Образ будущего

15 июля это день ухода в иной мир Антона Чехова. В возрасте 44 лет, находясь в Германии, он умер, бедняга, отвернувшись к стенке и произнеся по-немецки "я умираю". Перед этим попросил бокал шампанского. Жаль, что не позвал священника со Святыми Дарами. Это культовая фигура. Говорят, никого так массово не ставят на сценах мира, как этого умного человека с грустным взглядом на привычных фотографиях. При этом, я уверен, режиссеры и актеры, которым Чехов дает хлеб, и которые нещадно терзают на разные лады его "Чайку" с "Дядей Ваней", о Чехове не молятся. Он для них просто "умер", и они просто активно роются в оставленных им текстах. Как пел один иноагент: "в этом есть что-то не то" При уходе в другой мир человека встречает, радикально не похожая на земной мир, новая реальность. Величие и успешность в этом мире могут подтвердиться в том, а могут и смениться на свою противоположность. Об этом читаем в притче Господа Иисуса о богаче и Лазаре. Появляется огонь, мука для одних, и сладкое упокоение для других. Отдохновение на лоне Авраама появляется. То самое, о котором писал покойник и жаждал которого, говоря "мы отдохнем, отдохнем, мы увидим небо в алмазах". Увидал он небо в алмазах, приобщился к заслуженному отдыху, или наоборот встретил грозную и новую реальность, это самый главный вопрос о человеке. Влпрос этот должен покоя не давать театральной братии, которая, повторюсь, кормится Чеховым так же, как математики кормятся Эйлером, а филологи - Пушкиным. Как-то Михалков поведал в документальном фильме о том, что снимал биографический фильм о Чехове, и фильм не удался. Провалился. Словно кто-то (может сам Чехов) наложил вето на эту работу. И она не родилась. В творчестве всегда нужно что-то Сверху, кроме денег и таланта, чтобы работа состоялась. И вот я думаю: почему они, если уж так любят Чеховские работы, не молятся о нем? Ответ, конечно, очевиден. Веры нет. Тут даже большевик не виноват. И до Революции у творческих мечтателей и самохвалов Веры уже не было, или почти не было. А если бы была? Может Чехов сам (!) подсказывал бы режиссерам, на какие нюансы стоит обратить внимание, что он имел в виду здесь, а что - здесь. Что он высказал прямо, а о чем думал, но умолчал. Это даже с творческой точки зрения - великое открытие. И это вполне возможно, если душа к душе через молитву прикоснется. Но, скорее всего, Чехов бы сказал нечто отличное от авторских ремарок. Возможно он сказал бы: Бросьте вы это все. С точки зрения грозной Вечности это баловство сплошное. Покайтесь лучше, пока не поздно. А мне теперь только молитва нужна, потому лично я свои "косяки" уже исправлять не могу. Да мало ли что сказал бы Антон Павлович, если бы знающие наизусть его тексты люди не относились к нему только как трупу, завещавшему нам свои исписанные бумаги. Ведь он и не труп совсем, а живая душа, быть может тяготящаяся пустой известностью и жаждущая утешения от Бога. Это универсальный подход, работающий всюду, а не только на Чеховском примере. Изучение наследия философов, писателей, драматургов, это не прогулка по кладбищу, а диалог с живыми людьми. И именно это простое и великое знание утаилось от "премудрых и разумных", а открылось младенцам в вере.