глотай угли

⭐⭐⭐⭐ ⭐⭐⭐⭐ давайте пока подведем итоги года! сейчас в процессе у меня много всякого, поэтому новый год начнем с интересностей. мне очень интересно ваше мнение по поводу моего творчества (всегда, всегда и ещё раз всегда!), поэтому только ваша поддержка и любовь к нему меня мотивирует. всегда помните, что стараюсь я не только ради себя, но и чтобы вас радовать своими идеями, и поэтому вы нераздельно важны для моего творчества в той же равной мере, в которой мне важно всё остальное. этот год выдался… интересным, скажем так. много всяких изменений, как творческих, так и других, не связанных с ведением канала. новый год мы начали с переезда в новое место, поэтому и вопрос — нравится ли вам на канале? я перестала вести его так, как вела раньше, сюда прихожу исключительно с контентом или своим мнением и разборами. для меня это решение было важным, потому что сюда стало приятнее возвращаться. всё структурировано и красиво оформлено. нравится ли вам оформление в нашем домике? есть ли у вас какие-то предложения по поводу контента или чего-то, что вы бы хотели тут видеть? насчет ивента по шинсам ещё подумаем, если кто-то хочет присоединиться с организацией — было бы здорово. будем смотреть промежутки, наверное первое время зимы оставим в спокойствии и здравии. какие у вас собрались работы на примете? есть ли мои любимые работы? или, может, вы можете выделить какие-то определенные строки? идеи, которые ещё не реализованы, но которых очень ждете? я вас слушаю и тоже очень жду! мне всегда интересно узнать, чего вы бы хотели в первую очередь — это помогает мне распределить фокус. если я успею что-то закончить к новому году, я сделаю вам подарок. обещать не буду, но в любом случае на начало января и февраль придется много чего, так что благодарю всех за терпение! спасибо, что провели этот годик со мной! надеюсь, что вы пойдете со мной и в следующий! 🌟

#hc@swallowcoals (1/2 — jealousy) 🌟 akutagawa ;; о слабостях акутагавы не должен был знать никто — даже он сам. ведь так невероятно легко, так быстро время протекает сквозь плотно сжатые пальцы, когда ни одна противная, едкая и выдержанная насмешка униженной гордости не смеет касаться сердца. его сердце — неприкасаемый бастион, в котором слабости попросту нет места: и поэтому на нём же крестом лежит обещание никого — никого, никогда не впускать. все его слабости оставлены снаружи, заперты на тысячи ржавых замков, ключи к которым проглочены сквозь застрявшую в горле желчь. весь мир — уничтожен. весь мир — обезоружен. в его коконе ярости царит власть над безумием, воспевает контроль над бездумной ненавистью, что намордником дикого пса скрепляет окровавленную пасть. и бастионы рушатся в тот же самый миг, когда ацуши улыбается— и тогда стальные стены превращаются в пепел, выжженный на рёбрах изнутри. е-г-о улыбка приносит лишь раздражение, готовое разобрать акутагаву по кусочкам и бесполезным винтикам. раздражение, которым рюноске давился, превозмогая ту самую слабость, которая всегда была зарыта где-то глубоко — от ацуши никогда не было смысла прятаться. его доброта ослепляет. выжигает на дне нефтяных ядер нечто теплое, нечто опасное — акутагава видит эту доброту во всём и всех, к чему ацуши касается. видит, как в каждом встречном человеке вспыхивают похожие огни — только те, что не сокрыты за миллионом слоёв неподступности, грубости и готовности напасть, подобно зверю, не видящему грани. огни, которые ацуши определенно понравятся больше, чем он, потому что к ним, в отличие от его кровавого безумства, можно прикоснуться руками, подобно светлячкам, и ещё долго хранить их свет на своих ладонях. рюноске стискивает зубы — ему должно быть наплевать. он искоренил слабость, вырвал её зародыш, выблевал поздней ночью вместе со сгустками крови и глубокой язвой на дне желудка. но как только ацуши оказывается окружён вниманием, нежными улыбками и ласковыми касаниями — такими близкими, такими трепетными, что у рюноске сжимает и без того крохотные лёгкие, — безжалостной псине внутри него хочется отчаянно взвыть. любить кого-то должно быть чувством окрыляющим. беспамятным. облегчающим. любовь должна была разжигать в нем заботу и трепетность; воспитать в нём покорность и желание касаться его с лаской, прежде неделимой близостью. любовь должна была воспитать в рюноске умение быть слабым — быть кем угодно, кроме того чтобы быть отвратительным с о б о й. но его любовь — грязное, отвратительное марево, под стать глубокого впитавшейся в вены крови нечестиво убитых жертв. его любовь — страшное чудовище, породившее на свет порок, ужаснее смертельной хвори, уничтожившей бесчисленное количество жизней: из глубин его отвратительной слабости воцарилась ревность. скользкая и липкая, чёрная и вязкая — как смола, пропитавшая лёгкие до невозможности сделать вдох. как деготь, к которому достаточно лишь поднести крохотную искру — ту, что в свете аметиста-янтаря чужих глаз отражается, — и всё в ближайшем радиусе взлетит на воздух. разорвется его кишками и сплетением ненависти, несправедливости, глубокой обиды и л ю б в и, подобно осколочной гранате, окрашивая все вокруг в отвратительный алый. он не имеет права на низменные чувства. он не имеет права на ревность— не имеет права желать кого-то так сильно, что вопреки собственным принципам с каждой секундой ломается хребет. он не имеет права желать разорвать ацуши на бесполезные кусочки, лишь бы его глупая, раздражающая улыбка не досталась больше никому — даже ему самому, утопающему в ярости и зависти, что он никогда не почувствует себя так же, как все эти до одури глупые, слабые люди. а его собственная слабость сипит сквозь сжатые губы, обкусанные от холода и тревоги, от голодных терзаний, от тысячи хлёстких пощёчин кусающей ревности, сквозь которую ацуши хочется целовать— целоватьцеловатьцеловатьцеловать, пока не задохнется, пока не лопнет, пока не с д о х н е т. «я ненавижу тебя.» «я ненавижу тебя.» «я ненавижу тебя.»

#fic@swallowcoals 🤩🤩 🤩🤩 🤩🤩 masquerade of murder — или же история, написанная мной на ивент [ секты флагеллантов ]. ;; файл в комментариях 🤩 . repost / react ?

— Я не отступлю, — уверенно произнёс он, подходя к Рюноске вплотную, прежде чем горячо выдохнуть в его губы с расслабляющей, мягкой усмешкой, которая скрывалась за спящей свирепостью. — Вы украли мой первый танец и моё имя. Будьте уверены, я вызволю их из Ваших лап, когда выдастся возможность, не медля ни секунды. — Это договор? — спрашивает Дракон, не сдвигаясь ни на сантиметр, позволяя горячему дыханию Ацуши обжигать желанием в опасной близости. — Считайте это угрозой.

решила, что сделаю для данной ау аж целых две части, потому что она получилась неожиданно массивной (как обычно, да), и я слегка не укладываюсь в установленные сроки. но первую часть прочитать можно уже сейчас, чем я торжественно с вами делюсь. история будет детективной, с элементами мистики и моей любимой murder mystery. 🤩

«превзойди его, превзойди демона» — и война в сердце акутагавы была окончена, потому что он отдал тяжёлую ношу превосходства тому, кто восхищается его силой так же, как рюноске в глубине души восхищается ацуши. рюноске здесь открыто признаёт нужду в ацуши и его, и всего мира, и отдает ему бразды правления «победой», потому что ацуши достоин встретиться с этой силой. знаете что, я бы сказала, что эти двое невыносимые, но этого будет мягко говоря недостаточно.

#thoughts@swallowcoals мне очень нравится рост их взаимоотношений, несмотря на то, что очень, ОЧЕНЬ многие детали сюжета и манги заставляют меня от злости рвать волосы на голове. я в восторге от того, как ранее ацуши был рычагом давления на рюноске, как именно его слова, действия, СУЩЕСТВОВАНИЕ заставляли акутагаву двигаться вперед, приходить к осознанию некоторых вещей и того, насколько глубоко он погряз в собственной тьме, амбициях и ненависти. рюноске счел ацуши достойным соперником однажды, счел его достойным своих принципов и обещания, и с того момента они маленькими шагами подходили к партнерству и доверию, которое скрепило в итоге их узы. мне нравится, что сейчас этот рычаг давления — рюноске. что сейчас он, обычно действующий на эмоциях в контрасте с моралью, разрубая препятствия и преграды на пути в угоду собственной гордости и нужды быть замеченным, дает ацуши поддержку. что именно рюноске сейчас, на протяжении уже нескольких глав, не дает ацуши упасть духом, дает ему надежду, вселяет уверенность. ведь рядом с ацуши все, кто ему дорог, все, кто ему нужен, и только после слов акутагавы о том, что они справятся, он начинает действовать и верить в себя. ацуши перестает списывать себя со счетов, когда рядом есть рюноске. потому что для рюноске ацуши — это важное отражение его самого. потому что для рюноске ацуши — это не просто соперник, а партнёр, с которым нет «я», а есть только «мы». и потому что они — это доверие.

«господи, нам всем просто пиздец» «не ссы, малых. мы прорвемся»

Безбилетники 🌟 #art

#hc@swallowcoals — когда мы умрем… думаешь, мы встретим друг друга в следующей вселенной? ацуши спрашивает тихо — с надеждой в глазах, что переливается искрами, подобно крохотным звездам. осторожно ведет пальцами по поверхности бледного запястья, чертя невидимые линии вдоль голубых вен, коготками цепляясь за каждую маленькую родинку — места, в которые целовал акутагаву в прошлой жизни. ацуши всегда пробивается сквозь тьму в его глазах мягкой, щепетильной надеждой: хочется вырвать ей трахею, переломать хребет, хочется достать со дна его аметистовой радужки, просовывая пальцы и выковыривая глазные яблоки. рюноске мечтает о том, чтобы ацуши попросту закрыл рот. чтобы его глупые слова прекратили обретать форму, растеряли вес, просочились сквозь крохотное расстояние между их ресницами, когда они касаются губами. чтобы на тяжелой груди, разряженной рваными вздохами из опаленных легких, перестали скрестись чувства, которые не положены им по праву рождения. у рюноске за сжатыми губами — тысячи игл, миллионы проглоченных язв и колотых, рваных ран. за каждый мир, в котором он проглотил язык, лишь бы позволить себе промолчать и пройти мимо; вдвое больше — за каждый мир, в котором не сумел сдержаться. а красные полосы, что появляются на коже от настойчивых касаний, переплетаются с чужими линиями на ладонях, затягиваясь в едва видимый, тоненький узелок, словно сплетая красной нитью две неприкаянные души. они обязательно, отвратительно, неизбежно встретят друг друга вновь, проживая одну и ту же боль, сколько бы миров не существовало за затворами безграничных вселенных. сколько ни стирай кожу, сколько ни смывай касания друг к другу — они прикипают внутривенно, отпечатываются на костях, перемалываются в кучку ветхого праха вместе со всем, что однажды от них останется. и это то, что пугает акутагаву больше всего. рюноске молчит — утирает остатки крови с острых скул рваным рукавом пальто, растворяя следы собственной беспечности в толстой пелене тьмы. проглатывает мертворожденную совесть, наступает на гортань и дышит — впервые так ровно, будто остался последний раз. — надеюсь, что нет. и в этом нет ни капли рвущейся из нутра злости — только лишь воющее отчаяние, сквозящее из дыры глубоко под ребрами. ему хочется плюнуть судьбе в лицо, потому что это нечестно. потому что это жалко, мерзко и невыносимо больно. накаджима ацуши — его константа с именем «капитуляция сердца» и росчерком в «безнадежность». такая светлая и мягкая, что пока акутагава думает, сможет ли позволить себе быть раздавленным вновь, красная леска где-то вдалеке завязывается вокруг его горла, отрезая хронометраж. ацуши грустно улыбается — их избитая судьба так безнадежна, что на бесконечность жалобных вопросов он всегда получает один и тот ответ.

балую крохотными спойлерами к маскарад-ау для ивента, потому что могу.

#fic@swallowcoals #sketch@swallowcoals

Грязно. Непристойно. Влажно.  Ацуши напрягает кадык, откашливается от прилипшего к нёбу комка, и сжимает губы, уводя расплывчатый, туманный взгляд.  Смотреть на Рюноске кажется запредельно трепетным.  Неописуемо искренним.  Невыносимо жарким.  Возбуждающе страшным, обжигающим сильнее, чем осевший на лёгких и коже стыд, — словно из самого дна его зрачков выльется вязкая нефть, что утягивает на самое дно. 

раз обещала на днях отвлечься и написать короткую хорнятину, своё обещание выполняю, а теперь снова ухожу в работу. текст затрагивает определённый кинк, взятый из промптов на кинктобер, потому что у меня не было времени (и желания), чтобы в нём участвовать, но он, всё же, достаточно хорош, поэтому оставляю его вам.

day something-something: coming untouched.

— кто-то на щп безумно хотел, чтобы я развила эту думу, посему я послушалась и решила попробовать. получилось весьма странно и коротко, но на скорую руку и такое сойдёт. файл, как всегда, в комментариях будет. ошибки, пожитки старых лет и прочая ересь мной старательно сводилась к минимуму, но уже семь утра, поэтому что-то могло и раствориться в небытие моей невнимательности. об этом вы уже знаете, но предупреждаю на всякий случай.

🖤 🖤. . . немного работаю над драбблом по бист!шинскк, потому что уж очень скребется реализовать ещё один мой неописанный хедканон.

я понимаю, что у многих может возникнуть вопрос, почему именно я так реагирую, но в целом ответ достаточно прост. рюноске — моя личная боль как персонажа, который столько всего преодолел, превозмогая себя и свою гордыню, но в конечном счете это абсолютно ничего снова не дает. я не радуюсь. не радуюсь по одной простой причине — отсутствие железных принципов, которым акутагава следовал всегда и везде. сначала нам его показывают загнанным в угол своего прошлого, безуспешно пытающегося уцепиться за нить хотя бы тени смысла своего существования. после встречи с ацуши он обретает этот самый конечный «смысл». способ его достижения. когда он приходил к ацуши, чтобы спасти его на корабле, он сказал ему, что пришёл лишь потому, что так указал сделать дазай. правда? только ли потому, что акутагава рюноске, как верный глупый пёс, готов по велению пальца отказаться от своей жизни и всех своих стремлений, прекрасно зная, что он не получит никакого признания за самопожертвование, которым так пытаются тешиться остальные? он отказал дазаю напрямую, не желая быть пушечным мясом для спасения тигра. на что дазай, прознавший и видящий своего протеже насквозь, однажды сказал ему: "ты поступишь так, потому что уже сам знаешь ответ". вся арка с жертвой рюноске подвязывала нас к тому, что он волен поступать так, как считает нужным. что у него есть стержень и железное решение, есть собственный выбор. что дазай на самом деле никогда не дарил ему обещанный в темном лесу смысл — что этот смысл никогда не существовал и был развеян где-то во тьме лесов и далёких трущоб, держа его воедино, потому что он не мог и вообразить, что имеет право на собственные желания и чувства. знаете, чем символичен был белый расёмон в той битве? именно то, что он был белый. не привязанный к подаренному пальто, которое акутагава и считал потаённым монстром, поглощающим материю. не пропитанный кровью и былой болью, смазанным временем, собственной убогостью и беспомощностью. это был расемон, действующий по его воле — без чёртовых слов. нам показали то, что он может, что он способен, что он поступает так ради, чёрт возьми, себя самого. не ради ацуши, не ради дазая, не ради указаний извне, не ради призрачного смысла. ради себя. единственная вещь, которую он хотел до предполагаемой смерти, — не умирать безвольным псом. расёмон утащил ацуши от опасности из последних сил, даже когда у рюноске оставалось так нещадно мало времени, и он был готов пожертвовать всем, отдавая ему то несчастное "дорогое пальто". а сейчас оно вернулось к нему в руки и рюноске будто бы совершенно ничего не вынес из пройденного. почему это было так важно? потому что всё, что происходило тогда, когда рюноске впервые откинул с себя эти оковы, было одним единственным словом: Д О В Е Р И Е. если для рюноске довериться ацуши значит — сделать то, что он должен, он доверится ему без колебаний. для ацуши довериться рюноске и в то же самое время принять на себя его доверие — огромный груз на плечи и страх подвести его, подвести себя, страх, что его обманут, предадут, страх, что он попросту не справится сам, случись что не так. страх доверия человеку, который изначально должен был представляться, как что-то острое и колючее с холодной тьмой, ходящей за ним по пятам, а теперь вдруг резко... укрывающий и надёжный? из всех бесчисленных вариантов — именно он? ацуши не понимает, и попросту в момент недоверия они платятся за его колебания во время схватки с фукучи. да, меня это расстраивает, потому что, возможно, такова лишь моя интерпретация — впрочем, это действительно правда. но то, как я это вижу, к сожалению, накладывается на повествование вот такой отвратительной зыбкой дымкой, и она мне не нравится. на мой взгляд, рюноске с его очень интересной прописью безумно страдает от неуверенности и зацикленности кафки на одном и том же, и эта проблема прослеживается у него чаще всего как раз с главным дуэтом, причем не раскрывается как проблема этой самой "зацикленности", а просто выглядит ленивой характеризацией своих же героев. #thoughts@swallowcoals

(глубокий вздох разочарования возвращения к этому чертовому пальто).

ттвскийтренд #полноценка@rorufi