АнтиБиотек

☣️Конкурент Neuralink с блэкджеком ультразвуком и генотерапией Компания Merge Labs, связанная с Сэмом Альтманом и OpenAI, рассматривает радикальный подход к мозговым имплантам: использовать генотерапию, чтобы изменить клетки мозга и сделать их чувствительными к ультразвуку. В такой схеме в череп вживляется устройство-излучатель, которое будет считывать и модулировать активность модифицированных клеток. Это направление известно как соногенетика и пока находится на ранней стадии исследований. По данным Financial Times, Merge планирует привлечь $250 млн при оценке в $850 млн; значительная часть средств поступит от венчурного подразделения OpenAI. Сам Альтман сооснователь, но не инвестор компании. Его соперник Илон Маск через Neuralink развивает импланты на основе электрических сигналов, которые уже применяются для помощи парализованным пациентам. Альтман же заявил журналистам, что хотел бы «думать — и сразу получать ответ от ChatGPT». Таким образом, Merge Labs делает ставку не только на медицинское применение, но и на усиление когнитивных возможностей. Ультразвук как метод стимуляции мозга привлекает растущий интерес: например, стартап Nudge (Фред Эрсам, сооснователь Coinbase) разрабатывает шлем для неинвазивной терапии психиатрических заболеваний и недавно получил $100 млн, а компания, поддержанная Ридом Хоффманом, привлекла ещё $12 млн. Если Merge сможет объединить ультразвук и генные модификации, это откроет принципиально новый класс интерфейсов мозг-компьютер — но до клинического применения могут пройти годы. @antibiotech

Eli Lilly вложит $1,3 млрд в ИИ-разработку таблеток от ожирения Eli Lilly заключила соглашение на $1,3 млрд с бостонским стартапом Superluminal Medicines для создания и разработки таблеток от ожирения и других кардиометаболических заболеваний с использованием ИИ. Сделка даёт Lilly эксклюзивные права на разработку и коммерциализацию препаратов, которые будут найдены с помощью ИИ-платформы Superluminal, нацеленной на GPCR — белки, управляющие обменом веществ, ростом клеток и иммунными процессами. Сегодня GPCR считаются перспективным, но ещё малоизученным направлением в лечении ожирения. Рынок лекарств от ожирения к 2030-м годам может вырасти до $150 млрд, и Lilly стремится удержать лидерство. Компания уже зарабатывает на препаратах класса GLP-1 (включая блокбастер Zepbound) и разрабатывает новое поколение средств, включая таблетку orforglipron и совместные проекты с биотехами, такими как Laekna. По условиям сделки Superluminal получит авансовые и этапные платежи, инвестицию в капитал, а в случае успешных продаж — роялти с оборота. Стартап, среди инвесторов которого RA Capital, Insight Partners и венчурное подразделение NVIDIA, также разрабатывает собственный препарат для лечения редких форм ожирения, но он в сделку с Lilly не входит. @antibiotech

Chai Discovery получила $70 млн на ИИ-разработку лекарств нового поколения Биотехнологическая компания Chai Discovery, разрабатывающая лекарства с помощью искусственного интеллекта, привлекла $70 млн в раунде Series A. Год назад стартап уже получил $30 млн на стартовом этапе. Новый раунд возглавил Menlo Ventures совместно с Anthropic. Среди инвесторов — Yosemite, DST Global Partners, SV Angel, Avenir, DCVC, а также прежние партнеры: Thrive Capital, OpenAI, Dimension, Neo, Lachy Groom и Фред Эрсэм. Chai Discovery основана в 2024 году Джошуа Мейером (работал в Absci, Facebook AI, OpenAI), Джеком Дентом (Stripe) и исследователями ИИ Мэттью МакПартлоном и Жаком БуаТро. В совет директоров вошёл Микаэль Дольстен, бывший главный научный руководитель Pfizer, отвечавший за десятки одобренных лекарств. Главное достижение компании — создание ИИ-модели Chai-2, которая проектирует антитела с нуля (de novo) с эффективностью до 20%. Для сравнения: в традиционных лабораториях этот показатель около 0,1%, а поиск нужного варианта требует тестировать миллионы молекул. Chai-2 нужна только информация о мишени (антиген и эпитоп), после чего она создаёт уникальные антитела, способные точно связываться с целью. Технология способна в разы ускорить и удешевить разработку новых лекарств, в том числе для редких заболеваний, а также открыть путь к персонализированной медицине. Часть нового финансирования пойдёт на расширение возможностей платформы и сотрудничество с фармкомпаниями. @antibiotech

Медтех-стартап для похудания нанял «тяжеловеса» Бывший CEO X Линда Яккарино, проработавшая два года бок о бок с Илоном Маском и пытавшаяся оживить падающую рекламную выручку соцсети, переходит в медтех. Она возглавит eMed Population Health — AI-стартап, который строит платформу для пациентов, принимающих препараты класса GLP-1, вроде Ozempic. eMed известна своим прошлым проектом — платформой для домашних COVID-тестов, которая пошагово вела пользователя через процесс тестирования. Теперь ставка делается на быстрорастущий рынок препаратов для снижения веса и лечения диабета 2 типа. Хотя Яккарино не имеет опыта в здравоохранении, в компании подчёркивают, что её умение заключать крупные партнёрства и медийная известность могут привлечь инвесторов и клиентов. В условиях, когда вокруг GLP-1 формируется многомиллиардный рынок, eMed получает не только управленца, но и мощный PR-канал. @antibiotech

Биоархивация: учёные урезали избыточный генетический код кишечной палочки Американские биоинженеры сократили генетический код E. coli с привычных 64 до всего 57 кодонов, лишив бактерию части её естественной избыточности. Новый штамм, названный Syn57, может стать основой для вирусоустойчивых организмов и фабрик по производству необычных белков и полимеров. Кодоны — это тройки "букв" в ДНК (нуклеотидов), каждая из которых указывает, какую аминокислоту добавить в белок при его синтезе. В генетическом коде — 64 возможных комбинации таких троек, но всего 20 аминокислот, поэтому большинство кодонов дублируют друг друга. Например, четыре разных кодона могут означать одну и ту же аминокислоту. E. coli (полное название — Escherichia coli) — это вид бактерий, обитающих в кишечнике человека и животных. Большинство штаммов безвредны и даже полезны: они помогают переваривать пищу и производят витамины. Но некоторые разновидности могут вызывать отравления и инфекции. В лабораториях E. coli — один из главных "подопытных" организмов в биотехнологиях и генетике. С ней легко работать: она быстро растёт, её геном хорошо изучен, и учёные умеют заставлять её производить разные вещества — от инсулина до биотоплива. Поэтому когда учёные хотят проверить, можно ли жить с другим генетическим кодом — они пробуют это на E. coli. Это не первая попытка "почистить" геном кишечной палочки. В 2019 году была создана версия Syn61, в которой осталось 61 кодон — она показала вирусоустойчивость и пригодность для промышленного биосинтеза. Теперь же команда, частично совпадающая с той, что работала над Syn61, пошла дальше: внедрив более 101 тысячи замен в 38 участках ДНК, они избавились от ещё шести "лишних" смысловых кодонов и одного стоп-кодона. Бактерии с таким минималистским генетическим кодом живут, но растут медленнее примерно в 4 раза. Тем не менее, их гены работают иначе, и это открывает дорогу к созданию организмов, не просто улучшенных, а принципиально других — не похожих на то, что создала природа. На фоне коммерческого интереса к устойчивым, программируемым микробам, которые могут безопасно производить лекарства, материалы и даже пищу, такие работы задают новый стандарт: переписывание генома может выйти за пределы естественной эволюции и дать человечеству "биологический код", более гибкий, управляемый и защищённый от внешних угроз — например, вирусов. @antibiotech

☣️Замороженная надежда: в США родился «старейший» ребёнок из эмбриона, пролежавшего в крио 30 лет В США родился мальчик, зачатый из эмбриона, пролежавшего в заморозке 30,5 лет — новый рекорд. Малыш Таддеуш Дэниел Пирс появился на свет 26 июля в штате Огайо. Его родители, Линдси и Тим Пирс, «усыновили» эмбрион, созданный в 1994 году. Историю легко спутать с сюжетом научной фантастики, но она — о вере, технологиях и, как ни странно, экономике. Эмбрион был заморожен Линдой Арчерд, которой тогда было за 30. Она прошла через неудачные попытки ЭКО и в 1994 году стала мамой девочки — один из четырёх эмбрионов успешно прижился. Оставшиеся трое хранились в криобанке более трёх десятилетий. Каждый год Арчерд платила за это около $1 тыс — решение, которое не укладывается в прагматичную финансовую логику, но оправдывается с позиции личной морали: «Я называла их своими тремя маленькими надеждами». С возрастом и наступлением менопаузы, Арчерд приняла решение передать эмбрионы другой семье, но на своих условиях: пара должна быть белой, христианской, женатой и жить в США. Подходящих агентств немного — большинство не берутся за эмбрионы, замороженные так давно. Прорыв случился благодаря программе Snowflakes религиозной организации Nightlight Christian Adoptions, которая взялась за поиск родителей. Так Линдси и Тим — пара, безуспешно пытавшаяся завести ребёнка семь лет, — стали приёмными родителями эмбриона. Клиника Rejoice Fertility в Теннесси — одна из немногих, кто согласился на перенос. Её основатель, доктор Джон Гордон, исповедует принцип: «Каждый эмбрион заслуживает шанс на жизнь». В условиях, когда большинство клиник отказываются работать с устаревшими методами заморозки, именно такие подходы делают разницу. Технически это сложно: стеклянные колбы, старые методы криоконсервации, риск повредить эмбрион при разморозке. Один из эмбрионов действительно не выжил, но двое — прижились, и один дал начало новой жизни. @antibiotech

☣️ Избавление врачей от рутины с помощью ИИ от OpenAI оценили в ярд Стартап Ambience Healthcare, разрабатывающий ИИ-инструменты для автоматизации административной работы в здравоохранении, привлёк $243 млн при оценке более $1 млрд. Раунд возглавили Andreessen Horowitz и Oak HC/FT, также участвовали OpenAI Startup Fund, Kleiner Perkins и Optum Ventures. Основанная в 2020 году, Ambience предлагает сервисы для транскрибирования врачебных бесед, подготовки кратких медкарт до визита пациента, генерации документации и автоматической кодировки процедур для страховых и биллинга. В основе — адаптированные для медицины большие языковые модели от OpenAI. Компания уже сотрудничает с такими учреждениями, как Cleveland Clinic, Houston Methodist и St. Luke’s Health System. Новое финансирование позволит расширить число клиентов, усилить партнёрство с OpenAI и нарастить штат (сейчас — 180 человек). По словам CEO и сооснователя Майка Нга, цель — полностью снять с врача бумажную нагрузку, чтобы он мог сосредоточиться на пациенте, пока ИИ «тихо делает остальное в фоновом режиме». Интерес OpenAI и лично Сэма Альтмана к ИИ в медицине и биотеху выходит за рамки одной инвестиции. OpenAI, к примеру, ранее поддержал Chai Discovery с ее мультимодальной ИИ-моделью Chai-1, предназначенной для прогнозирования молекулярной структуры для разработки лекарств. В портфеле Альтмана биотех-компания Retro Biosciences по омоложению с помощью генной инженерии (Сэм единолично вложил туда $180 млн). В 2020 году он поучаствовал в раунде на $70 млн стартапа Aspen Neurosciences (лечение болезни Паркинсона), в 2023-м в раунде на $48 млн компании Vital Biosciences (множество лабораторных тестов из нескольких капель крови, почти так же, как это обещал Theranos). Кроме того он инвестировал в 1910 Genetics (ИИ-автоматизация разработки лекарств), Spring Discovery (ИИ-софт для биологических исследований), Formation Bio (ранее TrialSpark, ИИ-платформа для ускорения клинических испытаний). Наконец Альтман поддерживает и Neuralink Илона Маска, несмотря на их ссоры и склоки. @antibiotech

GSK ставит на дыхание: $12 млрд за китайские препараты от ХОБЛ и не только GSK продолжает укреплять позиции в лечении хронической обструктивной болезни лёгких (ХОБЛ) и заключила масштабную сделку с китайской Hengrui Pharma на сумму до $12 млрд. Сделка охватывает до 12 препаратов, включая HRS-9821 — ингибитор PDE3/4, способствующий бронходилатации и обладающий противовоспалительным эффектом, как показали доклинические и ранние клинические исследования. За права на него и остальные кандидаты GSK платит $500 млн авансом, а также обязуется выплачивать роялти с продаж за пределами Китая. Остальные 11 программ пока не раскрыты, но, по заявлению компаний, они дополнят портфель GSK в области респираторных, иммунологических, воспалительных и онкологических заболеваний. Все разработки до конца фазы 1 ведёт Hengrui, после чего GSK получает эксклюзивную опцию на выкуп лицензий для дальнейшей разработки и коммерциализации за пределами Китая. Сделка совпала с другими успехами Hengrui: в мае компания провела IPO в Гонконге на $1,29 млрд, а также получила $200 млн от Merck за препарат для лечения сердечно-сосудистых заболеваний на стадии фазы 2. Для GSK это логичное продолжение стратегии: в мае компания получила одобрение для Nucala (IL-5-антитело) как поддерживающего лечения ХОБЛ, и теперь нацелена на пациентов, не реагирующих на ингаляционные кортикостероиды или биологию. По словам CSO компании Тони Вуда, сделка с Hengrui — «стратегическая инвестиция в валидированные мишени» с повышенными шансами на успех. ХОБЛ долгое время считалась «застойной» областью, но сегодня она вновь становится ареной крупных инвестиций: Sanofi, GSK, Merck и другие активизировали разработки, реагируя на масштаб заболевания и нехватку эффективных инновационных терапий. @antibiotech

☣️«Мозги — в дело»: Neuralink хочет вживлять чипы 20 000 людям в год Компания Neuralink, основанная Илоном Маском, планирует к 2031 году проводить 20 000 операций в год по вживлению мозговых имплантов, генерируя не менее $1 млрд ежегодной выручки. Об этом сообщает Bloomberg, ознакомившийся с внутренней презентацией для инвесторов. Сейчас в клинических испытаниях участвует менее 10 человек, но амбиции компании куда шире. Уже к 2029 году Neuralink надеется получить одобрение FDA на использование устройства Telepathy — для связи мозга с компьютером, и проводить 2 000 операций в год с выручкой от $100 млн. Через год запустится устройство Blindsight, возвращающее зрение, с планом выйти на 10 000 операций в год и $500 млн выручки. К 2031 году все продукты вместе должны приносить $1 млрд. Ставка делается на три линейки устройств: ▪️Telepathy — интерфейс «мозг-компьютер»; ▪️Blindsight — для восстановления зрения; ▪️Deep — для лечения болезни Паркинсона и треморов. Базовый расчёт — $50 000 за одну операцию, что считается «консервативной оценкой» компенсации по страховке. Neuralink уже привлекла $1,3 млрд инвестиций, её рыночная оценка — $9 млрд (по данным PitchBook). Тем не менее, ни одно из устройств пока не одобрено для постоянного имплантирования в США. Даже Telepathy пока применяется лишь в рамках исследований: парализованные пациенты могут управлять курсором, редактировать видео и играть в компьютерные игры. Маск известен склонностью к оптимизму в сроках. В 2015 году он обещал автопилот Tesla к 2018, а роботакси появились лишь в 2025. Так что прогноз по 20 000 операций в год через 6 лет — это скорее отражение масштаба задумки, чем гарантированный график. Тем не менее, инвесторы смотрят на сектор BCI (brain-computer interface) с растущим интересом: рынок на стыке нейротехнологий, хирургии и ИИ может открыть новые ниши не только в медицине, но и в потребительской электронике. @antibiotech

«Нажми кнопку — и молекула готова»: Latent Labs открывает доступ к ИИ‑дизайну белков Latent Labs, стартап, недавно вышедший из тени с $50 млн финансирования, запустил веб‑версию своей ИИ‑модели Latent‑X — инструмента для «программирования» белков прямо в браузере. Как пишет TechCrunch, модель уже показала «пороговые» результаты в лабораторных тестах на белковые связи. По словам основателя и CEO Latent Labs Саймона Коеля, ранее работавшего в команде AlphaFold DeepMind, Latent‑X способен не просто предсказывать структуру белков, как AlphaFold, а генерировать совершенно новые молекулы с точной атомной структурой. Через no‑code платформу можно загрузить цель, нажать кнопку — и ИИ выдаст «белковые связующие элементы» (mini‑binders) и макроциклы, которые с высокой вероятностью будут работать в реальной среде. В лабораторных условиях Latent‑X достиг 91–100 % hit rate для макроциклов и 10–64 % hit rate для mini-binders, демонстрируя пикомолярные и микромолярные коэффициенты связывания. Пользователи — университеты, стартапы и компании фармы — получат бесплатный доступ. Продвинутые функции могут стать платными, а модель можно будет лицензировать. Это делает Latent‑X отличной платформой для тех, кто не готов собирать собственную ИИ‑инфраструктуру и исследовательскую команду. Latent Labs финансируется такими инвесторами, как Radical Ventures, Sofinnova Partners, Джефф Дин (Google), Дарио Амодеи (Anthropic) и Мати Станишевски (ElevenLabs). На фоне дороговизны экспериментов (миллионы на тесты, малые шансы на успех) платформа обещает сократить время и бюджет разработки белков в разы — от прожектов в доме мечты до лабораторных образцов. Для отрасли это важный сигнал: белковая биоинженерия может стать по‑настоящему «программируемой», как микросхемы и ракеты. А веб‑доступ делает её доступной даже небольшим лабораториям. @antibiotech

«Кэш или лечи»: инвесторы-активисты заставляют биотехи возвращать деньги Инвесторы теряют терпение: сотни биотех-стартапов сидят на миллиардах, но всё ещё далеки от выпуска лекарств. По данным Bloomberg, около 1 из 6 компаний в индексе Nasdaq Biotech стоит меньше, чем у неё на счету наличных. Фонды видят в этом простой выбор: если не лечите — возвращайте кэш. Активисты требуют свернуть неудачные проекты и раздать деньги акционерам. Оценки говорят о $30 млрд, замороженных на балансах биотехов. Некоторые фонды уже принялись за дело: Tang Capital ликвидировал Allakos, Cargo Therapeutics и iTeos, а Acelyrin пришлось продаться после давления. Пандемия раздула ожидания, а после первых успехов лекарств от ожирения в отрасль влили миллиарды в надежде на «второй Ozempic». Но реальность сложнее: одобрения FDA затягиваются, расходы растут, а прибыль всё дальше. На этом фоне идея «лечить» капитал вместо болезней кажется всё более привлекательной. Ведь для инвесторов главное — возврат капитала, наука — только средство для этого. @antibiotech

«Sarepta» обнуляется: HC Wainwright присуждает акции нулевую цену после серии смертей пациентов Аналитики HC Wainwright & Co., возглавляемые Митчеллом С. Капуром, понизили целевую цену акций Sarepta Therapeutics Inc. до $0 — редкий и резкий шаг, который сигнализирует о полной потере доверия к будущему компании после скандала вокруг её генной терапии Elevidys. FDA (Управление по контролю за продуктами и лекарствами США) запросило добровольную приостановку поставок Elevidys после смерти трёх пациентов, однако компания отказалась. Капур считает, что запрос был «жестом вежливости» со стороны FDA, и ожидает, что в итоге регулятор потребует полного изъятия препарата с рынка.

«Мы рассматриваем это противостояние с главным регулятором как заведомо проигрышное», — написал Капур. — «Без будущей выручки от Elevidys мы не видим никакой внутренней ценности в акциях SRPT».

На этом фоне акции Sarepta в понедельник падали до $12,60, закрывшись с минусом в 10%. С начала 2025 года бумаги обвалились на 89%, в результате чего биотехническая компания потеряла более $10 млрд рыночной капитализации. Проблемы Sarepta связаны с гибелью двух подростков, получавших Elevidys при лечении мышечной дистрофии Дюшенна, а также смертью 51-летнего пациента, участвовавшего в испытаниях генной терапии для лечения другой формы мышечной дистрофии. В пятницу FDA приостановило клинические испытания по последнему направлению. С марта, когда стало известно о первой смерти, 19 аналитиков понизили свои целевые оценки акций Sarepta в среднем на 84%. Если раньше 20 из 23 аналитиков рекомендовали бумагу к покупке, сейчас таких осталось всего 7 из 26. После последних новостей Deutsche Bank и Needham & Co. понизили рейтинг Sarepta до уровня «продавать».

«Серия инцидентов и отсутствие прозрачности нанесли серьёзный удар по доверию пациентов. Возможно, на восстановление репутации уйдут годы», — отметил Дэвид Хоанг из Deutsche Bank.

@antibiotech

☣️Когда три родителя — это не шведская семья Восемь детей в Великобритании появились на свет благодаря методу митохондриального донорства, позволяющему использовать ДНК трёх человек: двух биологических родителей и донора, предоставляющего здоровую митохондриальную ДНК. Все семьи участвовали в клиническом исследовании, призванном предотвратить передачу тяжёлых митохондриальных заболеваний. Как заявили учёные из Университета Ньюкасла, пятеро детей родились без осложнений, однако у троих были замечены проблемы: судороги, аритмия и инфекции. Хотя симптомы в основном прошли, один случай редкой формы эпилепсии у младенца вызывает обеспокоенность. Кроме того, у трёх детей в крови и моче обнаружили следы мутаций, которые метод должен был исключить — до 20% в отдельных образцах мочи. Исследование ведётся с 2017 года под наблюдением Британского управления по эмбриологии и фертильности (HFEA). За это время разрешение на процедуру получили 39 женщин, 19 из которых прошли через саму технологию, и семь из них уже стали матерями (одна родила двойню). Самому старшему ребёнку — два года. Метод предполагает извлечение ядер из оплодотворённых яйцеклеток родителей и пересадку их в донорские яйцеклетки, предварительно очищенные от собственных ядер. Так полученные эмбрионы несут почти всю ДНК родителей, но митохондрии — от донора. Профессор Мэри Херберт и доктор Кристофер Денес признают существование феномена "реверсии", когда часть «плохих» митохондрий всё-таки оказывается в клетках. Точная причина пока неизвестна, и исследование продолжается. Специалисты предполагают, что реверсия происходит на ранних стадиях развития эмбриона. Медицинские этики, такие как Хайди Мертес, предупреждают: пока неясно, как повлияет реверсия на разные ткани организма по мере взросления детей. Хотя уровни мутаций низкие и не предполагают развитие болезни, долгосрочные последствия пока не изучены. Другие исследователи, как Павло Мазур, призывают приостановить испытания до выяснения причин реверсии. Но в самой Великобритании метод считают успешным шагом к снижению риска, хотя и не гарантией здоровья. Возможным решением может стать амниоцентез — анализ околоплодных вод на 15–18 неделе беременности, который позволит родителям принять обоснованное решение, если уровень мутаций окажется высоким. Наконец, остаётся традиционная альтернатива: донорская яйцеклетка, исключающая риск передачи митохондриальных мутаций, но не дающая генетической связи между матерью и ребёнком. И пусть метод трёх родителей ещё далёк от совершенства, он уже даёт шанс семьям, которым раньше оставалась только передача неизлечимой болезни. @antibiotech