Мой краш и бунтарь Michael Levin говорит о том, что эпидемия аллергии, возможно, связана с действиями врачей и лабораторий.
Его статья о врачебной терминологии и общем языке врачей и пациентов
Главная идея: неверное восприятие слов врача и тестов
🟠положительный тест на IgE воспринимается как подтверждение аллергии,
🟠слово «сенсибилизация» - как эквивалент слова аллергия.
Майкл: «Аллерготесты воспринимаются как тест на беременность»
Цитирую его дальше:
“Однако тест на аллерген означает только то, что иммунная система образовала к нему антитела, но это требует клинической интерпретации. То, что иммунная система заметила белок еще не означает, что случилась аллергия. Сам по себе IgE «не токсичен»”
➡️Он предлагает поменять текст в тестах и нашу терминологию с отрицательно/положительно на
«маловероятно» «высоко вероятно»
Слово «перекрестно-реактивный» может иметь
✔️1 - иммунологический смысл «два белка схожи для иммунной системы»,
✔️2 - лабораторный смысл «антитела в тесте связались с двумя белками» = 2 положительных результата к схожим белкам в анализе
✔️3 - клинический смысл = два схожих белка вызывают симптомы аллергии.
Только в последнем случае нужно исключить оба белка.
Возможно, нужны соответствующие 3 разных термина.
1 - кросс-связывание,
2 - кросс-сенсибилизация,
3 - кросс-реактивность (замените кросс на перекрестное)
Финальное сообщение от Майкла:
Как уменьшить гипердиагностику пищевой аллергии: что нужно изменить
Лабораториям
🟢Лабораторные заключения должны отражать вероятность клинической значимости результата, а не создавать иллюзию готового диагноза.
🟢Отказаться от упрощённых формулировок «положительный» и «отрицательный».
🟢Использовать более информативные категории:
«не определяется»;
«выявлена реактивность»;
«высокая прогностическая ценность».
🟢Добавлять к каждому аллергологическому исследованию комментарий о том, что результат требует клинической интерпретации и не может использоваться для постановки диагноза изолированно.
Врачам
🟢Диагностика должна начинаться с клинического вопроса, а не с назначения панели анализов.
🟢Не проводить тестирование без чёткой диагностической цели.
🟢Использовать точечные исследования вместо широких скрининговых панелей.
🟢Объяснять пациентам, что сенсибилизация не равна аллергии.
🟢Не ставить пожизненный диагноз пищевой аллергии только на основании лабораторных тестов.
🟢По возможности подтверждать диагноз пищевой аллергии с помощью провокационной пробы.
Пациентам
🟢Важно понимать ограничения лабораторных исследований.
🟢Положительный тест сам по себе не означает наличие аллергии.
🟢После получения результата стоит задавать вопрос:
«У меня действительно аллергия или моя иммунная система просто распознаёт этот продукт?»
🟢Следует помнить, что исключение продуктов из рациона имеет последствия:
пищевые и нутритивные;
социальные;
психологические.
Поэтому длительные ограничения должны быть обоснованы подтверждённым диагнозом.
Преподавателям и медицинским образовательным программам
🟢Необходимо менять подход к обучению врачей.
🟢Обучать навыкам объяснения вероятностей и неопределённости как одной из ключевых клинических компетенций.
🟢Учить врачей переводить сложные иммунологические и статистические концепции на понятный пациенту язык.
🟢Формировать понимание того, что результаты тестов являются частью диагностического процесса, а не самостоятельным диагнозом.
Основной вывод
🟠Проблема современной аллергологии заключается не только в недостаточной диагностике пищевой аллергии, но и в её гипердиагностике.
🟠Для её решения необходимо изменить язык лабораторных заключений, подход к назначению тестов, обучение врачей и представления пациентов о том, что означает «положительный анализ».
🟠Пищевую аллергию следует диагностировать на основании клинической картины и подтверждающих исследований, а не только по факту наличия сенсибилизации.