words of architecture

Мне очень нравится то, что делает художник и архитектор Даша Зайцева. Это радикальная смена точки зрения, очень детская, с одной стороны, потому что большое и маленькое меняются местами, неодушевлённое оживает, рассказывается сказка и т.д. С другой стороны — размышление о масштабе, контексте, ремесле, природе, даже экологии, содержании и репрезентации. И Даша делает это все без надрыва или агрессии, не пытаясь побороть свою вполне архитектурную тягу к красоте, не делая из этого «современное искусство» (я хорошо отношусь к современному искусству). Мысленно ставлю рядом модную картинку-коллаж с проектом дома в хорошо зафотошопленном пейзаже — и фотографию настоящего-но-маленького дома в реальном контексте из проекта Даши. Что реальнее, что архитектурнее? Одна картинка — стремление практики в современном контексте «создавать истории» как способ продать, а в действительности — подменить проект. А другая — это реальная история, и реальный проект (даже и купить его можно теоретически). А вот Даша прочитала лекцию для Софткультуры про все нюансы и подробности своего метода.

Фотография из фейсбука Дарьи Зайцевой

Но есть и другие мнения: Finally, and most importantly, get government at all levels back in the housing business. President Biden has acknowledged that housing is an essential component of our infrastructure. We don’t think of our roads, sewers, and transit stations as private commodities—they are available to all. In America, housing is a commodity to be bought and sold like a car. The result is that those with means have a place to live, and those without means do not. We must change this paradigm. In San Francisco, 6 percent of housing is controlled by the public/nonprofit sectors, and that is higher than in most US cities. In Hong Kong and northern Europe, the comparable number is about 50 percent. In Singapore, it’s 80 percent. The provision of social housing in these places is based on a fundamentally different paradigm—that housing is indeed part of necessary public infrastructure. This combination of public and private provision of housing accommodates all income levels, which the private market alone simply cannot do.

P.S. Можно подумать, что я говорю о каком-то заговоре чиновников, строителей и архитекторов. На самом деле, заговор — это не обязательно. Достаточно сочетания трех факторов: 1) ограниченная способность к прогнозированию последствий у тех, кто принимает решения (это всегда так, машины времени пока нет), что усугубляется желанием принимать решения быстро и с минимальными затратами времени на дискуссии и исследования; 2) готовность (иногда вызванная давлением общественного мнения) к радикальным решениям, у которых значимые последствия практически неизбежны (положительные даже желательны); 3) профессиональная и экономическая заинтересованность в определенных решениях, часто скрытая от самих принимающих решения, которым кажется, что они заботятся только об общем благе. (А что же делать? Не принимать радикальные решения, не экономить на исследованиях и независимой экспертизе, не бояться критики, даже такой, которая кажется неразумной, а всегда благодарить — никогда не знаешь, может, мы могли совершить большую ошибку, а нам не дали). На эту тему было много написано и сказано, ошибки политиков как системный фактор изучаются уже давно. Книга о предрасположенности политиков к плохим решениям: You Can't Enlarge the Pie https://hbswk.hbs.edu/item/is-government-just-stupid-how-bad-decisions-are-made В университете Бирмингема есть даже специальный курс про это: Blunders and Bad Decision Making https://www.birmingham.ac.uk/schools/government/courses/undergraduate/modules/year-two/public-policy-blunders.aspx

Есть некоторые общие черты у этих ситуаций: — во всех случаях определенные решения принимались в короткие промежутки времени, но касались большого количества людей, финансов, больших территорий; — для управления этим требовались значительные усилия со стороны властей и соответствующие полномочия; — так или иначе, прямо или косвенно, но государство выделяло большие деньги, перераспределяя богатство от одних групп к другим (в капиталистических экономиках), или от одних секторов экономики в другие (в социалистических); — эти деньги переходили в руки бюрократам, которые занимались их распределением, строителям, а так же, хотя и совсем небольшие суммы — архитекторам. Вот эти три группы были всегда в выигрыше: бюрократы, строители и архитекторы. Я вообще-то считаю, что общество и государство должны поддерживать тех, кто находится в трудном положении. Но изучая эти истории, вспоминаешь знаменитую фразу Рейгана: The nine most terrifying words in the English language are: I'm from the Government, and I'm here to help. Или так: как только чиновники начинают обсуждать «жилищный кризис», планировать большие объемы строительства, и искать соответствующее финансирование — жди беды. Если вы не строитель и не архитектор, конечно. Тогда все ок.

Результаты особенно интересны — Чикаго и Париж строили по разным экономическим схемам, но это было жилье для заведомо неблагополучных групп, экономически и социально. Первоначальный импульс всегда (на словах, по крайней мере) весьма благородный: помочь бездомным и обитателям трущоб, повысить степень их включенности в экономику, общество, культуру. Тепло, гигиена, более здоровое питание, доступ к образованию (школа часто была частью проекта), возможность нормально одеться, чтобы устроиться на работу, нормально выспаться ночью после работы — вот что видели в строительстве жилья. На деле выходило иначе: сами по себе квадратные метры не решали проблем, а иногда добавляли (если начинались трудности с эксплуатацией, а это часто бывало). Концентрация маргинализированных горожан в замкнутом пространстве делала эту маргинальность еще более заметной и угрожающей. Благородная публика чувствовала себя оскорбленной: налоги были потрачены, а доброе дело обернулось не таким уж добрым. Что больше всего раздражает тех, кто занимается благотворительностью? Когда оказывается, что они сделали только хуже. Тогда тому, о ком проявлена забота, мало не покажется. На сами районы, и на их жителей вешали клеймо, и об инклюзии уже речь не шла, совсем наоборот — появлялась стигма. В других кейсах на первый взгляд все было иначе: жилье строилось не для отдельных групп, например, а для всех-всех-всех (Москва, Шанхай). Или оно строилось, но в него никто не переезжал (Мумбай). Или в него переезжали одни, но не другие (Бразилиа). Иногда разочарование наступало быстро (как в Бразилии), а иногда проходили десятилетия, прежде чем оценки менялись (как в СССР). Вот пример — таймлайн истории квартала Cabrini-Green в Чикаго, от строительства в 50-х гг. до сносов, которые начались в 1990-х и закончились в 2010-х, и до новых планов на строительство жилья в этом месте. https://www.chicagotribune.com/news/ct-cabrini-green-timeline-20201220-zti7msps6zerxpye72h6qxbfxy-story.html

В каждом из случаев, которые описывает Урбан, имелись свои нюансы: — этническая и экономическая сегрегация (Чикаго и Париж), только экономическая (Мумбаи, Бразилиа, Берлин), практически полное отсутствие сегрегации (Москва, Шанхай); — небольшие локальные эксперименты (Чикаго), крупные новые районы, даже города (Париж, Бразилиа, Берлин), попытка тотального изменения среды через массовую застройку (Москва, Шанхай, Мумбаи); — степень и качество участия государства: субсидирование застройщиков (Чикаго,Мумбаи), муниципальное жилье с субсидированием аренды и эксплуатации (Париж), «бесплатное» жилье (Москва, Шанхай) — где-то встречались самые разные схемы одновременно и более сложные комбинации; — результаты: геттоизация (Чикаго, Париж, Берлин), усиление экономической сегрегации (Бразилия, Мумбаи), модернизация городской жизни масс людей (Шанхай, Москва).

1, 2 — Бразилиа, 1960-е 3, 4 — Шанхай

1, 2 — Чикаго, Robert Taylor Homes, 1961 3, 4 — Париж, Шампиньи-сюр-Марн, 1965 5, 6 — Берлин, Гропиусштадт, 1960-е

На первый взгляд, это истории провалов, которые следуют некоторой одинаковой сюжетной кривой. Урбан ее описывает в каждой главе своего исследования, но и в душе читателя развивается похожая драма взлетов и падений. ↗️ Подъем: жилищный кризис вызывает дискуссию о необходимых действиях, принимаются политические решения, находятся средства. ➡️ Плато: разрабатываются проекты, строится жилье, вселяются люди. ↘️ Спад: построенное и заселенное жилье перестаёт казаться удачным решением, оно вызывает раздражение и разочарование. В этом фрагменте книги, который выкладывали на Архи.ру, как раз описан момент такого падения: https://archi.ru/world/84081/bashni-i-korobki-kratkaya-istoriya-massovogo-zhilya ⤴️ Иногда снова подъем, но не большой — жилье осознается как наследие.

Этой весной мне посчастливилось вести одну из ридинг-групп в программе Архитекторы.рф. Мы читали «Башню и коробку» Флориана Урбана. Книга — о массовом жилье, об экспериментах в Чикаго, Париже, Берлине, Бразилиа, Шанхае, Мумбаи и Москве. Сперва я предложил коллегам обсуждать вопрос этики: хорошо это или нет — построить много жилья? Нельзя сказать, что мы смогли найти ответ, но мы много спорили, и много узнали. Расскажу, что понял я сам благодаря нашим дискуссиям. (И самое главное, что я понял — читать книги в такой компании и очень приятно, и очень полезно! Надеюсь, участники ридинг-группы простят мне, если я невольно процитирую чью-то мысль, а также, что я не успел поделиться всеми своими мыслями в ходе работы и делаю это здесь).

Первая фотография — из фейсбука Архитекторов.рф, а дальше мы встречались только в зуме. Участники живут по всей стране.

Так много новых читателей, вот это да, очень рад! Всем привет! Наверное, коротко надо рассказать о себе. Меня зовут Александр Острогорский, я преподаватель Московской архитектурной школы МАРШ. Но я не архитектор, а историк искусства по образованию, и преподаю теорию и историю архитектуры. Кроме МАРШ я преподавал еще в нескольких школах (Британка, ВШУ, РАНХиГС). Этот канал я задумал как место для тем, текстов, мыслей, которые мне кажутся интересными. Можно сказать, дневник. Никакой определенной повестки у канала нет, новой архитектуры и красивых картинок тоже мало. Что чаще всего появляется? История архитектуры, как история идей, которые и сегодня имеют значение, как история архитектурной профессии и практики. Я не очень интересуюсь памятниками как таковыми, их защитой, нюансами стилей и технологий. Скорее — тем местом, которое история занимает в системе архитектурного мышления сегодня. Теория архитектуры, как разные формы размышления о базовых переменных архитектуры: пространстве, форме, материале, программе и т.д. У меня нет какой-то своей теории или любимой теории, мне интересен сам процесс размышления об этих вещах. В том числе, процесс постоянного обмена между теорией и практикой. Политика архитектуры, как формы поведения архитекторов, имеющие политическое (на)значение. Потенциально, это все действия архитекторов, так что здесь я тоже коллекционирую высказывания, проблемы, предлагаю свои интерпретации. Конечно, я немного пишу про сам МАРШ, а также про лекции или тексты, которые делаю в разных местах. Надеюсь, что-то из того вам покажется интересным! Что именно я пытаюсь сделать как преподаватель — можно посмотреть тут (включайте сразу скорость 1.75). Это лекция к отчетной выставке МАРШ в прошлом году. https://youtu.be/ZTsViVU5YbI

Из новостей (для меня лично) — существование программ, которые рассчитаны на работающих людей. Но не просто "вечерних", а для тех, кто уже работает как архитектор (то есть, это магистратуры). Про Амстердамскую академию я давно знал, а вот про британский формат architecture apprenticeships — нет. В МАРШ разговор о таких программах заходил много раз. Очень важно, что это не урезанный или упрощенный обычный курс, а другой по формату, учитывающий опыт работы, предъявляющий к этому опыту (и к работодателю) определенные требования. Как вы думаете, такой курс нужен?

Куда пойти учиться на архитектора — ответ на этот вопрос не так прост, как кажется. Все зависит от того, каким архитектором вы хотите стать. Вместе с Александром Острогорским, преподавателем Архитектурной школы МАРШ и автором телеграм-канала words of architecture , погружаемся в историю архитектурного образования и узнаем, какими бывают архитекторы и где их таких учат. Текст объемный — читать тут 👈

Написал заметку о типах архитектурных школ