую, как под футболкой бьётся её сердце, часто, сильно, но не от страха. Она не умеет бояться, совершенно, но как же я мечтаю, что бы она боялась МЕНЯ. Я хочу стать её кошмаром, монстром, а не пёсиком, который путается у нее в ногах. — А со мной? Она молчит. Смотрит в глаза. Дразнит. Я наклоняюсь к её уху. Губами провожу по мочке, по шее, по тому месту, где пульс сходит с ума. — Я спросил: со мной легко, Ади? — Ты... — голос чуть сел. Она сглатывает. — Ты по-другому. — Как?

знаю что пропала, но я пришла не с пустыми руками.🗡 Выставлю через часик вам часть истории, и буду уже постепенно возвращаться на канал. Я скучала, правда. 🗡

я ценю каждого и каждую, кто есть на этом канале. Честно, когда только начинала это все дело, не думала что дойду банально до тысячи, думала что брошу все на пол пути, но вот, я тут, и с каждым днем вас все больше.🥹 вы — моя мотивация и главная поддержка, я вас безумно люблю. спасибо вам за 2к.❤

я вас услышала.😄 сегодня обязательно напишу вам представь.🤩

🤩🤩🤩 🤩 🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩 🤩 🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩 🌟Решила порадовать вас чем-то, пока пишу вам историю! История будет совсем скоро, а пока, можете побыть «сталкером» и поглядеть что в сумочке у нашей чудесной Волковой. 🤩 Если вам зайдет подобное, могу еще и с Германном сделать, ну это так, по секрету!

Его рука, та, что не сжимала стебли роз, медленно поднялась. Большой палец, теплый и немного шершавый, аккуратно, с невероятной бережностью провел по моей щеке, сгоняя слезы. В его взгляде не было привычной отстраненности или раздражения от моего присутствия, было пристальное, почти изумленное внимание, будто он впервые рассматривал что-то бесценное. И тогда он сделал это. Не думая, будто действие вырвалось из какого-то глубинного, долго сдерживаемого порыва. Он наклонился и коснулся моих губ своими. Это не был поцелуй из тех, что я видела в кино или представляла в мечтах. Он был… тихим. Мягким. Чувственным. Не требующим. Говорящим на языке, которого мы оба не знали, но который наше тела понимали с первого слова. В нем не было страсти, была нежность, которая обожгла сильнее любого пламени. Дрожь признания. Обещание. И в этот миг все щелкнуло. Все обрело чудовищную, ослепительную ясность. Это. Вот это. Тепло другого человека. Его дыхание, смешанное с моим. Его сердцебиение, которое я чувствовала через свитер. Неуверенное прикосновение, которое искало способ не оттолкнуть, а приблизить. Это был не просто поцелуй. Это было признание. Признание в том, что я не декорация. Не статусный атрибут. Не красивая картинка для отчетов. Я человек. Девушка. Женщина, на которой он женился когда-то по холодному расчету и которую только сейчас, в предрассветной тишине, увидел по-настоящему. Он показал мне, что я ему нужна. И осознание этой простой, невероятной истины растаяло где-то глубоко внутри, растопив ту вечную мерзлоту одиночества, смывая ее потоком новых, чистых, незнакомых слез. Я отвечала на его поцелуй, уже не думая, просто чувствуя, и впервые за долгие-долгие годы не чувствуя себя призраком в собственном доме. 🤩🤩🤩🫥🤩🤩🤩

🤩🤩🤩🔠 фиктивный брак ( part 2/2 ) 🤩🤩🤩🤩🤩: With love, Kotova. 🌸 ..Холодный сатин скользнул с меня, как вторая кожа. Пол под босыми ногами был ледяным. Я подошла к двери, и рука сама потянулась к холодной латунной ручке. Пауза. Глубокий, прерывистый вдох. Я открыла дверь. Не широко,лишь настолько, чтобы увидеть его. Он стоял в темном коридоре, а лунный свет лучами падал на его лицо, тело. Его обычно идеально уложенные волосы были в беспорядке, в его опущенных руках дрожал букет, нежные, белые, полураспустившиеся розы, такие хрупкие в его руке, привыкшей держать только документы или руль своего автомобиля. Он казался… меньше. Подавленным. Сломленным. И таким невероятно уязвимым. Его взгляд поднялся на меня. И в тот миг, что-то в его маске, этой вечной, спокойной, непроницаемой маске треснуло. Не резко, а медленно, как лед на озере под первым весенним лучом. Уголки его губ дрогнули, и на его лице, обычно лишенном эмоций, расцвела неуверенная, почти робкая улыбка. Она была не для показухи, не для сделки. Она была… настоящей. — Прости за сказанное, пташка, — его голос был хриплым от усталости или от волнения. — Я… не хотел обидеть, просто… Он замолчал, словно слова, к которым он так тщательно подбирал всю жизнь, вдруг закончились. Он сделал шаг вперед, и я не отпрянула, хотя желание сделать это присутствовало. Мне все еще было обидно и больно. Он обнял меня, осторожно, почти боясь прикоснуться, и в его объятиях не было привычной формальности. Была дрожь. И запах ночи, и холодка с улицы, и едва уловимый аромат тех белых роз, зажатых в его руке сзади меня. Его губы коснулись моей шеи, и он прошептал так тихо, что это было больше похоже на дуновение, на исповедь, вырванную из самой глубины. — …просто толком не знаю, как вести себя рядом с человеком, который мне настолько нравится, понимаешь? Весь мир — этот огромный, холодный, идеальный коттедж, год молчаливых обедов, ночи в пустой постели рухнул, закружился и застыл на месте в этой одной фразе. Шок был таким полным, таким абсолютным, что я не смогла ни вдохнуть, ни выдохнуть. Я просто стояла, застыв в его осторожных объятиях, чувствуя, как по щеке скатывается горячая, неконтролируемая слеза. Мгновение висело между нами, хрупкое и невесомое. Мой разум был пуст, оглушен шоком, но тело... тело помнило все. Помнило ту самую, запретную надежду, которую я хоронила так долго. И мои руки поднялись сами. Сначала неуверенно, потом крепче, обвивая его спину, цепляясь за мягкую ткань его свитера, как за якорь в этом внезапно перевернувшемся мире. Я чувствовала, как он вздрогнул от этого прикосновения, как замер, а потом... расслабился. И на его лице расцвела улыбка, уже не робкая, а широкая, настоящая, с морщинками у глаз, которые я видела впервые. В ней была такая облегченная радость, что у меня снова потемнело в глазах.

45 «✅» и я пишу вам ооочень милое продолжение этой небольшой истории. 🤩 этот формат мне очень нравится, надеюсь, вам также! 🤩

И самое ужасное, что никто, абсолютно никто, не видит, что клетка вообще существует. Со стороны это выглядит как сказка. А я сижу в её центре, в своём роскошном небытии, и чувствую, как медленно, день за днём, превращаюсь в ещё один прекрасный, безмолвный предмет интерьера. Который очень хочет разбиться, лишь бы услышать хоть какой-то звук. Я ложусь на свою половину кровати. Она огромная, широкая, как целое поле. Итальянский бельевой сатин холоден, как поверхность озера в лунную ночь. Я тону в подушках, но не нахожу покоя. Вес одеяла, дорогого, лёгкого, давит не уютной тяжестью, а пустотой. Я лежу на спине и смотрю в темноту потолка, где невидимые стереоскопы чертят несуществующие созвездия. Сон приходит урывками, поверхностный и чуткий. Я сплю и одновременно не сплю, будто парю над этим телом, закутанным в шёлк и одиночество. В снах нет сюжетов, только ощущения: чья-то рука, которая почти касается моей, тепло, которое вот-вот станет реальным, но растворяется, стоило мне потянуться к нему. А потом стук. Не резкий, не настойчивый. Скорее… робкий. Чёткий, деревянный звук, раздающийся в гулкой тишине предрассветного часа. Один раз. Два. Сердце замирает, а потом начинает биться где-то в висках, громко, нелепо громко в этой беззвучной спальне. Я не дышу. Мысли мчатся, спотыкаясь: кто? Он? Я не двигаюсь. Призрачное эхо стука ещё висит в воздухе. А после еще один стук, уже настойчивее, куда громче… И я встаю с кровати, дабы открыть дверь… 🤩🤩🫥🤩🤩🫥 🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩

🤩🤩🤩🔠 фиктивный брак ( part 1/? ) 🤩🤩🤩🤩🤩: With love, Kotova. 🔠🔠🔠 🔠🔠🔠🔠🔠🔠🔠 🔠🔠🔠🔠 🔤🔤🔤🔤🔤🔤🔤🤩 🔤ermann — Надеюсь, моя пташка успела обустроиться в новом доме. 🔤ddie — Не то что бы… Тут слишком одиноко. — Когда вы вернетесь? 🔤ermann — Не скоро, Аделина. Что-то срочное? 🔤ddie — После нашей свадьбы ты.. точнее, вы, так и не появлялись дома. 🔤ermann — Не вижу необходимости. Наша свадьба — обычная игра, и хороший ход для моей компании. — Не воспринимай меня как своего мужа, не строй ложных надежд. — У тебя своя жизнь, а у меня своя. 🔤ddie — Вот как… Но при этом я не могу заводить какие либо отношения, но и от вас ничего не дождусь. Какой смысл? 🔤ermann — Давай без этих глупых вопросов, пташка. — Я плачу тебе достаточно, дабы ты молчала и сохраняла мою репутацию на людях, так что будь добра, делай то, что тебе сказано. 🗡️ Это сообщение так и подсказывало о том, что это конец диалога, и на большее надеятся не стоит. Снова эта тишина. Она не просто отсутствие звука — она материальна. Она заполняет собой каждый угол этого огромного, безупречного пространства, давит на виски, виснет в воздухе между дорогой вазой «ар-деко» и панорамным окном, в котором отражаюсь я — девушка, чей образ вылизан до идеала. Ради него. Я сижу на подоконнике, холодный мрамор льётся сквозь тонкий шёлк пижамы. Обнимаю колени, стараюсь стать меньше, компактнее, чтобы не расплескаться по этим бесконечным квадратным метрам. Всё здесь кричит о достатке, безупречный паркет, дизайнерский светильник, мягкий ковёр, в котором тонет нога. Всё, кроме меня. Я здесь тихий диссонанс. Из окна виден сад. Его тоже кто-то идеально спланировал. Каждый куст знает своё место. Как и я. Моё место быть фоном, красивой деталью интерьера, которую демонстрируют на редких приёмах. «Моя любимая жена», — говорит он, и в этих словах нет ни капли тепла, только констатация факта, как «мой кабинет» или «мой автомобиль». Его взгляд скользит по мне, как по той самой вазе, видит форму, стоимость, но не замечает трещины, которая ползёт где-то внутри, почти невидимо. Я прижимаю лоб к холодному стеклу. За окном цветет жизнь. Там парочка идёт по улице, смеётся, их пальцы сплетены. У неё растрёпанные волосы, у него потрёпанная куртка. Они не знают, что такое кашемир за пять тысяч долларов. Но они знают, что такое прикосновение, которое ищет повод не отстраниться, а приблизиться. Знают, как это, сказать «любимый» и не чувствовать привкуса лжи на языке. Здесь тепло, идеальная температура поддерживается умным домом. Но меня бьёт мелкая дрожь. Я укутана в невесомую, нежнейшую шерсть, а внутри вечная мерзлота одиночества. Оно не кричит. Оно шепчет. Шепчет по ночам, когда слышно, как в трёх комнатах отсюда хлопает дверь его кабинета. Шепчет за завтраком, когда мы обмениваемся парой необходимых фраз о расписании. Шепчет сейчас, пока я смотрю, как в огромной пустой гостиной гаснет свет по таймеру, погружая всё в мягкий полумрак. Я призрак в собственном доме. Женщина в золотой клетке, где даже решётки сделаны из хрусталя и позолоты, чтобы не портить вид.

реакции приветствуются, к слову. 🤩 вам не сложно, а мне приятно получать фидбэк от вас, что б я знала стоит ли дальше делать что-то подобное.🫶

🤩🤩🤩 🤩🤩🤩🤩🤩 🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩 🤩🤩🤩🤩 🔤🔤🔤🔤🔤🌹 🌸А я уж то думал что этот день пройдет спокойно. Аделина не тот человек что пишет без повода. Обычно, пишет она только по двум причинам: Причина первая — ей стало скучно, и некие извилины в ее мозгах подсказали ей о том, что у нее все еще имеется парень, и его нужно срочно вывести из себя. Причина вторая — что-то и вправду случилось, и ей срочно нужна помощь. Обычно она у меня девочка самостоятельная, и помощи не попросит даже под дулом пистолета, однако, каждый раз видя сообщение от нее, мне искренне хочется надеятся что это все таки второй вариант, а не первый. Вздыхая, я откладываю бумаги, которые монотонно разбирал последние два часа, и беру в руки телефон, открывая наш с ней чат. 🔤ddie. — Посмотрии! Красивое фото? 🔤ermann. — К чему это? 🔤ddie. — Да так… Хочу в инстаграм закинуть. — Хотела услышать твое мнение, но, полагаю, оно мне уже не нужно. 🔤ermann. — Ты серьезно? Это выставить? — Совсем голову потеряла, Аделина. 🔤ddie. — Почему же? Красивое фото, не понимаю что тебе не нравится. 🔤ermann. — Ты это не выставишь. 🔤ddie. — О, не сомневайся, милый, еще как выставлю! И парочку других фото тоже. — Раз уж мой мужчина не может уделить внимание, так пусть это делают другие. 🔤ermann. — Волкова, прекращай действовать мне на нервы. Мое слово — окончательное, и ты это не выставишь. 🔤ddie. — Твое слово что? Не смеши меня, милый. Да и уже поздно, буквально только что выставила… 🔤ermann. — Клянусь, я приеду домой, и швырну твой телефон в стену, перед этим обязательно удалив все твои аккаунты в соц сетях. 🔤ddie. — А вот это уже порча чужого имущества! Ай ай ай. 🔤ermann. — Удали. По хорошему. New reaction « 👍 » — Ты знаешь что я не шучу. New reaction « 👍 » — Чертовка ты маленькая, выедаешь мне мозги чайной ложечкой. — У нас будет очень веселый разговор сегодня, по поводу твоего поведения. 🔤ddie. — Обязательнооо. 🌸Эта девица… Рано или поздно она сведет меня в могилу своим отвратным поведением, и я точно уверен, что плакать над моей погибелью она будет недолго. Все таки, возможно это то, чего она и добивается. Никогда не знаешь что в голове у такой, казалось бы, милой дамочки. Ну, что же, обещание есть обещание, и я словами не разбрасываюсь, так что отложив бумаги в дальний ящик, я надел пальто, закрыл кабинет, и направился в родной дом, где эта дикая кошка явно радовалась тому, что снова смогла вывести меня на эмоции. Ничего, Аделина, подожди чуть, и мы вместе посмотрим на то, кто будет смеяться последним.

доброе утроооо. 🤩 а я к вам не с пустыми руками!