lanari

где оскар не отвечает взаимностью ландо, пока тот медленно умирает от любви к нему

где оскар не отвечает взаимностью ландо, пока тот медленно умирает от любви к нему

Оскар ненавидит, когда такое происходит. По-настоящему ненавидит. Ему двадцать два года. Он профессиональный гонщик, наконец-то выступает в Формуле-1, управляет машиной на скорости триста километров в час и сохраняет хладнокровие, даже когда инженер сообщает по радио, что до ближайшего соперника осталось меньше секунды. И всё же один-единственный собачий лай способен превратить его в перепуганного крольчонка.

Пумы при охоте на добычу отличаются своей настойчивостью. — Свой хвостик, — уточнил спокойно Ландо, и его уши дернулись вперед, словно улавливая ноты животного страха, исходящего от Оскара. — Ты хочешь его потрогать. Все это время... ты смотришь на него, когда думаешь, что я не вижу. Ты тянешься к нему рукой, а потом резко отдергиваешь ее, словно обжигаясь. Почему?

Надвинув кепку на глаза пониже, Ландо оперся на рюкзак, лениво оглядел инструктора с ног до головы и расплылся в наглой ухмылке. Разумеется, он среагировал на такую миловидную внешность, как кот на валерьянку. — Ого… И вот этот ванильный десертик будет гонять нас по полигону? Эй, блондиночка, может, пропустим строевую и сразу перейдем к свиданию? Обещаю не сильно запачкать твое нежное личико. По шеренге курсантов пронеслись испуганные вздохи и тихие смешки, но Оскар даже бровью не повел. Он просто сделал три размеренных шага вперед и остановился в полуметре от Ландо, одарив его мягкой, почти ангельской улыбкой. — Курсант Норрис, верно? — вежливо уточнил он. — Он самый! Весь к твоим услугам, милашка, — самодовольно подмигнул Ландо. — Телефончик запишешь или так запомнишь? — Предпочитаю физический контакт, — так же ласково отозвался Оскар. В следующую секунду Ландо понял, насколько катастрофически он ошибся на счет него. Рука Пиастри резво метнулась вперед: короткий захват за кисть, выворот предплечья, и Норрис с глухим стоном рухнул лицом прямо в щебенку. Прежде чем Ландо успел опомниться, тяжелый армейский ботинок Оскара опустился ему на шею, намертво вжимая чужую щеку прямиком в камни. Инструктор грациозно наклонился, опираясь локтем о колено и хмуря идеальные брови. — Не «ванильный десерт», а капитан Пиастри, Норрис, — с нажимом в голосе промурлыкал Оскар прямо в ухо Ландо, чуть усиливая давление подошвы на горло. — И номер я даю только тем мальчикам, которые могут хотя бы десять раз отжаться. Сегодня же отправляешься на полный чек-ап всех показателей здоровья, и я обещаю, ты будешь оттуда выползать на четвереньках. Все еще хочешь проверить, в моем ли ты вкусе?