Velvet

Summer inspo Коллекция, вдохновленная картинамими Лоуренса Альма-Тадемафа — распад Священной Римской империи, запечатленная красками нега, секунда гибкости. Образы для нежного лета! Не считая перемотанных кистей и голов моделей — очень явно отсылающих к затаившемуся краху… John Galliano S/S 1999🪘🪈

Mood of the Monday..) Сражающий наповал — тотальный Tory Burch на модели. В статье для Ssense, к которой и приурочена съемка, говорят о переиначенной модели балеток Reva:

Если вы увеличите изображение, то заметите, что медальон теперь имеет «вырез» — он демонстрирует пикантную ложбинку между пальцами. И сама кожа туфель — облегающая, маслянисто-мягкая…

А изначально — балетки были вдохновлены мамой Тори — Ривой Робинсон, которая носила похожие резиновые туфли с изящными «cigarette pants», гуляя по саду. И после этого — как-то особенно нежно смотрится примечание от Тори в статье: «Я недавно видела, как студентки надевали свои Reva с толстыми носками». Бренды обретают новую сексуальность — но без недоступной отреченности. Показывают ложбинку между пальцами пальцев — или пушистый ворс носков :) Photos for Ssense by John Yuyi 🥿🪁

Мир! Труд! Moschino! Май! Кажется, хороший поводов вспомнить коллекцию Moschino 2016, где модели прошли самую быструю переквалификацию — в строителей. Декорации — вторили. В отзывах о показе тогда писали: «Так много людей споткнулось, из-за всех этих прочных кабелей на полу по пути к своим местам — что было трудно понять: входило ли это в задуманный сет-дизайн; или кто-то просто забыл о правилах безопасности...». Получается, труд был везде: на платьях, купальниках, сумках; в пространстве декораций — и даже в попытках зрителей наконец-то усесться :) Moschino S/S 2016 🚧🏗️

Съемка с не-вторничным настроением. Скорее ближе к расслабленной пятнице. Модель полностью одета в Dior — но видится не сказочной феей, а задумчивой современной принцессой. В высокой башне за терновыми кустами… К съемке хочется порекомендовать изучить (или вспомнить) творчество художника Хэ Цзяина — там такая же пастельная нежность сквозь мягкие и нечеткие контуры. На его картинах, кстати, девушки — очень часто по-вторничному — заняты :) Yar Aguer by Priscilla Saada for Homme Girl volume 13 — and He Jiaying’s painting «The Ballet» (2006) 🏺🐚

Желание поиска необычных съемок — обычно утихает ближе к лету. Чем скорее тепло — тем сильнее хочется примерно вот так, в одиночку — остаться на курортном острове. Кампейн для Moda Operandi снимали в Сорренто — на Амальфитанском побережье и в отеле Excelsior Vittoria. Говоря о Сорренто — у Нормана Дугласа есть путеводные заметки «Siren Land», где он попеременно называет остров — или островом сирен, или островом Цирцеи. Нравится думать, что модель, эта мифическая одиночка — и правда родом из мифов. Тоскливая сирена или хитрая печальная колдунья. И совсем одна — в Missoni, Rodarte и Oscar de la Renta… И даже ясный пейзаж вокруг — немного загрустил.

В старину — пение панихид было обязанностью сирен. Их изображали на погребальных атрибутах. Например, в Сорренто было обнаружены вазы с рисунками сирен — простые и, скорее всего, принадлежащие к нижним классам. На вазах из Сорренто, кроме сирен, было простое — «Прощай».

Vakare Steputyte for Moda Operandi by Diane Betties🖼️🌸

Публикация сделана по велению сердца — третий снимок первостепенно увиделся пасхальными яйцами, разукрашенными пастельными красками. И хоть ничего прямолинейного к этому празднику в съемке нет; и Blumarine слишком для этого игрив и откровенен… Чувствуется что-то светлое и хорошее, когда смотришь на фотографии. У Кэрролла есть замечательное и подходящее пасхальное эссе — очень земное, обходящее всю чудесатость «Алисы»:

Неужели ты думаешь, что Ему приятно видеть только людей, стоящих на коленах, и слышать одни лишь молитвы? Что Он не радуется, когда видит ещё и ягнят, веселящихся под солнцем, слышит звонкие голоса детей, играющих в сене? Нет, их невинный смех так же сладок его слуху, как торжественный гимн, возносимый в величественном соборе. И если своими книгами для детей я пополнил запас невинного и здорового веселья, то я могу, несомненно, надеяться: когда придёт мой черёд пройти долиной теней, я буду думать об этом без всякого стыда и сожаления. Льюис Кэрролл «Пасхальное послание всем детям, любящим „Алису”» (1876)

Значит, и эта съемка Blumarine, наверное — не так далека от благости праздника. Она видится — так же нежно :) Blumarine FW 1999 by Tim Walker 👰🥚

Публикация сделана по велению сердца — третий снимок первостепенно увиделся пасхальными яйцами, разукрашенными пастельными красками. И хоть ничего прямолинейного к этому празднику в съемке нет; и Blumarine слишком для этого игрив и откровенен… Чувствуется что-то светлое и хорошее, когда смотришь на фотографии. У Кэролла есть замечательное и подходящее пасхальное эссе — очень земное, обходящее всю чудесатость «Алисы»:

Неужели ты думаешь, что Ему приятно видеть только людей, стоящих на коленах, и слышать одни лишь молитвы? Что Он не радуется, когда видит ещё и ягнят, веселящихся под солнцем, слышит звонкие голоса детей, играющих в сене? Нет, их невинный смех так же сладок его слуху, как торжественный гимн, возносимый в величественном соборе. И если своими книгами для детей я пополнил запас невинного и здорового веселья, то я могу, несомненно, надеяться: когда придёт мой черёд пройти долиной теней, я буду думать об этом без всякого стыда и сожаления. Льюис Кэрролл «Пасхальное послание всем детям, любящим „Алису”» (1876)

Значит, и эта съемка Blumarine, наверное — не так далека от благости праздника. Она видится — так же нежно :) Blumarine FW 1999 by Tim Walker 👰🥚

Ола Риндал — норвежский фотограф, который сделал съемку для Crosscurrent. Сделал кукольный театр за тонким тюлем — видим куколок, которые тренируют движения. Гнутся, не сгибая ног, в платье JW Anderson; с прямой спиной стоят в Issey Miyake; надевают на себя неровные строчки органзы от Alainpaul… Ола снимал многие бренды для многих журналов — например, кутюрную коллекцию Balenciaga A/W 2021 для AnOther. Фото были сделаны сквозь заблюренное стекло автобусной остановки — сквозь это же стекло Ола репортажно сфотографировал маленькую девочку в желтой ветровке. Понравилась такая неожиданная параллельность — стекло остановки вообще мелькает на многих fashion-снимках фотографа. Как-то от этого очень нежно — такая тонкая и аккуратная незатейливость и к брендам, и к жизни. По-норвежски, наверное. Ola Rindal for Crosscurrent magazine 2025 👰🐚

Современная Юдифь — думается, когда смотришь на съемку Лоли Баии для POP magazine. Только вместо головы Олоферна — мини-платье от Hodakova; вместо фероньерки — диадема от Ann Demeulemeester; а вместо бравой кольчуги — топ от Armani и бронзовые цепи от Miu Miu. Воинственность взгляда — сохранена. Меч — сохранен тоже. Loli Bahia for POP mag by Oliver Hadlee Pearch and Jules-Joseph Lefebvre’s painting «Judith» (1892)🤍🫖

Когда все шапки и свитера убраны — а за окном… В коллекции S/S 2003 Рей Кавакубо — почти не использовала сторонние аксессуары. Все слои шли из удлиненных (на, примерно, метр) деталей пиджаков, юбок и топов. Волосы — согревали моделям шеи и ушки. Кажется, отлично для текущей весны — не пришлось бы долго раздеваться в помещениях и терять шарфы в сумках. Все — на одном удобно месте. Все — на нас :) Commes des Garçons collection «Extreme Embellishment» S/S 2003🧡

I have too much love… for my bags! Много сумок на хорошем незатейливом бэкграунде. А на втором снимке — модель уложила локти на чемоданчик от LV S/S 2025 с иллюстрацией Лорана Грассо из серии «Studies Into the Past» (2009). Иллюстрация напоминает и Брейгеля, и Босха, и Боттичелли — в этом проекте художник хотел запутать; подарить зрителям «ложную историческую память» — чтобы в будущем — было невозможно определить период создания работ. Кажется, очень милым, что для чемоданчика не выбрали легко-опознаваемых брендовых сумочных-соседок. Может, через сто лет, когда этот снимок найдется-сохранится — первым впечатлением — кто-то на секунду подумает о XVI веке. А потом опомнится — ну, или увидит другие фото с сумками S/S 2025: с клеткой-сундуком Chanel, с кварцевой Coperni, с плетено-каркасной Bottega. И никаких иллюзий — не останется :) Harper’s Bazaar France April by Sebastian Lager 🧳

День покрыт влажностью и туманом. Все нечеткое — и пластиковая страничка паспорта запотевает и высыхает капельками. Рукавом тренча от Burberry протираю ее — пока пришитый к воротничку хлопковый шарф — не намочился. Я завяжу его у шеи. Мне не хочется — обдавать промокшей тканью щеки. В Риме не то чтобы холодно — но снимать аутдор теплого верха в Риме — нам не хочется. Складки на твоем белесом плаще от Lemaire — похожи на деления минут. Ускорителем времени твоих тканых заломов — мы проходим неудалимые точки всех путешествий. Перелет не подарил усталости — нас гонит прочь из номера. Подоконники в нем низкие, извилистые, лаковые — не опирающиеся, открывающие полностью виды. Если вытянуться из окна и повернуть голову — можно рассмотреть зелень Виллы Боргезе. Подоконники в нашем номере — совсем не хотят нас задерживать. Но неудалимые точки всех путешествий — отняли часы. Вечер в Риме начинает темнеть. Темнеет зелень Виллы Боргезе в глубине цвета. Я меняю свой тренч — его пуговицы заканчиваются под грудью. Ветер раздувает его полы — холодит живот. Ты меняешь свой белесый плащ — его складочки-минуты — больше некстати. На прогулке — мы не нуждаемся в ускорителях времени. Вечер темнеет — и мы заматываемся в темноту. Если идти медленно и отдавать дань светофорам — через сорок три минуты — мы дойдем до Палаццо Барберини. Я заматываюсь в тонкость короткого ржавого пальто. Max Mara пишут — что он из шерсти верблюда. В Риме, может только и лошади фонтана Треви, и может — верблюдам было бы одиноко. Но я надеваю на ноги широкие копытца — точно верблюжьи. С выбивающейся потертой медью на коже. А в Палаццо Барберини показывают Караваджо — в Палаццо Барберини — тоже тьма и закопченные цвета. Отель позади — на двадцать две минуты. На Миньянелли, у бутика Rimowa, вспоминая о багажной тяжести, хоть и в отрыве от нее сейчас — моя темная сумка переходит на твое плечо. Сумка замотанна в свои замшевые ремешки, повторяющая за моим замотанным пальто. Тебе замотанности и фонарной темноты — не хватает. Ровно до двадцать второй минуты прогулки. Вечер начинает темнеть. И вечер наверняка темнеет точно сильнее — когда мы смотрим на бурые стены в Палаццо Барберини. Мы возвращаемся. Ускоряем время снова — парнокопытными, облегченными настроениями. В отеле нас ждет мой тренч от Burberry; ждет твой помятый плащ от Lemaire, который напоминает о странном времени своими складками-минутами; и по всему номеру — нас ждут темные фрески Палаццо Каппони и погребенные в свете картины Паладино. И в холле — журчит крошка-водопад. И если прислушаться — непришпоренные ржавые туфли — что-то фырчат. Почему-то по-верблюжьи — весной, в Риме. april days and clothes essay: @monday for @velvet

I had a flashback of something that never existed Напечатано на одной тканой страничке мягкой книги Луизы Буржуа. На фотографиях выше: пара разворотов из нее — и коллекция Sandro, вдохновленная работами хужожницы. Хоть и главными референсами послужили известные громадные скульптуры пауков — креативный директор Эвелин Четрайт обратила внимание и на текстильную книжку Луизы — под названием «Ode à L’oubli». В переводе, конечно, — не нуждающейся. Иллюстрации на разворотах — собраны из постельного белья и одежды членов семьи художницы. Когда интервьюер задает Эвелин вопрос о балансе между нежным визуальным языком Sandro и яростным Луизы — как будто бы ответ и так ясен. У Луизы — нежность внутренняя, ткаными поношенными лоскутками и жесткими сюжетами печальной, но семейной истории. А у Sandro — шелк, лен, и теплая легкость — но в окружении чернильной геометрии; заброшенного неживого интерьера и закрытой простынями мебели. «И всё-таки, временами, мотивы Буржуа — больше напоминали летние зонтики, чем паутину…», — говорит Эвелин. Sandro S/S 2025 for Schön! Magazine 🫐

Съемка для журнала Marfa — на фоне миланского Piero e Pia и внутри миланского Piero e Pia :) Ресторан семейный, начавшийся с двух молодых людей — Пьеро и Пии. Сейчас там работают их дети. Съемка вышла розовой, почти в архетипных цветах ресторана. На стенах там висят репродукции картин Андреаса Шульца — а еще cтилистка Эмили Карех подписала, что один из гостей, часто обедавший в Piero e Pia — пожертвовал часть своих работ ресторану. Вот такая нежность и традиционность — одежду на модели тоже легко соотнести по брендам. Традиционно телесные оборки юбки от Alaïa, интеллигентно застегнуто-расстегнутый тренч от Prada, и прозрачная блузка от Saint Laurent. Полежать на столе — тоже относится к чему-то традиционному, домашнему :) Marfa №23 by Alexandra Gordienko 🖼️

If you want to be a Schiele’s girl — wear Proenza Schouler «Быть», конечно, настроенчески — и только. Несмотря на очень грустные судьбы муз художника — визуальный образ женщины в картинах Шиле — чувственный и открытый. И Proenza Schouler сняли красиво, текстурно — пошили платья с мягкими корсетами; с сильно-открытой спиной без вырезов — и можно не спускать скромные лямки для откровенности. Так стоит одеться в нежную акварельную Вену. Тем более там, с 28-го марта в Музее Леопольда — начинается выставка, посвященная последним годам Эгона Шиле. И на самом деле — совершенно не важно в чем исследовать его работы: их ценности не убавят декорации. Но одеться в новую коллекцию Proenza для этого — кажется, как-то — очень нежно. Proenza Schouler S/S 2025; paintings by Egon Schiele: «Reclining Model in Chemise and Stockings» (1917); «Standing Girl in a Blue Dress and Green Stockings» (1913); «Seated Woman in Underwear» (1917) 🐚 🏺

Весенне-пятничный и сонно-свежий mood. Кутаем сумки в дождевики, потому что кое-где еще идет дождь. Читаем размышления Дерека Джармена о цвете. Подкрашиваем тяжелые затмения — как можем.

Другие цвета меняются. Трава уже не такая зеленая, как в дни моей юности. Нет больше той голубизны итальянского неба. Они переменчивы. Но красный – постоянен. Красный – это остановка в эволюции цвета. Красный редко встречается в пейзаже. Его сила – в его отсутствии. Лишь мгновение в экстатическом закате, огромный шар солнца опускается за горизонт... и затем уходит. Я закрываю глаза и вижу Красную Шапочку в темном лесу. Яркий красный плащ в сгущающемся сумраке. Волк с красными глазами лижет алые куски мяса. Дерек Джармен «Хрома»

Hermès items for Vogue Japan 2001 by John Clang 🖼️

Paloma Wool снова сделали очень красиво — а мы упустили. Показ прошел в библиотеке лицея Генриха IV. В видео-анонсе коллекции — модели читали книги, взятые с полок. Читали вслух, на разных языках. А арт-директор показа — в запрещенной сети прикрепила к материалу отрывок из эссе Урсулы Ле Гуин — об исследовании написания романа.

Я зашла так далеко, что могу сказать — единственная, правильная и уместная форма для романа — это форма сумки. Книга содержит слова. Слова содержат вещи. Они несут в себе смысл. Роман — это аптечка, где лежит только необходимое, где вещи находятся в особо-сильном взаимодействии друг с другом — и с нами. Ursula K. Le Guin «The Carrier Bag Theory of Fiction» (1986)

Коллекция, видимо, о словах, связях, рассказе. Чтении — кажется. Пышная мягкая юбка позволит просидеть на жестких стульях библиотеки — очень долго. Высокие сапоги-трубы, запрятавшие низ вырезов юбки, и зауженные резинками брюки — помогут не споткнуться, если идти погруженной в чтение, не глядя на окружающий мир. А в ленты топа — мы бы положили книги. И никаких сумок. Все важное — уже на страницах. Paloma Wool AW 2025 🦢🐚

Конная прогулка в кружевах — на Ann Demeulemeester. Туман за моделями — бьет светом лампочек. Посмотреть за — предугадать и подсмотреть — невозможно. Выхватываем по одному всаднику в моменте. Они в рваной шерсти — они протаскиваются по полу оборками. На их riding boots — виднеются металлические стремена. Пришитые-приклеенные. Однажды в Tate — мы видели рисунки Элизабет Фринк. Неровные отпечатки розовых и рыжих лошадок — и почти обнаженные наездники рядом. Сексуальность терялась в смазанной графике — мы спутались в настроении рисунков… А может, на Ann Demeulemeester — и не наездники вовсе? Герои «Элегии» Томаса Грэя — в траурном романтизме. И под их сапогами и платьями — не песочная насыпь ковра. Под моими пальцами — мягкая ручка кожистости сумки. Ручка — похожа на поводья, если не смотреть на нее. Ручка ребристая — и если Ann Demeulemeester и правда напоминает «Элегию» — то ручка сумки — навевает мысли о хлысте. Продолжая оплаканную боль — но на Ann Demeulemeester все же — жизнь. Атласная зелень — и подубитая травяная кожа. Галоп сквозь длинные рукава рубашек, падение на избеганый газон. Его отпечатки на юбке. На Ann Demeulemeester — лошадей больше, чем на Hermès. Путанных с изяществом воронов — разнузданных ковбойских шляп на Ann Demeulemeester — больше. Конная прогулка в кружевах на Ann Demeulemeester — таким будет наше свидание. Избыточно много любви в космичной черноте бохо и книжных воронах По на футболках. И модели путаются оборками и лентами — с лошадиной гривой. Марают воланы рукавов — очищая копытца, прилаживая подковы. Обретая силу. На Ann Demeulemeester — мне хочется залезть в седло в платье и разорвать шерстяные гольфы. Может ты — согласишься на килт. И мы поедем кататься на лошадях. После Ann Demeulemeester. Когда цепочка всадников исчезнет в тумане — со всеми воронами, их отпечатками, недошнурованными сапогами и падающими лентами. Ковбоям на Ann Demeulemeester — тоже нужно перевести дух. А мы с тобой — уходим. И мечтаем — о их лошадях. march days and ann demeulemeester show: @monday for @velvet

Dame Elisabeth Frink’s series «Man and Horse» (1971) Thoughts about Ann Demeulemeester FW 2025 show 🐎💅