Пассажи

Тристан Гарсия. Интенсивная жизнь. С эпохального выступления «Метод драматизации», пожалуй, наиболее интенсивного события в западной континентальной философии, прошло более полувека. Великий мыслитель, прочитавший этот доклад, не только сумел заразить целое поколение мыслителей желанием «всё истолковывать в качестве интенсивностей», но и учредил определённый идеал мышления. Мышления, наполненного жизнью и наэлектризованного практически так же, как наш организм в момент прилива адреналина. Вопреки своему восхищению образом или типажом шизофреника, Жиль Делёз оставил нам в наследство не только тягу к поиску schiz’ов или линий разломов нашего бытия, но виталистское предписание соединить Мышление и Жизнь. Эта философия различия вдохновила целое поколение молодых людей, в которых горело желание революционизировать себя и превратить мысль не столько в инструмент описания, предназначенный для калькирования предшествующей раз и навсегда затвердевшей действительности, сколько в искусство творческой «фабрикации» проблем и понятий. Тем не менее век Делёза подошел к концу. Родилось целое поколение мыслителей, которые не сумели повидать Делёза воочию, но столкнулись с множеством эпигонов, которые бесконечно говорят о «потоках», «машинах желания», «сборках» или их соответствующих лексических преемниках — говорят на языке для своих, который давно потерял связь с условиями собственного производства и своим актом высказывания. Кроме того, разве упомянутая терминология не стала обычным брендом или своеобразным «жаргоном интенсивности» уже у позднего Гваттари? Прошлое десятилетие отмечено появлением ряда ключевых философских текстов, очевидно дистанцирующихся как от установки «всё истолковывать в качестве интенсивностей», так и от стиля философствования, напоминающего странную литературу, где рассуждение всякий раз начинается нигде и ведёт примерно никуда (без сомнения нашедшие в Делёзе своё тотемное животное лишь спросят, какие в этом минусы); где видимость интеллектуального флоу, ложно называемого Жизнью, берёт верх над мышлением. В череде текстов, совершающих отход от подобного витализма, размещаются и работы Тристана Гарсии. Интенсивная жизнь, вышедшая спустя 5 лет после программного трактата Гарсии, нередко оценивается — что в особенности касается реакций прессы — как исследование, носящее в большей степени культурологический характер: современный примат интенсивности призывается на помощь, чтобы объяснить избрание Трампа или Brexit (англоязычная пресса) или воспринимается как набросок портрета современного индивида вкупе с доступной генеалогией понятия «интенсивности» (франкоязычная пресса и даже философская рецепция), восходящего к Бозе и его электрическим салонным шоу. Однако рецепция значительно реже привлекает внимание к тому, что гарсиевская концепция «вещи», представленная в «Форме и объекте», переходит и получает непосредственное развитие в «Интенсивной жизни». На протяжении всей «формальной» части Трактат настаивает на довольно простой мысли: вещь не может быть собой или совпасть с собой. В противном случае она банально не существует, а любая фигура, которая тяготеет к такому совпадению - фактически или в теории - просто не существует или способствует собственному уничтожению (Гарсия называет подобные не-вещи «компактными»). Однако, что происходит, когда вещь не сворачивается в клубок на манер абсолюта, субстанции или самосознания, но  подчиняется предписанию заострить свою форму, преобразовать её, в конечном счёте — сделать её более интенсивной? Таким образом, что, если мы подчинимся современному формально-этическому предписанию: «Ещё интенсивнее будь тем, чем ты являешься»? На первый взгляд, этот императив, восходящий к философии Различия, совершенным образом отражает жизнь и полностью расходится с компактной логикой классической философии: отныне самость не сжимается в клубок, отрезая себя от мира, но до предела выдавливается наружу. И всё же не оказывается ли примат интенсивности одним из отражений компактного, а его конечным результатом — уничтожение и Жизни, и Мышления? Приятного чтения (не забываем об интервью).

Ироничное событие недели: приняла решение отменить занятие по французскому, потому что выступаю на конференции в Нанте. Мой преподаватель тем временем выпустил перевод La vie intense Тристана Гарсии. Мы несколько месяцев разбирали оригинал, и благодаря переводческой работе Никиты мне удавалось понимать то, как философская мысль организуется в тексте. У вас теперь тоже есть такая возможность!

Друзья 😭

На моё сегодняшнее заявление о желании переехать в Барселону я получила два гениальных ответа: предложение эмигрировать вместе и замечание, будто город мне не подойдёт, потому что здесь люди по вечерам, видите ли, отдыхают.

Картина маслом в аэропорту у гейта. Время час ночи — с ноутбуками сидят два человека: я и женщина напротив

А вообще, без шуток Проводила Аню💔 Уже пятый год регулярно провожаю мою любимую подружку, которая улетает без обратного билета🥹😭 Ну немного шуток можно, зацените задний план на нашем бириле - у мужчин чилл зона просто😁

Новая любимая рубрика Оцениваем, что лучше: Передний или задний план😁

Лучше в целом иметь какой-то план)

Я феминистка, если покорно следую правилам игры в женщину? Если терплю боль на косметологических процедурах, обжигающих лицо и тело? Если поддерживаю образ красивой и ухоженной? Это пример сегодняшнего утра, но подобную проблему подробно обсуждала Рахель Йегги в тексте Alienation 2014-го года. Мы — из разных стран и факультетов, собравшихся на занятиях по философии — читали эту книгу в Эдинбурге в 2023-м. Йегги приводит пример женщины, считающей себя феминисткой, которой нравится жеманничать перед мужчиной. Она хихикает как дурочка и одновременно испытывает отчуждение от самой себя. У меня возникает ощущение, что теперь нужно ещё заслужить признание и легитимность внутри женского сообщества. Доказать, что ты достаточно феминистка, даже когда следуешь правилам игры, которые сама же ставишь под вопрос. Я — субъект рисующий, художествующий, создающий собственные границы в отношениях с другими, пока косметолог оставляет линии на моём лице и теле.

Передо мной в кофейне парень разгадывает кроссворд. В наше время это выглядит стильно — к нему даже подошли сфотографировать экран. Он крутит ноутбук туда-сюда и тем самым дразнит мой интерес, побуждающий оторваться от дел и направить яркий увлеченный взгляд из-под торшера. Разгадывающий обратился к двум подругам, чтобы ты ему помогли. Из последних сил удерживаюсь от того, чтобы не вмешаться и не подсказать им сразу все ответы. А то прошло уже несколько минут, а они всё ещё думают...

Могу вас вызволить из офиса в любое время

Как меня можно выманить на улицу за секунду😁

Посоветуйте лучшего оператора сотовой связи! Меняю номер телефона...

Несколько лет назад я перестала слушать Прокофьева, узнав историю его отношения к первой жене. С тех пор всякий раз, когда стриминговые платформы подсовывали мне его музыку, я бурно пролистывала, едва узнав композитора. Но сегодня зазвучал его Этюд № 1 ре минор, и мои уши словно прикипели к музыке, покорно продолжая слушать. Если однажды выяснится, что в чём-то провинились ещё и Бах, Рахманинов или Малер, особенно учитывая, с каким усердием в последние годы левые музыковеды подвергают ревизии музыкальный канон, я за себя не отвечаю. За Онеггера, впрочем, я спокойна: его, к счастью, исследуют недостаточно!

Коллеги, кто может приютить меня в Барселоне 1-2 ноября? 🌼

Коллеги, осталось 1 место на ридинг! В ближайшее время больше не планируется. Кому? 🫦

Сидим с Улечкой, смотрим на балки, величественно приподнимающие подолы зданий над водой, словно края длинных пальто, которые не успели уберечь от дождя. Вспомнила, как в 11-м классе я особенно любила Ле Корбюзье, настолько, что подходила к последнему его архитектурному воплощению — его памятнику — и почтительно обнимала его. Мы по молодости много шутили, что конструктивистские здания с балками приподняты над землёй, чтобы надёжнее хранить там баночки с соленьями, как в советских кладовках. Теперь смотрю на них с нежностью, как и на эти детские шутки тоже. Дождь тем временем омывает московский асфальт, но нам с Улечкой подолы приподнимать не приходится, ведь мы в кофейне

Кэролайн Аббате в знаменитой статье "Music — Drastic or Gnostic?" обращает внимание на напряжение между непосредственным переживанием музыки и её интеллектуальным осмыслением. Она рассказывает, как аккомпанировала певцу во время исполнения арии Идаманта "Non temer, amato bene" из оперы Моцарта "Идоменей". Партия фортепиано требовала значительной концентрации: необходимо было исполнять быстрые пассажи и постоянно следить за темпом певца. Аббате пыталась размышлять о философских и политических смыслах музыки и обнаружила, какими неуместными кажутся подобные вопросы в самом процессе игры. В данном пассаже я не намереваюсь подробно рассуждать об интерпретации, на что направлена критика Аббате. Внимания сейчас заслуживает то, что музыка способна порождать мысли, включая суждения и вопросы, которые необязательно относятся к её предполагаемому содержанию. Недавно готовилась к занятию с ученицей, перечитывала текст и замечала, как много сторонних вопросов у меня возникает по ходу чтения. О тексте также, как и о музыке, можно сказать гораздо больше (количественно и качественно), чем содержится в нём. В последнее время я думаю о том, что связь между произведением и возникающей в ответ мыслью необязательно является отношением перевода. В ином случае, мы должны полагать, что объект возникающей мысли соответствует некоторому внутреннему содержанию произведения, но надеюсь, у читателя уже возник приступ панической атаки от возможности такого полагания. Если давать более серьезное возражение, то гипотеза о наличии такого содержания вызывает сложные методологические трудности — и это сейчас менее интересно, чем нащупать другие отношения. Текст уже существует в языке, тогда как словесное осмысление музыкального опыта предполагает переход между различными способами выражения. Но означает ли это, что мысль, возникающая при чтении, находится в принципиально ином отношении к своему источнику, чем мысль, возникающая при слушании музыки?

Я всех благодарю! Ваши слова поддержки для меня очень много значат. Провела за один день 3 пары и возвращаюсь в соответствующий рабочий ритм. Сейчас я живу работой, меньше пишу и больше делаю. Зато с ученицами читаем и редактируем тексты — это приносит обоюдное удовольствие. Всё ещё осталась пара мест на ридинг по Адорно. Информация выше. Также набираю людей на занятия и консультации в ноябре и далее 🍎

Узнала, с каким результатом написала диссертацию и окончила Оксфорд — отлично!